– Лия, ну что ты! Я же тебе сказал, что можешь остаться.
– Ну нет. Ты тоже ехал в карете. И если тебе мало четырёх ладов и ушата воды на двоих, то так и быть я подвинусь, – продолжила я свою речь умирающего лебедя.
– Но это же неприлично, – тихо сказал он, будто тут кто-то нас мог подслушать.
– А мне всё равно, я такого не помню, а значит мне и не стыдно! – буркнула я.
Опять образовалась тишина, я уж подумала, что он реально ушёл спать, но тут дверь стала открываться шире и я как подкошенное дерево рухнула на лавку, накинув тоненькое полотенечко на тельце и прикрыв глаза, будто тут и лежала, не шевелясь.
Тайрон как-то неуверенно вошёл в помещение. Глаза он, что ли, тоже закрыл? Бочком прокрался к печке.
– Прибавлю жара?
– спросил он.
– Конечно, так разморило, что вставать не хочу.
Вода на камнях зашипела и в воздухе поплыла очередная порция можжевелового аромата. Не знаю точно, что там добавляли, но очень похож был запах, с немного цитрусовой ноткой.
Маг лёг на лавку и замер, я следила за ним из-под полуприкрытых век.
– Сколько нам ещё ехать? – решила немного разбавить тишину.
– Два дня. К ночи второго должны бы уже добраться до посольства.
– Хорошо. Надеюсь, доберёмся по плану.
Тайрон всё ерзал по лавке, будто там мелкие камушки насыпаны, и он никак не может выбрать удобное положение.
Так продолжалось минут сорок, затем он поднялся и начал намыливаться. Я смотрела сквозь едва заметные щёлочки между веками.
Маг бросал на меня хмурые взгляды, и каждый раз всё дольше задерживал его на мне, забывая мылиться.
– Тебе спинку потереть? – спросила я, не выдержав.
– Лия! Ты что, подглядываешь?! – возмутился он не хуже благородной девицы из монастыря.
– Нет.
– Тогда откуда ты знаешь, что я намыливаюсь? – подозрительно спросил он.
– Не поверишь, это страшный секрет!
– Какой? – насторожено подался он ко мне.
– У меня есть уши, и я ими пользуюсь! – расхохоталась я.
Ну как маленький, право слово!
– Ты смеёшься надо мной, – буркнул он.
– Чистую правду говорю! Так потереть?
– И как ты это будешь делать с закрытыми глазами? – скептически уточник он у меня.
– Не поверишь, но у меня есть ещё один секрет!
– Дай догадаюсь! У тебя есть руки?
– Правильно, так что подсаживайся ближе! – велела я.
Он как-то неуверенно потоптался на месте, но всё же приблизился, прихватив мочалку и мыло, которое тут подавалось в деревянной пиалочке.
Я уже сидела на своей лавке, пытаясь не потерять полотенце и когда он сел ко мне спиной, дала ему упасть, всё равно он не видит, а мне так удобнее, чем помнить о нём каждую минуту.
Сначала я, как и положено, тёрла ему спину мочалкой, а когда Тайрон расслабился, стала мочалку больше отстранять от тела, а заменять руками. Кожа была просто восхитительной, а мышцы перекатывались под ладошками, отчего приятные мурашки бежали по всему моему телу. До полусмерти хотелось сейчас придвинуться вплотную и прижаться к его спине, сжав плечи и куснув в основание шеи. Почти клеймо поставить, что он мой, так что руки прочь!
Видимо, в какой-то момент я замечталась и, потерявшись в реальности, прихватила ногтями объект моих мечтаний.
Он вздрогнул и обернулся, тяжело дыша, но тут увидел, что я сижу без всего и смотрю на него. Он сначала закрыл мне ладонью глаза, потом ойкнул, поднял полотенце, прикрыв мне грудь, но видя, куда устремлён мой взгляд, покраснел, как девица, и прикрылся им сам.
– Никогда так интересно и весело не купалась! – счастливо проговорила я. – повторим? Может, завтра? Только, чурики, ты меня будешь намыливать, а то не честно выходит!
– Лия!
– Что? Я за честность!
С этими словами грациозно поднялась, окунулась в воде и гордо вышла, прихватив полотенце, оставив мага подумать о своём поведении и отдышаться.
Так и уснула, не дождавшись, видимо, ушёл в медитативные практики! Такой обстоятельный мужчина!
Глава.27
Рир Тайрон Бродстоу
Я знал, вернее, предполагал, что эта поездка будет нелёгкой, но, боги Безмирья, как же я недооценил её тяжесть!
Эта девушка меня просто сводила с ума. Смотря на её выходки, трудно было поверить в невинность сей особы, но ведь она ничего не помнит. Может стоит снять с неё все запреты? Я не знаю, но ведусь на её провокации.
Как ребёнок, честное слово! Знаю, что делать это не нужно, но смотрю в её умоляющие глаза и не могу отказать. Я должен показывать пример и держаться от неё подальше, быть суровым и неприступным!
