что я ему очень нравлюсь. Что я красивая. Благодаря ему я почувствовала себя неповторимой.
– И что же тут плохого? – спросил доктор Картер.
Синяки на бледной коже. Темно-фиолетовые, желтые по краям. Уитни натянула рукав поглубже.
– Так было поначалу.
– Что же изменилось?
– Не знаю. – Уитни пожала плечами. – Сначала он говорил приятные вещи и хотел постоянно быть рядом. А потом вдруг начал отталкивать меня.
– Как именно?
– Ну, например, пару недель назад я подстриглась, а он заявил, что раньше ему нравилось больше. А иногда он говорит прямо при мне, как сексуальны другие девушки, будто меня и нет рядом. Но хуже всего, когда он физически меня отталкивает.
– Что ты имеешь в виду?
– Однажды вечером мы сидели в компании, курили и пили, и я наклонилась его поцеловать, а он оттолкнул меня и отвернулся. – Уитни отрывала заусенец. – У всех на виду. Мне было очень обидно. Потом я спросила его, из-за чего, а он ответил, что в тот вечер я сама вела себя глупо, а он был не в настроении.
– Это был единственный случай?
– Нет.
– Тогда почему ты до сих пор с ним встречаешься?
– Я люблю его…
Озабоченность и жалость в глазах доктора сменились решимостью. Он хотел спасти ее. Точно так же смотрел на нее отец, когда она прижала ладонь к сковороде. Именно на это она и рассчитывала.
– Не знаю, что ты хочешь от меня услышать, Дэн, – сказала Уитни.
– Ничего. Хочу, чтобы ты хоть раз в своей долбанной жизни поступила правильно и отыскала Амелию.
– Хорошо. – Она с трудом проглотила образовавшийся в горле ком. – Отыщу.
Чтобы выполнить обещание, нельзя было сидеть сложа руки. Дэн считал, что знает правду, но он ошибался. Во всяком случае, всей правды он не знал. И, рассказав полиции о своих подозрениях, только усложнил ситуацию. Запутал.
Теперь Уитни оставалось только одно – взять дело в свои руки. Это произошло не в квартире. Значит, ей нужно вернуться туда, где она в последний раз видела свою дочь. Туда, где она ее оставила.
Глава 25
Мне никогда не нравился Митч. Я никогда ему не доверяла.
Но только когда Милли начала с ним встречаться, я поняла, насколько он опасен. Несмотря на свое обещание, он снова ударил ее.
– Ну теперь-то ты бросишь его? – спросила я, напомнив ей о нашем разговоре.
Не поднимая глаз, она молча уставилась в пол.
– Ты серьезно?! Как можно оставаться с человеком, который поднимает на тебя руку?
– Я сама виновата. Позволила себе пофлиртовать с одним типом. Мы все были под кайфом, и, наверное, я просто не соображала, что делаю, – ответила она.
– И что, разве это повод распускать руки?
Милли смущенно улыбнулась.
– Он от меня без ума. Поэтому так ревнует.
Невероятно! Его затрещину она истолковала как романтический жест. Мне прямо дурно стало. Я-то знала, что ревность и страсть тут ни при чем. Просто Митч совершенно не владел собой и не смог сдержать свою ярость. Причем я не раз видела, как он флиртует с другими. А уходя от Милли рано утром, я сталкивалась с девушками, выскальзывающими из его квартиры.
Я уж молчу о том, что он постоянно пялился на меня. Наблюдал за мной с мерзкой ухмылочкой, особенно когда мы на полную врубали музыку, и все вместе танцевали в его гостиной. Как будто наслаждался от одного взгляда на меня.
Милли тоже все знала. Однако закрывала на это глаза. Она как будто не верила, что достойна лучшего. Но я-то знала, что достойна, и именно поэтому должна была спасти ее от Митча. За себя она, возможно, и не способна постоять, но за меня наверняка вступилась бы. И если Митч причинит мне боль, она поймет, какое он чудовище.
Я не сомневалась, что она выберет меня, а не его.
Вот почему я поступила так, как поступила. Прежде чем вы осудите меня, знайте: я сделала это, чтобы помочь Милли. Чтобы спасти ее. Я сделала это из любви к ней.
Однажды, уходя от Милли, я заметила Митча, который курил возле своей квартиры.
– Привет. – Я подошла к нему. – Дай сигаретку.
Не говоря ни слова, он протянул мне сигарету. Майка-безрукавка, мешковатые штаны с низкой посадкой, волосы всклокочены…
Сделав затяжку, я выпустила дым ему в лицо.
– Какого черта?! – Он сморщил нос и начал отгонять дым, замахав ручищами.
Внутри у меня все дрожало. Митч уже начал психовать. Он вообще легко заводился.
Не лучше ли уйти, пока не поздно? Домой, где ничто не будет мне угрожать? Нет, я должна была осуществить свой план. Ради Милли.
Сделав еще несколько затяжек, я бросил сигарету на пол и подняла глаза на Митча.
– Ты ведь понимаешь, что она слишком хороша для тебя? – Мой голос звучал твердо и уверенно.
– Что?! – Его лицо скривилось, словно от отвращения.
– Милли, – сказала я, глядя прямо ему в глаза. – Она достойна лучшего. – Он побагровел, но пока сдерживался. Пришлось добавить жесткости. – Во всех смыслах. – Я медленно окинула его взглядом с ног до головы. – Только посмотри на себя! До ее уровня ты никак не дотягиваешь, куда тебе!
Митч отшвырнул сигарету и шагнул ко мне. Вот и все, подумала я.
Но он не ударил меня. Он засмеялся.
– Ну как же! И этот кто-то, разумеется, ты?
– Что?
– Брось прикидываться! Все видят, как ты смотришь на Милли. Ходишь за ней по пятам, как чертова тень. Ты на нее запала, ведь так?
Я с трудом проглотила в горле ком, жалея, что не прибегла к другому способу его взбесить. Сколько раз я видела, как он выходил из себя из-за пустяка: пролитое пиво, насмешки над любимой баскетбольной командой… Да что угодно! И черт меня дернул заговорить о Милли!
– Что за бред? – Мой голос дрожал. – Мы с Милли просто подруги.
– Ну да, конечно. – Он улыбнулся. – Скажи честно, ты ведь хочешь ее.
Я сделала шаг назад. Мои ноги тряслись, как желе.
– Вот еще! Вовсе я не хочу! Мне нравятся парни.
– Чем докажешь?
– Что? – опешила я.
Я и оглянуться не успела, как его руки оказались у меня на талии. Митч толкнул меня к двери своей квартиры так, что я ударилась о нее затылком. При этом прикусила язык, и во рту появился металлический привкус.
– Ну давай, докажи, – прошипел он.
Я пыталась крикнуть «прекрати!», но у меня вырвался какой-то слабый писк.
Его рука ползла по моему телу и схватила за грудь. Я чуть в обморок не упала. В этом не
