оно нарастало, формируясь в желание всё бросить и мчаться обратно домой, хотелось позвонить, и то, что телефоны были сданы, ещё на входе во дворец, дежурному офицеру безумно её раздражало.
Сидящий через стул тесть, о чём-то тихо спросил Женю.
— Нервничает, — коротко буркнул её муж.
— А вы, Лев Аристархович, разве не нервничаете, когда это у гостей отбирали телефоны на входе дворец. — она хотела сослаться на ущемление дворянских свобод, но не успела.
Прямо напротив неё, через большой овальный стол, за которым они сидели, в плоскости фрески во всю стену открылась потайная дверь.
— Ваше Императорское Величество, — мужчины встали, склонившись в поклоне.
Вместе с ними встала и Ми Сук, присев в книксене, как и положено по протоколу, опустив глаз долу.
Георгий Второй, или как его зовут в народе Георгий Миротворец, правящий Российской Империей пятьдесят один год, за прошедшие с их последней встречи семнадцать лет совершенно не изменился, такой же крепкий, моложавый старик. Темные с проседью волосы, уложенные в короткую стрижку, волевое лицо, стального цвета глаза, прямой нос с маленькой горбинкой, Романовские скулы.
Император, обойдя стол, коротко, по-военному, поздоровался с каждым мужчиной из Рода Сергеевых, выслушивая представления дворянина, крепко пожимал ему руку.
Подойдя к Ми Сук, неожиданно для всех, приложился к ручке и тепло улыбнувшись, отойдя на шаг в сторону оглядев женщину намеренно восхищённым взором произнёс:
— Пак Ми Сук, не устаю восхищаться вашей красотой, просто удивительно, жена, мать, невероятная красавица, до сих пор не принята в Род. — Император повернулся к Главе Рода с немым вопросом во взоре.
— Ваше Императорское Величество, — Лев Аристархович, ни тоном, ни взглядом не выдал своей растерянности, — таковым было условие Вашей Канцелярии. Я, мой сын, моя невестка, покорны Вашей воле.
— Моя воля, — император перевёл свой пристальный взгляд на младшего Сергеева.
Он смотрел долго, наверное, не меньше пары минут, наконец, черты его лица разгладились, сменив холодную маску правителя на лицо уставшего человека, и правитель огромной Империи, раскинувшейся от восточного края материка до западного спросил:
— Любишь её?
Вопрос был, не столько неожиданным, сколь нереальным, скорее его можно было услышать от коня медного всадника, чьи колокольчики ежегодно, по старой традиции, натирают до золотого блеска кадеты мореходных училищ Санкт-Петербурга.
Евгений Львович, не зная, что сказать в столь неординарной ситуации, стоял, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, пока не получил существенный тычок в спину от отца.
Младший Сергеев, от неожиданности поперхнулся, закашлялся, спрятав за этим чуть не вырвавшийся вопрос «кого?» гаркнул, ещё больше вытянув спину:
— Люблю! Ваше Императорское Величество!
— Ну, а раз любишь, почему до сих пор не венчаны? — голос императора был добр и приветлив, только глаза смотрели остро, пытливо, заставляя внутренне ёжиться от непонимания собственной вины, — негоже любящим сердцам столько лет жить в блуде.
Ми Сук, стояла замерев, не жива не мертва, столь сильным был шок от слов самого великого человека Российской Империи, а Георгий-Миротворец меж тем продолжил, доведя её до полуобморочного состояния:
— Мать моих внучек, более не может находиться в тени своего гражданского мужа, — Император, обойдя стол, сел в начальственное кресло, — прошу садиться, нам нужно обсудить дела семейные, а времени мало.
Когда все уселись, противореча самому себе в части количества времени, Георгий-Второй замолчал, уставившись перед собой, сложив раскрытыми пятернями руки, уперев указательные пальцы в свой нос.
Молчание начало затягиваться, присутствующие на тайной встрече с Императором не отрывали своего взора от Самодержца, большие напольные часы, стоящие в углу, звоном колокола, отметили половину прошедшего часа, нарушив напряжённую тишину.
— Венчаться будете сегодня, прямо отсюда в церковь, — государь говорил рубленными фразами, чётко, как диктор, выговаривая слова, — посажённым отцом невесты буду я, отец жениха присутствует. О тайном венчании узнают уличные писаки сегодня же, через два дня официальная информация о том станет известна всей нашей Империи, тогда же станут известны, фактические сведения о моих внучках, не всё, только сам факт. Это существенно ослабит внимание к юному чародею.
Император внимательно посмотрел на Главу Рода Сергеевых, отслеживая реакцию, после чего продолжил:
— Проснувшаяся Сила, в наследнике, великий дар для Империи. Мне доложили, что силы мальчика хватит для подтверждения права княжения с лихвой, это так?
— Да! Ваше Императорское Величество! — подскочил Евгений Львович, сразу же сев, повинуясь властному движению руки Самодержца.
— Это отличная новость. Мы теряем Дальний Восток, природный Князь укрепит мощь нашего государства, собрав вокруг себя, своей силой, жителей Дальневосточного Княжества. Мне доложили, мальчик обручён с наследницей старой Крови, — император не дал вскочить мужу, заставив поморщиться Ми Сук, муж явно не пришёл в себя, пора бы уже взять себя в руки, не зачем отвечать на риторический вопрос. — Это правильное решение, через год тихая свадьба в кругу семьи, и большой Императорский Бал, на котором, собственно, проведём Инициацию, подтвердим Право на Род и княжью корону.
Император обратил свой взор на Ми Сук, спросил, обратившись к ней именем данным в крещении:
— Ольга, что думаешь? Кто из девочек захочет перейти в Род Сергеевых в качестве жены?
— На то Божья Воля Георгий Николаевич, — Ми Сук наконец поняла, почему в первую их встречу, Император даровал ей право обращаться к нему по имени, — девочки обе хотят Юру в мужья. А коли будет нужно родителям принимать решение, так на то у меня муж есть.
— Ваше Императорское Величество, — Евгений Львович через силу заставил себя говорить сидя, повинуясь воле Императора, — Мы сможем решать только за Лину, Лана получила Силу Ведающей. Мы разговаривали с сыном час назад, информацию точной не назовёшь, хотя вероятность случившегося очень высокая.
Георгий–Миротворец резко встал, грохнув креслом по паркету, развернувшись к иконе в красном углу, истово перекрестился, вслед за ним перекрестились поднявшиеся Сергеевы.
— Слава тебе Господи Исусе Христе! — Полностью отчитав благодарственную молитву, крепкий старик, самостоятельно подтянул массивное кресло, сел потягав за ручки устраиваясь поудобнее, — хорошая новость, а как подтвердится, так отличной станет.
Самый главный человек страны, в возбуждении, с явным удовольствием потёр ладони, ломая привычный, вбитый в подкорку, шаблон небожителя, подтверждая свою человечность.
— А ведь, как всё может чудесно сложиться, сильная Княжья власть в регионе. Да-а-а, на годы, утрутся родственнички с Туманного Альбиона — он обвёл пытливым взглядом всех троих, задержав свой взор на
