Читаем без скачивания Другое счастье - Марк Леви

– Не пытайся меня убедить, что несостоявшийся мальчишка вроде тебя не умеет лазить через стены. Сумела сбежать, сумеешь и вернуться. А потом мы отдадим долг памяти твоей матери.

Милли, устав спорить, на следующем перекрестке повернула на Санта-Фе.

На параллельной дороге, пролегавшей севернее, Том Брэдли, ехавший в западном направлении, пересек границу Техаса. Его уже мучили голод и жажда, но он не хотел терять время, даже несмотря на то, что датчик топлива показывал почти ноль. Он не мог себе простить, что ввязался в погоню. За свою карьеру он усвоил как минимум одно непреложное правило: жизнь едва ли предоставит второй шанс маршалу, выпустившему из рук добычу.

Он миновал разрушенный поселок, ставший, вероятно, жертвой торнадо. Эти катастрофические явления природы не были редкостью на пыльных равнинах, особенно летом. От домов остались только торчавшие в разные стороны деревянные обломки вдоль дороги. Тому было страшно подумать о судьбе здешних обитателей. Он разглядел развалины школы, чуть подальше – ресторана, где проводили вечера местные жители. Расколотый надвое щит – вот и все, что осталось от боулинга. О силе разгулявшейся стихии, этой кары свыше, свидетельствовала рухнувшая церковная колокольня. Том поежился и прибавил скорость, хотя его очень тревожило количество бензина в баке. Чтобы хоть как-то добраться до заправки и не застрять неведомо где, он поехал медленнее.

Следующий населенный пункт под названием Фарго, в котором насчитывалось менее сотни обитателей, выглядел немногим гостеприимнее. На главной улице не видно было ни одного магазина, только поставленные под углом к тротуару старые пикапы свидетельствовали о том, что здесь еще теплится жизнь. Редкие сборные домики, ветхие, на хлипких фундаментах, свидетельствовали о бедности, царившей в этом засушливом краю. На приборной доске замигала красная лампочка, после чего у Тома осталась одна забота: поскорее найти место, где можно заправиться.

– Нам не добраться до Санта-Фе до наступления ночи! – сообщила Милли со вздохом.

– Ну и что, разве у твоей машины нет фар?

– Почему Сан-Франциско?

– Кажется, я уже объясняла: там меня ждут друзья.

– Вы проведете с ними несколько часов, а дальше?

– Дальше – океан.

– Рассчитываете бежать морским путем?

– Это не бегство, во всяком случае, в том смысле, который подразумеваешь ты, иначе я бы согласилась, чтобы ты отвезла меня к границе. Просто хочется еще раз увидеть мост «Золотые ворота», восхититься морским горизонтом. Там я пойму, где спрятаться и как начать спокойную жизнь.

– У вас там действительно друзья?

– Надеюсь, хотя не уверена.

– Тогда в чем смысл?

– Для меня это конец пути. В любом случае двинуться еще дальше было бы нелегко. Тебе придется отправиться обратно уже без меня. Обещаешь, что будешь осторожна?

– С тех пор как мы уехали, я только и делаю, что осторожничаю.

Агата молча отвернулась к окну.

– Мы больше не увидимся? – спросила ее Милли.

– Не думай об этом. Кто знает, быть может, ты когда-нибудь меня навестишь.

– Где мне вас искать?

– Потом я тебе напишу.

– На какой адрес вам отвечать?

– Я укажу в своем письме координаты почтового ящика. Если ты и вправду меня навестишь, мы выберем место встречи, которое будем знать только ты да я. Это будет наш с тобой секрет.

– Вот это мне по душе, – сказала Милли.

– Чем ты займешься, когда вернешься?

– Попытаюсь не потерять работу, встречусь с Фрэнком, вымолю у него прощение.

– Чем ты перед ним провинилась?

– Даже не знаю, – ответила Милли со вздохом, пожимая плечами.

– Я должна кое в чем тебе сознаться. Револьвер, которым я тебе пригрозила при знакомстве, делает совсем маленькие дырочки, и потом, в нем всего один патрон. Максимум, чего можно было бы с его помощью добиться, и то если как следует прицелиться, – это выбить замочек твоего бардачка.

– Знаю, догадалась. Мама иногда водила меня в тир. Я достаточно разбираюсь в огнестрельном оружии, чтобы понять, что у вашей пушки крошечный калибр. Я вам тоже наврала: ничего удобного и приятного в моей жизни нет, я смертельно скучаю, вот и воспользовалась шансом.

– У меня готово еще одно признание, – сказала Агата. – Можно говорить?

– А как же!

– Ты не умеешь врать.

– Вы тоже.

Том Брэдли въехал в Санта-Фе на закате. Он нашел отель, чтобы переночевать, поспешил в свою комнату, рухнул на кровать и, заложив руки за голову, стал размышлять о том, чем займется назавтра. Измотанный целым днем в дороге, он кряхтя поднялся, принял душ, потом уставился на телефонный аппарат на ночном столике. Поколебавшись, он набрал номер судьи Клейтона.

– Ты где? – сразу спросил тот.

Том вместо ответа сам задал вопрос:

– Какие новости?

– Директор исправительной колонии отказывается ждать дальше. Только что он позвонил мне и сообщил, что завтра утром уведомит федералов о побеге.

– Заранее оплакиваю его карьеру, – сказал Том со вздохом.

– Разве ты ее поймал?

– Еще нет, но вот-вот поймаю.

– Ты ее засек?

Том усмехнулся в трубку.

– Я сказал что-то смешное? – воскликнул судья оскорбленным тоном.

– Забавно, когда ты пользуешься жаргоном нашей клиентуры. Кажется, я догадался, куда она поедет завтра. Если я не ошибся, то подкараулю ее там.

– Скажи, где это, подкрепление не помешает.

– Она беглая заключенная и вооружена, федералы не оставят ей шансов. Я не хочу этого допускать. Или тебя устроило бы, если бы при ее аресте что-нибудь произошло?

– Откуда у тебя такие мысли? – возмутился Клейтон.

– Знаю я тебя!

– Не разыгрывай одинокого поборника справедливости, Том. Я больше всех хочу, чтобы все прошло по закону и как можно тише.

– Тогда попридержи своих бульдогов и дай мне хотя бы еще сутки.

– Я постараюсь, но ничего не могу обещать. Что, по-твоему, я должен им сказать?

– Напряги воображение.

– Надеюсь, ты помнишь, что на это задание тебя отправил я. Если бы не мое желание завершить это дело миром, ты бы и дальше сидел в своей дыре. Ты оскорбляешь меня своим отношением. Почему не задержать ее уже сегодня вечером, раз ты знаешь, где она?

– Потому что я устал. Или ты предлагаешь приковать ее к батарее на то время, что я буду спать? Сейчас я поужинаю, отдохну, а потом продолжу выполнение задания. Мы заключили сделку. Если ее условия будут выполнены, то все останется шито-крыто, как ты хотел.

– Ладно, потянем время. Я приму твои объяснения, когда ты пожелаешь их представить.

Том услышал щелчок отбоя: Клейтон повесил трубку.

Том не переставал думать о том, что его ждет: он думал об этом и под душем, и спустя час, когда входил в бар. Он выпил рюмку виски, потом еще одну, немного успокоился и пошел бродить по улицам старого города.

Санта-Фе был пропитан историей, полон веселых туристов, восхищавшихся постройками из саманного кирпича, галереями, источающими аромат цветов и дыма. Террасы ресторанов были полны, там пили, пели и танцевали, повсюду царила атмосфера праздника, а Том одиноко сидел за столиком на террасе и, глядя на беседующую по соседству молодую пару, вспоминал другой вечер. Дело было здесь, в Санта-Фе, только тридцать лет назад.

После того многообещающего вечера он продолжил путь в компании друзей, пересек три штата и реку на пароме, потом еще три штата, пока не добрался до Восточного побережья. В его голове теснились образы, лица, картины молодости. Давно он так не предавался воспоминаниям.

– Хотите чего-нибудь еще? – обратилась к нему официантка.

Том поднял голову. Официантка в кисейном платьице была очаровательна.

– Вы здешняя? – удивленно спросил он.

– С моим бруклинским акцентом мне нет смысла прикидываться местной. Не знаю, почему многие принимают меня за мексиканку. Наверное, это из-за солнца. Оно здесь так жжет, что даже ирландец под ним почернеет. А вы откуда пожаловали?

– С севера Висконсина.

– Надо же, куда вас занесло! Климат здесь совсем другой. Что привело вас в Санта-Фе?

– Я совершил прыжок в прошлое. А каким образом здесь очутилась девушка из Бруклина?

– Удрала от зимы, а заодно и от навязчивого дружка.

– То и другое – уважительные причины.

– Ага, особенно первая.

– Скучаете по Бруклину?

– Бывает, но мне грех жаловаться. Здесь приятное житье, половина людей – бывшие хиппи, почти все в летах, они более расслабленные, чем мои нью-йоркские друзья. Мир здесь словно вывернут наизнанку, очень забавно. Вы тоже когда-то были хиппи? Для многих из них здесь центр паломничества.

– А что, я похож? – спросил Том с улыбкой.

– И да и нет. Даже не знаю… Что-то мне подсказывает, что вас помотало по свету. Чем занимаетесь?

– Я федеральный маршал.

– Правда, что ли? – не поверила официантка.

– Вообще-то не совсем. Я пошутил.

– Ладно, там некоторые уже машут руками, как будто я слепая. Побежала к ним! Вам больше ничего не нужно?