руиной эпохи, а ей мягко улыбался пожилой мужчина лет шестидесяти, от силы. Седина овладела волосами Уиллета лишь отчасти, да и морщины не слишком бороздили лицо.
— Что, — ухмыльнулся хозяин, — не оправдал ожиданий?
— О, нет, сэр, — смутилась Елена. — Просто… Мне почему-то казалось, что вы старше.
Неловкое оправдание прозвучало, как комплимент.
— Время — деньги, — хмыкнул Уиллет, — а деньги — время. Ладно, Елена… Вы позволите себя так называть?
— Да, конечно.
— Елена Ливен… — затянул Седрик, словно пробуя имя на вкус, и продекламировал: — Родилась и выросла в Нью-Йорке. Окончила колледж в Уэллсли, но работе предпочла службу. Девушкой вы были спортивной, сильной, и сумели подвинуть мужиков в Форт-Брэгге, заработав «зеленый берет». Служили в Западной Германии, в 10-й группе спецназначения. Там-то на вас и вышла вербовщица ЦРУ. Вы согласились, и получили первое задание в рамках операции «Новус» — проникнуть на территорию СССР, захватить и тайно вывезти в Штаты мальчика-предиктора Миху… Или уничтожить.
— Дурацкая вышла операция, — поморщилась Елена с неудовольствием. — Инфильтрация прошла успешно. Мой отец — русский, и с языком никаких проблем. Я освоилась, внедрилась, адаптировалась, а через месяц — хлоп! — другой приказ. От меня потребовали сдаться КГБ и стать двойным агентом!
— Да-а… — вздохнул Уиллет, грустно кивая головой. — Это был мой приказ…
— Ваш?!
— Мой. Я объясню, — Седрик поерзал, устраиваясь поудобней. — Пороемся в сундучке с тайнами, хе-хе… Сначала, вообще-то, затевалась операция «Некст», но с той же целью — эксфильтрация или ликвидация Михи. Но русские обошли нас, подсунув «лжепророка». Тогда я заказал другую операцию — ей дали кодовое название «Новус». Но и она провалилась! Сначала Миха бежал из Советского Союза в Восточную Германию, а затем и вовсе раскрылся перед Политбюро. 9-е управление КГБ тут же «окружило его заботой и вниманием», обеспечив круглосуточную охрану… Вы в то время как раз вернулись в Штаты, успешно завербованная русскими. А я больше года пытался хоть как-то разрулить ситуацию! Действовать на территории Советского Союза было невозможно, там ведь нет демократии! Значит, и прикормленные, ручные президенты с премьерами тоже не водятся. Но все же кое-что мне удалось… И тут чертов Барух развел свою самодеятельность! Этот дурак подослал киллера. Наемник застрелил отца Михи, и ему тотчас прилетела ответка…
— Ах, вон оно что… — тихо пробормотала Ливен.
— Да, оно самое, — Уиллет сокрушенно развел руками. Задумался, и с интересом посмотрел на гостью. — Скажите, Елена, а как бы вы поступили, случись подобное с вашим отцом?
— Ну, раз убийцу покарали, — усмехнулась женщина, — то нашла бы заказчика, и…
— Можете не продолжать, — улыбнулся Седрик. — Вот и Миша нашел. Правда, он поздно сообразил, что его просто заманивают таким жестоким способом, однако… Я не знаю, что он сделал с Барухом, но тот умирал в мучениях, и очень-очень долго.
— Сэр, — вскинула бровки Елена, — неужели вы замыслили еще одну невыполнимую миссию?
— Замыслил, — вздохнул Уиллет, и повел рукой: — Нет, никаких эксфильтраций с ликвидациями! Всё, время упущено. Да, я хотел порасспрашивать Миху о грядущем, чтобы скорректировать свои действия, но за минувшие четыре года его «послезнание» утратило значение, ибо изменилась реальность, поддавшись Михиным воздействиям. Просто мы не осознаем перемен, они кажутся нам единственно сущими, и лишь сам предиктор в курсе, насколько другим стал мир…
— Не понимаю, — нахмурилась женщина, пожав плечами. — Ну, да, изменился. И что? Пускай глянет в свой хрустальный шар, да и напророчит, что станется с измененным миром!
— Пророчества невозможны физически — слишком много надо учесть случайностей и взаимодействий между случайностями, — серьезно сказал Седрик. — А Миха вовсе не предсказывал будущее — он его знал.
— Тогда… — Елена задумчиво поводила пальцем по нижней губе. — Знать будущее может лишь тот, для кого оно стало прошлым… Так он… Он что, оттуда?
— Оттуда, — с мягкой улыбкой кивнул Уиллет. — Но, прежде чем мы перейдем к делу, я должен услышать ваше согласие.
— Сэр, — Ливен с укором глянула на Седрика, — если я здесь, значит, я согласна.
— Меня это радует, — тон хозяина вновь стал серьезным, — но я спрашиваю не из понятного желания поболтать с хорошенькой женщиной. Просто хочется пожить. Желательно, подольше. Вы не представляете, какая толпа народу жаждет меня распять, расстрелять, растерзать… Им же не объяснишь, что война во Вьетнаме или свержение Альенде полезны для нашего вида! Да и не поймут. Вот и соблюдаю меры… Три спутника по очереди наблюдают за моим домом. По тревоге перекроют все дороги к поместью, в воздух поднимутся истребители с вертолетами, разверзнутся холмы, прячущие зенитные ракеты… Но главное-то люди. И мне, как киношному злодею, вроде Блофельда или Фантомаса, нужно самому подбирать ближний круг. Сиборн, мой дворецкий, зарабатывает миллионы фунтов в год — я покупаю его лояльность, чтобы из жадности или бедности он не продался дороже. Таков пряник…
— А если все же предаст, то узнает на своей шкуре, как стегает кнут, — с милой улыбкой договорила Елена. — Я согласна, сэр. И я чертовски застоялась за эти годы! Мелкие цэрэушные акции — не в счет.
— Карашо, — с жутким акцентом выговорил «координатор». — Вы приняты. А теперь к делу. Операция, которую я поручу лично вам, называется поэтично: «Черный свет», а закрутится она вокруг всё того же Михи, нашего злого гения! Ныне он ученый со степенью в секретном институте. Причем, в этом «ящике», как говорят русские, реализуется его же идея — ускоритель тахионов. Нутром чую, как же он важен, этот ускоритель, но для чего он, и что это такое, вообще, мы и не знаем толком. Добыть чертежи я поручил ЦРУ, но пока что «суперагенты» с аппетитом жуют ту дезинформацию, которую им скармливают русские… — Уиллет встал, и прошелся к окну. — Как вы будете действовать, Елена, вместе с ними или отдельно, выбирайте сами, — проговорил он, не оборачиваясь. — Считайте, что вы — «двойной нуль», и лицензия на убийство у вас на руках! Агент… м-м…
— Ноль-ноль пять, — с улыбкой подсказала Ливен.
Глава 14
Среда, 16 января. Утро
