– Эй, вы там! Оставьте девушку в покое!
Вероятно, эти слова были очень громкими, ибо Жанна услышала их совершенно отчетливо. Она узнала голос Рыжего Пирса и тотчас же, полная любопытства, оглянулась. Пирс тем временем догнал игрока в черном; спустя немного к ним подошли еще некоторые из мужчин. Жанна невольно остановилась. По жестам игрока она видела, что он всячески старался извиниться перед Пирсом за свое поведение. Однако Пирс метал гневные взгляды.
– Вот погодите, я скажу самому про ваши проделки! – крикнул он.
Жанна не стала больше слушать их. Она бросилась к дому почти бегом.
Жанна искренне обозлилась. Келс не смеет пользоваться ею для своих мерзких планов! Она быстро шагала вперед, и когда хижина показалась вдали, то с удивлением заметила, что Рыжий Пирс и Джесси Смит уже почти догнали ее. Джим Клэв по-прежнему сидел на пороге. Келс вышел на улицу. По его походке Жанна заметила, что он сильно взволнован. Вынув из ушей кусочки шерсти, она бегом пустилась к блокгаузу и, запыхавшись, остановилась перед Келсом.
– Вы ничего лучшего не смогли придумать? – гневно крикнула она. Яркая и жгучая краска залила ее щеки. – Если бы я только догадалась, чего вы добиваетесь, то вы… не заставили бы меня пойти на это. Послать меня с такой возмутительной целью!.. Вы не джентльмен!
Жанна прекрасно сознавала, что ее злобная маленькая речь, и особенно последние слова, были просто смешны. Однако на Келса они произвели сильное впечатление. Его лицо по-настоящему залилось краской стыда. Он начал бормотать что-то, но, не найдя точного объяснения, беспомощно умолк. Жанна презрительно обошла его и направилась в свою комнату. Она слышала, как Келс с целым потоком проклятий обрушился на голову Пирса, целиком обвиняя его в рассердивших ее столкновениях.
– Да ведь ты же сам хотел, чтобы ее кто-нибудь оскорбил! – горячо запротестовал Пирс.
– Ах, ты осел! – гаркнул Келс. – Я хотел, чтобы какой-нибудь парень лишь настолько приблизился бы к ней, чтобы я мог поклясться, что он оскорбил ее. Ты же дал ей расхаживать там до тех пор, пока ее в самом деле не оскорбили… Ах, Пирс, Пирс! У меня так и чешутся руки от желания пристрелить тебя!
– Тебе бы только стрелять! – огрызнулся Пирс. – Я выполнил твои приказания так, как я их понял… Но, кроме этого, я должен еще сказать тебе, что ты делаешься совершенно сумасшедшим, когда дело касается этой девчонки. Хочешь слушай, хочешь нет. Я всегда думал, что в конце концов из-за нее ты разругаешься со всеми нами, и теперь еще раз повторяю тебе это.
Сквозь свою дверь Жанна мельком видела, как Клэв быстро встал между обоими разгневанными мужчинами. Однако резких слов Пирса было вполне достаточно, чтобы вернуть Келсу его обычное равновесие. Обменявшись еще несколькими словами, они в сопровождении Джесси Смита отправились в лагерь. Жанна тоже вышла из своей комнаты и подошла к двери блокгауза. Бейд Вуд сидел перед домом и курил трубку.
– Ну и сыграли же с вами штуку, мисс, – сказал он, с участием обращаясь к Жанне.
– Для чего это ему понадобилось? – спросила Жанна.
– А! Келсу просто нужен повод для громкого скандала, – ответил Вуд.
– Скандала?
– Ну, конечно, – сухо ответил Вуд.
– Но для чего же?
– А для того, чтобы занять видное место, – прозвучал уклончивый ответ. – Рыжий Пирс попал прямо в точку: из-за вас Келс разругается с нами.
– Что вы хотите этим сказать?
– А то, что Келс пойдет налево, а банда направо.
– Почему? Почему?
– Ах, мисс, есть тысяча причин для этого, – медленно произнес Вуд. – Во-первых, он уложил Билла и Галлоуэя вовсе не потому, что те плохо обошлись с вами. Все мы отлично знаем, что вы прострелили ему спину и что вы не жена ему. С тех пор мы замечаем, как он все больше и больше нервничает. Организуя свой легион, он всей душой держится только за вас. Он убьет всякого, кто только лишний раз взглянет на вас… И вот благодаря этому, он перестал быть прежним Келсом и постоянно расходится со своей бандой. Рано или поздно, но наши дороги разойдутся.
– Скажите, есть у меня истинные друзья среди вас? – спросила Жанна.
– Само собой.
– А вы, Вуд, друг вы мне или нет? – продолжала Жанна с очаровательной медлительностью.
Седоволосый бандит вынул изо рта трубку и, блеснув своими налитыми кровью глазами, пристально уставился на Жанну.
– Конечно, мисс! Мигните мне только, и я выкраду вас из этого дома, прикончу Келса, все что захотите! Одно только словечко!
– О, нет, нет! Бежать я боюсь, и совершенно не требуется, чтобы вы причинили какое-нибудь зло Келсу. В конце концов, он ведь прекрасно обращается со мной.
– Прекрасно!.. А кто держит вас в плену, словно индеец, и велит мне сторожить и запирать вас?..
Возмущение Вуда казалось очень естественным. Однако Жанна отлично сознавала, что не смеет доверять ему так же, как Пирсу и вообще всем остальным бандитам. Их примитивные чувства разом бы изменились, попади она к ним в руки. Но несмотря на это, Жанна все-таки решила извлечь какую-нибудь пользу из дружеского расположения Вуда.
– Итак, я нахожусь под строгим наблюдением? – спросила она.
– Очевидно.
– И не смею ни с кем разговаривать?
– Ба! На то я здесь, если вам угодно. Правда, это не совсем то, чего вам хочется. Но я могу рассказать вам кучу прехорошеньких историй. А когда Келса нет поблизости и вы увидите, что меня не накроют за это, то можете делать все, что взбредет вам в голову.
– Спасибо, Бейд. Вы мне очень нравитесь, – искренне заметила Жанна и после этого вернулась обратно в свою комнату. Ее ждало шитье. Когда совсем стемнело, она отложила работу и встала к своему маленькому окошечку, следя глазами за закатом солнца.
Внезапно в конце тропинки Жанна заметила сидящую мужскую фигуру. Вглядевшись пристальнее, она узнала Джима. Он тоже смотрел на нее. Убедившись, что никого поблизости нет, Жанна просунула руку и помахала ему. Джим осторожно показал, что заметил ее приветствие; спустя мгновение он встал и удалился. Для Жанны этого было вполне достаточно. Сегодня ночью они встретятся. Жанна почувствовала, как по ее телу прокатилась горячая волна восхищения. Таинственность и опасность такой встречи придавали ей в то же время особую сладость, глубокое наслаждение и трепетность.
Вскоре Бейд Вуд позвал ее к ужину. Пирс, Смит и Клэв тоже подсели к столу; Келс выглядел болезненно. Его лицо было бледно и влажно; какие-то тени лежали на нем, точно под его белой кожей находилось что-то темное. Жанна еще никогда не видела его таким. Он показался ей отталкивающим. Пирс и Смит держались вполне естественно: они много ели и охотно болтали о золотоносных полях.
