Читаем без скачивания Читая маршала Жукова - Петр Межирицкий

Или - струсил. После чистки армии и финского конфуза чувствовал себя настолько слабым, что не посмел навстречу Гитлеру двинуть свои войска. Вот это движение, быть может, и впрямь могло предотвратить ту страшную бурю, которая разразилась полгода спустя.

Время упущено было тогда, а не в мае-июне. В мае-июне Сталин пришел к тому, к чему позднее привел Гитлера. Когда ничего иного не остается, маньяки действуют волей: "Вот напрягусь - и не наступит!"

В донесениях о концентрации вермахта содержались номера соединений и их примерная численность. Готовности (и качеству!) этой концентрации Сталин ничего соизмеримого противопоставить не мог. Он решил взять Гитлера беззаботностью. Вот, дескать, вы готовитесь к войне и что-то там не очень убедительно объясняете то грандиозной дезинформацией Англии, то маневрами и накоплением сил ради устрашения нас перед предъявлением ультиматума, - а мы вам верим. Ведь немцы - люди, всему миру известные своей честностью. Вы там воююте с Англией - ну и воюйте себе. А мы связаны с вами договором, ни к какой войне не готовимся и не готовы. (И уж тогда впрямь покой на границах!)

В данный момент, разъяснял своему окружению Гитлер. Подготовка СССР к войне небывалых масштабов стала фактом, который нельзя скрыть. Одно лишь свирепое укрепление дисциплины, при которой произошло фактическое закрепощение работающих за предприятиями, а опоздание или прогул карались тюремным заключением, превращение страны в военный лагерь, создание провиантовых магазинов именно в приграничных районах, 18-я историческая (истерическая!) конференция, подтягивание вторых эшелонов войск… Тем не менее Сталина надо удержать от упреждающего удара. Дадим же ему надежду -слух об ультиматуме.

Сталин хотел обмануть Гитлера. Хотел, надеялся, был уверен, что обманет. Ну, сроки оттянет, время выиграет!

Эта его уверенность и была банальным просчетом. Гитлер Сталина раскусил, как человека, не вступающего в переговоры и стреляющего без предупреждения. Лживой доверчивостью Сталин лишь усилил подозрения Гитлера. Так было и с командармами, им Сталин тоже улыбался. Расправа с военными послужила Гитлеру уроком. И он обманул Сталина. Обыграл его. Слом Сталина в начале войны означал проигрыш в единоборстве. Это - жжет.

Теперь, глядя на кадры, отснятые на мерзлых подмосковных полях и в степях Сталинграда, мы пожимаем плечами: как мог Гитлер сунуться в Россию? как смел думать, что одолеет ее?

Оставляя в стороне вопрос о вероятности одоления России вкупе с многократно обкатанным аспектом российских просторов, российского фатализма и воли к сопротивлению вместе с ценой этого сопротивления и всеми вместе взятыми факторами, включая разгром РККА в 37-39 годах, обратимся к тому решающему фактору, который и привел Гитлера к его роковому решению. Это -Великобритания.

У Гитлера не было сомнений, что вторжение в Англию приведет его к смертельной войне с империей, которая привыкла не унывать, проигрывая сражения, и никогда не проигрывала войн. Даже метрополия при своей малости никому из нацистского руководства слабым противником не представлялась. Гитлер трезво оценивал британское упорство, хладнокровие и волю к сопротивлению. Это грозило долгим конфликтом. Англия уже воевала, то есть копила силы. Копил силы и СССР, не воюя, и одну из угроз следовало ликвидировать немедленно, ибо время работало на врагов фюрера, он это знал и в Сталине не обманывался. У Гитлера просто не было выбора. Выбирая из двух зол меньшее, он взялся сперва не за крохотную Англию, а за СССР. Возьмись он за Англию, он оказался бы, пожалуй, еще в худшем положении, имея за спиной Англии Америку, а за спиной у себя спешно готовящийся к вторжению СССР, армия которого в этом случае владела бы инициативой.

"Война - это по преимуществу список ошибок, - писал Черчилль, - но история вряд ли знает ошибку, равную той, которую допустили Сталин и коммунистические вожди, когда они отбросили все возможности на Балканах (март-апрель 1941 года, когда Гитлер вторгся в Югославию и Грецию) и лениво выжидали надвигавшегося на Россию страшного нападения или были не способны понять, что их ждет. До тех пор мы их считали расчетливыми эгоистами. В этот период они оказалось к тому же простаками. Сила, мужество и выносливость матушки России еще должны были быть брошены на весы. Но, если руководствоваться критериями дальновидности, компетентности стратегии, политики, то Сталин и его комиссары показали себя в тот момент Второй мировой войны полностью растяпами."

Если руководствоваться критериями дальновидности и компетентности, трагично, что заговор командармов не состоялся и у кормила России остался низколобый уголовник.

И совсем уже худо на душе, когда думаешь о том, что после Победы правитель страны произнес холодный тост "за великий русский народ", который продолжал все так же морить и морочить, а слова о силе, мужестве и выносливости матушки России сказаны не правителем ее, а лордом, которому Россия нисколько не матушка, а просто многострадальная союзница в страшной войне на ее территории.

СВОДКА ГЛАВНОГО КОМАНДОВАНИЯ КРАСНОЙ АРМИИ за 22 июня 1941 г.

"С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от Балтийского до Черного моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Со второй половины дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточенных боев противник был отбит с большими потерями. Только в Гродненском и Крыстынопольском направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки Кальвария, Стоянув и Цехановец, первые два в 15 км и последнее в 10 км от границы.

Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населенных пунктов, но повсюду встречала решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолетов противника" (ПРАВДА, 1941, 23 июня).

Англичане тоже не откровенничали в сводках. Но это… Не думаю, что нацистская пропаганда даже в последние дни войны научилась тому, что умела советская в самый первый. Но узнай население о подлинном темпе продвижения вермахта, о потерях, об отсутствии связи между армиями и фронтами, о реакции самого вождя на весть о нападении - и не стало бы державы, лишь охваченное паникой стадо.

Слава советской цензуре. Если конец света цензурироваться будет на советский манер, человечеству уготован пристойный уход со сцены. Цензура не дала сработать фактору внезапности. Правда не дошла до масс. Свидетельства беженцев глушились фанфарными маршами и грозными призывами приравнивать паникеров к диверсантам и агентам. Очевидцы, опасаясь стать паникерами и, таким образом, диверсантами, предпочитали не верить себе и бормотали, что, наверно, это только у них так сложилось, а в других местах…

Слава советской пропаганде. Деморализованная опровержением ТАСС страна усилиями пропаганды быстро оправлялась от шока внезапности и к сопротивлению оказалась готова. Этот народ веками воспитывался в готовности к борьбе любой ценой. И пропаганда этого не упустила, это она развила, создав нетленные произведения искусства, шедевры песенного жанра, великие фильмы.

Дух населения поддерживался, но положения дел на фронтах это не улучшало. Жуков в качестве представителя Главного Командования отправился на Юго-Западный фронт. На Западный посланы были Шапошников и Кулик.

На Западном фронте представителям Ставки ничего сделать не удалось. Шапошников сразу же заболел - он и был тяжело больным человеком, страшные вести свалили его с ног. Кулик, полное ничтожество, на несколько минут слетал в Сувалковский выступ, иммитируя бесстрашную деятельность.

Жуков на Юго-Западном фронте сделал все возможное. Он не позволил отступлению превратиться в бегство. Но и перейти в наступление ему не удалось несмотря на численное превосходство сил Юго-Западного фронта. Ведь это давно уже не был округ Якира, где нарком Тимошенко командовал лишь конницей…

26 июня Жуков отозван был в Москву ввиду катастрофического положения на Западном фронте. Предотвратить катастрофу не удалось.

Авторство в дальнейших мерах по предотвращению перехода военной катастрофы в падение державы по праву принадлежит прежде всего солдатам и командирам Красной Армии во всех очагах обороны, бездорожью западных областей и лишь в третью очередь Ставке.

Весь ход военных действий на советско-германском фронте на протяжении 1941 года был не чем иным, как срыванием графика наступавшего вермахта любой ценой. В контрнаступления в Белоруссии, на Украине, у Одессы, Смоленска, Брянска под колеса германской военной машины, чтобы затормозить ее и спутать взаимодействие частей, бросалось неподготовленное ополчение, людское мясо, зачастую безоружное. К этому, с позволения сказать, способу ведения войны вынудила неготовность к ней.