-А мы втихаря, дома,... чтоб никто не слышал и не видел, - игриво прошептал Алексей.
Они засмеялись, усаживаясь в экипаж, как и их друзья. Никаких тревог больше не было. Никаких сомнений в правильности выбранного пути...
...В Петербурге Алексей снова отправил прошение об отставке, не посещая на тот раз дворца, не желая общаться ни с кем более. Отпуск Алексею выписали сразу, дел пока никаких не поручали. Ждать же ответа об отставке пришлось всё же ещё год. И только тогда узнали, что на решение императора позволить уйти в отставку повлияло множество людей.
Оказалось, доброе слово замолвил князь Безбородко, друг Львова Николая Александровича, когда была возвращена утерянная книга. Хоть Львов эту книгу и скрыл вскоре (то ли уничтожил, то ли она снова потерялась), но за счастливое будущее Алексея, а вместе с ним и его друзей, просил помочь.
Макаров так же пытался, на протяжении всего года, уговорить императора и тех, кто влиял на решение, чтобы отпустили Алексея в отставку. Когда же всё случилось, он лично привёз сей документ к Алексею вместе с медалью за заслуги перед Россией.
Вместе с тем он привёз и приглашение во дворец. Там очень скоро Софье торжественно вручили медаль «кавалерственной дамы». Именно такую, какую видели на балу в Москве у нескольких особ.
Подруги же Софьи вскоре стали рассказывать, что может на решение быть более мягким и помогать людям дойти до желанного счастья повлияла некая фаворитка императора. Каждый знал её имя. То была пятнадцатилетняя княжна Лопухина.
Император встретил её в Москве, где был восхищён приёмом и где тепло людей восхищало, на что он говорил:
-Московский народ любит меня гораздо более, чем петербургский; мне кажется, что там теперь гораздо более боятся, чем любят...
Тогда-то, познакомившись с Лопухиной и узнав о её добрых чувствах к нему, император стал смотреть на мир иными глазами. Она же повлияла и на то, чтобы вальс вернулся. Ведь княжна тоже так любила вальсы!...
...Теперь, ощущение, что удача снова посетила дом Аминовых, вернулось, а души радовались свободе, которую добились через годы испытаний. С Алексеем и Софьей вместе радовались и близкие, и друзья, и даже друг Бобринский, который стал чаще навещать вместе с супругой и их детьми...
Запрет возвращаться в Петербург император снял с него. Принимая Бобринского, как брата, он дал ему титул графа и разрешил вступить в право наследования имуществом Григория Орлова. Помимо того, император пожаловал брату чин генерал-майора конной гвардии, но военная служба была тому не интересна, и он тоже ушёл в отставку, уехав с женой, со своей единственной любовью, жить в Тульскую губернию. Там они жили дальше счастливо, воспитывая четырёх детей...
Счастьем жили и Николай с Алёной, и не менее счастливым проживать стал свою жизнь Антон с Анной Егоровой, бывшей Канной. Он взял её к себе в дом, откуда Александра уехала жить к родителям ещё до его приезда.
Не долго прожила с чувством вины Александра, пытаясь наслаждаться материнством, но ничто не приносило ей успокоения и радости. Почти через два года такой жизни она ушла в монастырь, оставив сына супругу, и развод их был осуществлён легко именно по этой причине...
Когда же трагические события убийства императора Павла накрыли новым страхом, надежды на более достойную и спокойную жизнь снова начали вселять в людей...
Сын императора, Александр Павлович, взошёл на престол, и тайный советник, Макаров, вошёл в состав Комиссии по пересмотру прежних уголовных дел. Дела тех семисот человек, что были арестованы при прежнем правителе, были открыты вновь, после чего освободили четыреста из них...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Всё, казалось, начинало налаживаться даже в жизни России. Пусть немного, но люди начинали верить в лучшее. Снова заиграли вальсы, снова запели песни и продолжали воспевать любовь...
Танцуя вновь с любимой, со своей супругой Софьей, Алексей ей пел на одном из таких балов, как то было теперь чаще прежнего... Жизнь вместе... Радость дарить миру ещё детей и помогать ближним... Ощущение счастья... Всё окрыляло их долгую жизнь, которую то ли Бог оберегал, то ли удача не покидала, но никакие интриги или войны не могли уже разрушить...
Ведь именно истинная любовь, которую вовремя узнали, сберегли и пронесли через годы, не умирает никогда и не позволяет злу править... Ведь жизнь — любовь, а всё — для любви!
Использованная литература:
Ю. Бондарёва - газета «Комсомольская правда», 24 августа 2016г.
Сенатский архив - «Именные указы Императора Павла I»
А. М. Песков - «Павел I»
Я. И. де Санглен - «Записки. 1793–1831»
А. Полынов - «Сыщик Архаров, или Блестящая карьера недоросля.»
Н. Н. Костина-Кассанелли - «100 историй великой любви»
Ф. В. Ростопчин - «Мысли вслух на красном крыльце»
НЕКОТОРЫЕ ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ ПОДРОБНОСТИ ИЗ ЖИЗНИ “ЗВЕЗД” МОСКОВСКОЙ СЦЕНЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII в. Памятники культуры: новые открытия. Письменность, искусство, археология. Ежегодник, 2002. М. Наука. 2003
Н. А. Львов - «Нова русская словесность и культура»
И. Стрельникова - «Непостижимый Корейша, или сумасшедший дом, куда Москва ездила советоваться.»
И. В. Курукин, Е. А. Никулина - «Повседневная жизнь русского кабака от Ивана Грозного до Бориса Ельцина.»
Примечание: в тексте использованы местоимения "Вы" - для усиления акцента обращения к персоне (в единственном числе)
