в больнице?
В палату спустя некоторое время зашла Маргарет Прайс. У нее в руках был пакет, и при виде меня в сознании она уронила его, чувственно улыбнулась и сказала:
– Как же я рада, что ты в порядке. – И, подобрав пакет, подсела на стул возле кровати.
– Спасибо за визит, миссис Прайс, – ответил я. – А как я сюда попал? Помню только, как упал посреди улицы…
– Мирай тебе помогла.
– А?
– Не доезжая пару остановок до школы, она увидела тебя лежащим без сознания на земле и сразу попросила водителя остановить автобус. Тот послушался, она выбежала – и молнией к тебе. А дальше вызвала скорую, набрала мне, я – твоей маме. Кстати, твои родители заходили, как только тебя сюда поместили. И вчера тоже. Сегодня утром еще…
– Погодите, а сколько я тут уже лежу?
– Третий день уж. Врачи сказали, что у тебя крайне сильный ушиб мозга… Сначала подумали, сотрясение. В общем, это всё очень похоже на то, что ты неслабо головой ударился.
– Да вроде нет… – «Хотя меня били, но всё несколько фантастичнее». – Хе-хе, я сам не помню, если честно. Который час?
– Девять вечера. Я как закончила работу, так сразу сюда, как и вчера, как и позавчера. Мирай тоже тебя после школы навещает. – Тут она как-то хитро ухмыльнулась. – Думаю, если я ей позвоню и скажу, что ты очнулся, она тотчас же побежит сюда. Хочешь?
– Я был бы не против увидеть ее.
– Отлично. Тогда я сейчас же наберу ей. А ты пока поешь…
Маргарет начала доставать из своего пакета еще один, с чищеными яблоками, бананами и водой.
– Спасибо.
– Ну, подожди немного. – И она ретировалась в коридор.
«Три дня, значит. Получается, сегодня уже суббота». Никакие мысли особо не приходили. Еще бы, мне нужен был отдых после случившегося. Когда выйду на свободу – я не знал, но вспоминал о делах на завтра. «Какие у меня планы на воскресенье? Вроде мы с Мирай хотели поехать на свалку… Получится ли?»
– Она уже едет! – восторженно сообщила Маргарет Прайс, ворвавшись в палату.
– Хорошо, благодарю вас.
Я руками помассировал глазные яблоки и виски.
Она походила туда-сюда по палате, после чего сдержанно проговорила:
– Раз сюда скоро прибудет Мирай, то, думаю, мне нечего тут делать. Я тогда пойду!
Я молча кивнул и посмотрел в окно.
– Не забудь поесть, пожалуйста, – сказала на прощание миссис Прайс и растворилась в дверях палаты.
«И всё же… как Крист нашел меня? – всё размышлял я. – Это же явно не случайность, что он нагнал меня, когда на улице было ни души. Он выжидал момента. Следил за мной. Люди, конечно, бывают жуткими тварями! Однако не подумал ли он, что стал виновником чего-то большего, чем просто избиение? Даже если и так, всё равно же убежал в страхе. Побоялся того, к чему жизнь его не готовила. Прямо как я, когда его брат утопал в проруби… Только я не покинул труп».
Пока моя возлюбленная воодушевленно неслась сюда во весь опор, я ел оставленные ее матерью фрукты и предавался упадническим думам. Ко мне заходила медсестра – убедилась, что я пришел в себя, сказала мне что-то про предстоящую последнюю сдачу анализов и еще одну ночь в больнице, да и удалилась.
И вот я увидел Мирай. Она зашла со сдержанным строгим лицом, но стоило ей увидеть мое несколько задумчивое выражение, как серьезность тут же передала эстафету искреннему счастью. В руках у нее не было ни цветов, ни еды, ни напитков – ничего. Похоже, получила сообщение о моем пробуждении и сразу рванула сюда, как и говорила Маргарет.
– Рэй! – воскликнула она и подскочила к койке. – Всё в порядке?
– По крайней мере, живой. Благодаря тебе.
– Не смотри на меня так! – Давешняя строгость вернулась на дистанцию. – Я могла и не сидеть с той стороны автобуса, знаешь ли. Тебе просто повезло. Но… Господи, я так рада, что ты очнулся!
Она не плакала – только села на стул, прильнула к моему животу и закрыла глаза. Я тихонько погладил ее по голове, по волосам, по уху.
– Извини уж, что так вышло. Я и сам такого не ожидал.
– А что с тобой случилось-то? У тебя шла кровь из носа, когда я подбежала тогда. Тебя опять били? Опять Адам?
– Н-нет, это был не Адам. Меня побил брат покойного Гарри.
– Брат Гарри? – Мирай отреагировала так, будто впервые слышала о том, что у Гарри был брат. И ведь и вправду, Кристофер Фоксуэлл был лишним кусочком пазла в уже сложенном ранее изображении. Я не рассказал Мирай о нем во время откровения у нее дома. – Ты умолчал о нем тогда…
– Прости, дело в том, что я не вспомнил о нем до встречи.
– О чем ты?
– Фантомные воспоминания, – обозначил я объяснение. – Помнишь мой малюсенький приступ в пиццерии в день нашей первой встречи, когда мне пришло смутное видение прошлого этой реальности? Так вот, сегодня, стоило Кристу объявиться, мне резко вдарили сотни, тысячи воспоминаний. Это случилось после того, как он меня избил. Спросишь за что – отвечу: потому что я безответственная мразь, что предала команду и в день турнира пошла гулять с такой красавицей, как ты. Но это всё второстепенное. Главное, что́ вызвало такой резкий приток информации в один момент? – Выдержав небольшую паузу, я продолжил: – Я не знаю. – Это была новая ложь, которая послужила очередным снежком в обрастающем коме лжи. – Но факт остается фактом: я получил всю нашу историю с Кристом, от самой первой встречи до последней. И почему-то мне казалось, что последняя наша встреча в самом деле окажется последней. Однако и это не важно! Отвечаю на твой вопрос: я потерял сознание из-за этого самого урагана картин, всплывавших перед глазами. И да, конечно, это было невыносимо больно. Думаю, больнее этого я в жизни ничего не испытывал.
Мирай пробежалась пальцами по моему одеялу, задумчиво просканировала взглядом кровать, как бы собираясь с мыслями. На миг прикусив губу, она выдала:
– Ничего не понимаю уже. Это как-то всё слишком сложно, Рэй. Что с тобой творится – бог его разберет. И вроде хочется узнать, но это же всё совсем не соответствует логике, идет против устоявшейся реальности. Да ты и сам не можешь понять, что происходит, что уж там говорить…
«Везде, где бы ни появлялся этот черный ублюдок, логике места нет, – гневался я, выслушивая Мирай. – Он сам издевается над ней. Издевается надо мной, над всеми нами. Проклятый паразит! Нашел клоунов…»
Вздохнув, я разомкнул рот и, слегка приоткрыв зубы, промолвил:
– Если хочешь, могу больше не забивать тебе голову этими вывертами моей измученной башки. У тебя у самой своих дел невпроворот.
– Да нет, мне всё равно интересно, продолжай делиться! И еще… у меня есть одна новость. Ну как новость… Ей уже день.
– М?
– Мне вчера сон приснился, – начала Мирай как бы нараспев. Я внимательно прислушался. – Там были
