Читаем без скачивания В крымском подполье - Иван Козлов

«Серго» рассказывал эту историю спокойно, с юмором, как занятное дорожное приключение, но у Пети на бритых щеках краска выступила. Видно, все это было не так уж весело.

— Что же думаете делать? — спросил я «Серго». — Вас же разыскивают теперь по всему Крыму.

— Они нас всегда ищут! — махнул он рукой. — Переменю паспорт, квартиру и буду дальше работать.

— Не лучше ли вам на время уйти в лес?

— Зачем? Получше замаскируюсь и буду жить.

— Паспорт имеете?

— Будет на-днях.

— Из леса?

— Нет. Мои ребята из полиции достают. С готовой пропиской, по пять тысяч рублей за штуку. Если нужно, могу и вам дать.

Я отказался наотрез.

— Таких паспортов я боюсь. Спокойнее, когда с полицией дела не имеешь. Предпочитаю свое производство.

— Ничего. У них паника, каждый полицай старается застраховать себя чем-нибудь перед советской властью.

— Не все. Выдал же вас один.

— Я его, сволочь, поймаю! — нахмурился «Серго».

Столько решимости и злобы было в его прищуренных глазах, что я подумал: «А ведь, пожалуй, поймает!»

«Серго» был, безусловно, очен смел, но все же, разговаривая с ним, я несколько разочаровался. Я ожидал встретить опытного подпольного работника, а история с его арестом и паспортом показалась мне весьма легкомысленной. Я решил своей организации ему не раскрывать и конспиративных квартир у него не просить.

— Луговой говорил мне, что у вас имеются патриотические группы, которые по условиям вашей работы вам не нужны. Можете передать их мне, а себе оставьте людей, только нужных вам для разведки.

«Серго» подумал и сказал:

— Пока не стоит, пусть остаются у меня. Будем работать в контакте.

Я не стал настаивать.

— Не можете ли отправить трех военнопленных в лес? — спросил я. — Хотел отправить с Гришей, но его что-то долго нет, а держать их в городе больше нельзя.

— Можно, — кивнул «Серго». — На-днях посылаю машину в лес. Пришлю Колю сказать, когда пойдет машина, и укажу место явки.

На этом мы расстались.

Связь со мной «Серго» держал через Колю, который заходил в мастерскую к Филиппычу «за сапогами». Но однажды ко мне пришел с поручением от «Серго» его связной Тима, которого я видел в лесу со словаками.

Тиме нужно было где-нибудь переночевать. По моей просьбе Филиппыч устроил его на ночь у одного из своих подпольщиков.

Вдруг через несколько минут этот подпольщик прибежал к Филиппычу:

— Кого ты мне дал? Татарина. Забирай его немедленно!

Филиппыч пришел ко мне. Что делать? Откровенно говоря, я только тут узнал, что Тима — казанский татарин. Я знал его как боевого партизана, и этого для меня было вполне достаточно, чтобы отнестись к нему с полным доверием.

Я заверил Филиппыча, что Тима — надежный человек, и приказал обеспечить его ночевкой.

Подпольщик подчинился, но заявил Филиппычу, чтобы утром Тиму обязательно убрали.

— Не верит теперь крымским татарам, — сказал Филиппыч. — Уж очень нехорошо они повели себя во время войны. Я вот вам расскажу хотя бы про случай в татарском селе Ворон. Недалеко от села приземлились советские парашютисты. Один из жителей предложил им у него спрятаться. Парашютисты согласились, а он тут же выдал их своим односельчанам. Татары хотели парашютистов убить, но те стали отстреливаться. Тогда их заперли в доме и сожгли. А сами татары немедленно собрали деньги и выстроили предателю-хозяину новый дом.

Связь с «Серго» продолжалась у меня недолго. 26 ноября ко мне пришла бледная и взволнованная Мария Лазоркина.

— Уходите отсюда, — чуть слышно сказала она.

— Почему?

— «Серго» арестован, и все люди его провалены.

Предупредил Петя. Гестаповцы и к нему приходили. Его дома не было, только потому он и спасся. Арестован Коля — связной «Серго». Он всех выдает.

Это известие меня ошеломило. Коля выдает! Он был у меня несколько раз. Нужно что-то делать. Я сказал Лазоркиной, чтобы она выяснила все, что возможно, об аресте «Серго» и Коли и немедленно сообщила мне. Сама она пока будет скрываться у знакомых, так как ее домашний адрес тоже известен Коле.

Когда Мура ушла, я позвал Филиппыча, предупредил его об аресте «Серго» и о том, что Коля водит гестаповцев по квартирам подпольщиков. Филиппыч взволновался:

— Что же делать? Куда вас спрятать?

— Почему же меня одного? Он и вас знает.

— Я-то выкручусь. Меня Коля знает только как сапожника. Я ему сапоги шью, вон на колодках стоят. Если придут гестаповцы, скажу, что такой мальчик действительно был, заказал сапоги — и все. А вот вас нужно куда-то перепрятать.

В этот день ничего нельзя было сделать. Хождение по улицам уже прекратилось, да и другой квартиры у меня еще не было.

— Переночуйте здесь, — посоветовал Филиппыч. — Спать будете в кладовке, в случае опасности спрячетесь в погребе — в тайник.

Так и сделали.

Ночь прошла спокойно, а рано утром явились долгожданные Гриша и Женя. Мы расцеловались.

— Почему не приходили долго?

— Прочес леса был. Ох, и дела, Иван Андреевич!..

— У нас неблагополучно, — сразу сказал я. — «Серго» арестован.

Женя побледнела:

— Откуда узнали?

— Мура предупредила. Коля тоже арестован и всех выдает.

— Надо быстро удирать отсюда. — Гриша нервно постучал пальцами по столу.

Мы стали обсуждать, что делать и кому куда уходить. Прибежал Петя. Все подтвердилось. Арестован «Серго», уже арестованы и некоторые его люди. Коля стал выдавать после избиения в гестапо.

— Я давно говорил «Серго», очень он доверчив! — горевал Петя. — Этого Колю он привез с Большой земли и всюду водил за собой. Коля всех и все знает. С паспортами тоже получилось нехорошо. Первыми взяли тех, у кого были эти проклятые паспорта. Помните, он и вам их предлагал?

— Как же!

— Ну вот, они теперь и губят людей. А этот Коля…

— Что ж Коля? — оборвал его Гриша. — Парню пятнадцать лет. Не выдержал пыток.

Решили, что Гриша заберет с собой в лес всех известных нам подпольщиков «Серго», которые еще оставались на свободе, в том числе и Петю — в его доме уже сидела гестаповская засада. Условившись о времени и месте явки, Петя пошел предупреждать людей.

— Может, и вам пойти с нами, Иван Андреевич? — предложил Гриша. — Выяснится обстановка, опять приведем вас в город.

Женя его поддержала. Я отказался:

— Что вы! Только начал работу налаживать — и уходить. Как же это можно?

— А квартира у вас есть, куда перейти отсюда?

— Квартиры пока нет. Вернее, есть одно место, но там скрывается человек, которого нужно отправить в лес немедленно. Заберите его, а я переселюсь туда.

— Я еще не знаю, сколько людей «Серго» придется вести в лес и как сложится обстановка. А квартиру вам нужно менять немедленно.

Решили вызвать «Костю» и переговорить с ним о квартире для меня хотя бы на короткое время.

Во время нашей беседы вошел Филиппыч с бутылкой коньяка.

— Вот что. — Он поставил бутылку на стол. — У нас сегодня гости, вам от меня уходить придется, да и ночь мы не спали в тревоге. Давайте выпьем по рюмочке. Сейчас Маша огурчиков с капустой принесет.

— Вот это дело! — сказал Гриша, довольно потирая руки.

Мария Михайловна принесла капусты, мы вместе выпили и закусили.

— Я получил от Павла Романовича специальное задание наладить с вами регулярную связь, — сказал Гриша. — Система связи устанавливается несколько иная, чем до сих пор. Мы с Женей больше не будем приходить в город. Теперь это очень опасно, да и надобности нет, раз вы на месте руководите подпольщиками. Назначайте связного. Он пойдет со мной к «Мартыну». Мы подыщем место в степи — «Почтовый ящик». Я буду встречаться там с вашим связным, обмениваться почтой и материалами.

Я сказал, что «Костя» рекомендует мне взять в связные «Павлика».

Гриша задумался и одобрил:

— «Павлик» — надежный парень и здоровый. Может делать длинные переходы и переносить тяжелый груз. По-моему, он подойдет вполне.

Пришел «Костя» и, узнав, что мне немедленно нужна квартира, насторожился:

— Что-нибудь случилось?

— Ничего особенного не случилось, — успокоил я его, — но ведь я уже говорил тебе, эта квартира для меня слишком многолюдна.

— Квартиры у меня сейчас нет.

— А если к тебе на день-два?

«Костя» задумался:

— К нам, пожалуй, можно. Но я должен поговорить с матерью.

— Ты постарайся, чтоб сегодня же можно было переселиться, — настойчиво повторил Гриша.

«Костя» взял газеты и брошюры с докладом товарища Сталина о двадцать шестой годовщине Октября и ушел.

Гриша и Женя решили не задерживаться в городе. На ночь они перешли к часовщику «Вале». Завтра они должны были уйти в лес, захватив людей «Серго», моего связного и почту «Мартыну».

В тот же день «Костя» сообщил мне, что как только стемнеет, я могу перейти к нему. Проводит меня сынишка Филиппыча — Ваня.