– Не беспокойся. Если тебе понадобится, ты его получишь. А вообще, он у меня не купленный, а свой. Я ж член клана «Честные Чистильщики».
– Вот как? – удивился Сергей. – И когда ты успел? И года не прошло, как ты статус игрока получил. Везунчик! – И с откровенной завистью: – Одно слово – химера!
– Эй, Сигар! А здорово ты по-ихнему болтаешь! – воскликнул шагавший позади Грейпюр. – Прям не хуже Дахи. А я и не знал.
– А ты думаешь, что знаешь всё, Крикун? – уже по-скандинавски, с неудовольствием проговорил Сергей.
– Если я чего не знаю, то это ненадолго! – нагло заявил Грейпюр. – Да ты не бойся, Сигар! Я тебе верю. Да и баба твоя у нас живет. А вот дружку твоему – доверия нет.
– И почему же? – с вызовом спросил Санёк. Пусть Грейпюр сильнее, но это не повод перед этой сволочью прогибаться.
Выпущенная из руки ветка едва не хлестнула Крикуна по роже, но тот успел ее перехватить и ухмыльнулся:
– Да ты не бойся, Маленький Сандар. Пока ярл тебе благоволит, я тебя не трону. Но бойся встать у меня на дороге! – Грейпюр ускорил шаг, грубо отпихнул Санька в сторону, обогнал и зашагал быстрее, к голове их растянувшейся на лесной тропе колонны.
– Прибил бы гадину, – пробормотал Санёк.
– И не думай! – предупредил Сергей. – Скорее он тебя прибьет. Не понимаю, с чего он тебя невзлюбил, но будь начеку, Саня. Этот садист, если ему что в башку втемяшилось, не отступится. Раньше, когда Торстейн был жив, он его придерживал. А теперь Крикун совсем обнаглел. Для него только ярл да кормчий – в авторитете. На остальных через губу поплевывает.
Некоторое время друзья шли молча. Потом Санёк спросил:
– Сергей, а что он о жене твоей говорил, я что-то не понял? Ты ж вроде разведен, нет?
– Да баба одна местная, – объяснил Сергей. – Хорошая женщина. Красивая. А главное – добрая и любит меня по-настоящему. Не то что моя бывшая. Я ее рабыней взял. Освободил, когда сын родился. По здешним законам так принято. Я б и женился, но не поймут. Но, если со мной что случится, всё мое она унаследует. Вернее, мой сын. Ему годик сейчас, но за имущество можно не беспокоиться. Никто не тронет и не отнимет. Здесь с этим четко.
– Выходит, у тебя и сын здесь есть! – восхитился Санёк. – То есть у местных от нас дети могут рождаться?
– Да запросто. Местные – такие же люди, как мы, сам же видишь.
– Слушай, а что ты с ним потом делать будешь? Не хочешь к нам забрать?
– В смысле – из Стратегии? Нет, Сань, не получится. Местным из Игры хода нет. Наши эвакуаторы на них не действуют. Я сам не проверял, но люди говорили. Так что жить ему здесь. Нехудший вариант, я думаю. И судьба его ждет правильная. Воином станет. Выучу его всему. Вместе в вики ходить будем.
– А как ты ему свои исчезновения объяснишь? – спросил Санёк. – Ты же здесь навсегда оставаться не собираешься?
– Так и есть. Забыл? У меня дочь в миру. Пока не подрастет, буду возвращаться. А там видно будет. Может, в Стратегию ее введу, если Игра примет. А нет, так придумаю что-нибудь. Проблемы, Санёк, надо решать по мере их возникновения, уж поверь бывшему чиновнику. О, знакомое место! По ходу мы почти пришли.
Глава девятнадцатая
Игровая зона «Мидгард». Александр Первенцев. Мстители
Трофейный корабль починили, хотя повозиться пришлось. Обновили запасы воды, прихватили с собой свежей пищи, в том числе – нескольких свинок, на свою беду вернувшихся в родной свинарник.
Ненастье закончилось, погода установилась прекрасная: солнышко, слабый ветерок. Идеальные условия для выхода в море в условиях обилия мелей и камней.
Кетильфаст вывел «Слейпнир» безупречно. Трофейный шел за ним как привязанный и тоже вышел идеально.
И всё шло хорошо, пока глазастый Свиди не заметил на северо-востоке два желто-черных паруса.
Ну паруса и паруса. Мало ли здесь кораблей… Однако уже к полудню стало ясно: неизвестные суда приближаются.
Что это значит, если ветер дует еле-еле? Это значит, что корабли – не торговые кнорры, а боевые, со многими румами и многими веслами.
– Они нас преследуют, – сделал вывод Кетильфаст, прикинув скорость желто-черных.
– Пускай догоняют, – беспечно заявил свободный от смены Медвежья Лапа. – Я не прочь подраться!
– Да! – поддержал его Торд Сниллинг. – Давайте станцуем пляску мечей и копий! Я напишу об этом славную вису!
– Развоевались, – охладил вояк Хрогнир. – У нас и так по три гребца на два рума. И добычи столько, сколько и за три вика не брали!
– Вот! – воскликнул Лапа. – Удача – с нами!
– Была б она с нами, мы бы по-глупому братьев не потеряли и ты, Лапа, в плен бы не угодил.
– Так ведь хорошо всё кончилось! – возразил здоровяк. – И богатства у нас прибавилось.
Говорили они громко, так что слышали и те, кто сидел на румах.
– По мне так лучше без драки, – высказался Ворчун. – За что драться, если прибыль неизвестна, а потерять можно всё. Сами подумайте: если они за нами гонятся, значит, думают, что сильнее.
– Может, они думают, что мы – торговцы? – предположил Дахи. – Как считаешь, Кетильфаст?
– Считаю: не нам выбирать, драться или нет, – спокойно произнес кормчий. – Идут они быстрее и скоро увидят, каковы наши корабли. И поймут, что мы за товар чаще железом платим, чем серебром. И еще они увидят, что сидят наши корабли глубоко, а значит, у нас есть чем поживиться. Вот тогда мы и узнаем, хватит ли им храбрости на нас напасть. А нападут, так у нас выбора не будет.
– Убьем их всех! – заявил Лапа. – Один и Тор нас любят!
– Кетильфаст, открывай ящики, – распорядился ярл. – Будем в железо облачаться! Пусть видят, кто мы есть.
Да, корабли их, определенно, преследовали. Уже можно было разобрать не только жуткие уродливые головы с встопорщенными красными волосами, нарисованные на парусах, но и оскал носовых фигур.
– Разворот! – скомандовал Хрогнир. – Встретим их грудью!
«Слейпнир» и безымянный трофейный развернулись в считаные минуты. Преследователи сразу сбросили скорость. Идти на таран они не собирались, равно как и подставлять борта под удар.
Два на два. И количество весел примерно одинаковое. Правда, бойцов у Хрогнира было маловато, так что, если у нападавших полный комплект, за ними и численное превосходство.
– Я знаю, кто это, – заявил Торд Сниллинг. – Родичи тех, островных ливов. Я видел такую же красноволосую башку на рваном парусе в их корабельном сарае.
– Ха! – воскликнул Дахи. – Мало мы ливов били? Порвем и этих!
А вот Санёк малёхо очковал. Он никогда не бился на палубе корабля. Но догадывался, что это крайне неудобно. Среди скамеек, мешков, сундуков, канатов. Оступишься – и покойник.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
