можно провести автомобиль через кубики, не отпуская руки!
Рис. 43
Мы снова вынуждены изменить наше описание арки из кубиков. А ребенок обнаруживает еще один вариант постройки – на сей раз с эффектом смены рук.
Рис. 44
Наш ребенок сконструировал для себя полезную концепцию арки, опираясь исключительно на собственные эксперименты.
12.2. Обучение значениям
Что такое обучение? Это слово, безусловно, с трудом поддается определению. Ребенок в нашем сценарии арки с кубиками нашел способ узнать одно значение из тех, которые взрослые вкладывают в слово «арка». Но мы не можем допустить, что в данном случае задействуются процессы, аналогичные тем, когда мы заучиваем стихотворение, пытаемся пользоваться ложкой или завязываем шнурки. Что происходит, когда человек учится читать, складывать числа, изучает иностранный язык, усваивает навык чувствовать настроение друга – или учится строить из кубиков башню, которая не упадет? При попытках вывести какое-то общее определение для «обучения», охватывающее все разнообразие процессов, с ним связанных, мы получим фразу, слишком неопределенную с практической точки зрения – например:
«Обучаться» значит вносить полезные изменения в деятельность разума.
Беда в том, что мы используем слово «обучение» для обозначения весьма разнообразного сообщества идей. Подобное слово вполне пригодно для названия книги или для названия учреждения. Но когда речь заходит об изучении самой сути учебы, требуются более четкие и строгие термины, различающие важные и различные способы обучения. Даже сценарий арки с кубиками показал наличие по крайней мере четырех способов обучения. Попробуем дать им всем новые имена.
Унифрейм: Объединение нескольких описаний в одно, например, вывод, что у всех арок есть нечто общее.
Аккумуляция: Сочетание несовместимых описаний, например допущение прямоугольной или треугольной формы кубика.
Переформулировка: Изменение характера описания, например описание отдельные кубиков, а не конструкции в целом.
Трансфрейм: Выявление отношений между конструкциями и функциями или действиями, например сопоставление идеи арки со сменой рук.
Эти термины получат объяснение в следующих разделах настоящей книги. На мой взгляд, прежние обозначения, применяемые в психологии («обобщение», «практика», «подстройка», «запоминание», «ассоциация») либо слишком многозначны, чтобы оказаться полезными, либо связаны с теориями, которые были опровергнуты. Между тем революция в информатике и в области искусственного интеллекта привела к появлению новых идей о сути различных видов обучения, и эти новые идеи заслуживают новых наименований.
Сценарий арки с кубиками основан на компьютерной программе, составленной Патриком Уинстоном в 1970 году. Программа Уинстона требовала, чтобы некий учитель извне системы давал примеры и говорил, какие именно конструкции можно считать арками. В моей «незапрограммированной» версии место такого учителя занимает некий агент внутри ребенка, который объясняет загадку «исчезновения руки». В самом деле, почему одни конструкции заставляют отпускать игрушечный автомобиль, а другие – нет? Следовательно, мы предполагаем, что ребенок учится самостоятельно объяснять странные события. Можно было бы посетовать, что стремление развивать любознательность ребенка лишь усложняет процесс обучения. Но если мы и вправду хотим понять, как развивается наш разум, нам следует примириться с реальностью: люди толком не учатся, если им неинтересно и они не видят цели. Былые теории обучения и запоминания никогда не достигали многого, поскольку, изрядно все упрощая, они игнорировали существенные контекстные признаки. Нецелесообразно сегодня выдвигать теорию относительно способа хранения знаний без соответствующей теории о том, как позже эти знания применяются на практике.
12.3. Унифрейм
Ребенок в нашем сценарии с аркой из кубиков изучил несколько возможностей разместить кубики в конструкции, но в итоге счел, что все эти конфигурации можно описать одинаково! На самом деле это серьезное достижение – осознать, что все варианты арки допускается описать фразой: «Верхний кубик лежит на двух других, которые поставлены вертикально и не соприкасаются». Для характеристики этого прозрения я буду использовать новое слово «унифрейм», имея в виду описание, назначение которого – быть применимым сразу к нескольким различным предметам. Как человек создает унифреймы?
В нашем сценарии с кубиками унифрейм создавался последовательно, и на каждом этапе использовалась другая схема обучения! Сначала произошло «разделение» конструкции на отдельные кубики с конкретными свойствами и отношениями: одни были признаны «горизонтальными», другие «вертикальными», кое-какие из них соприкасались или поддерживали прочие. Далее наш унифрейм выдвинул, так сказать, требование, что верхний кубик должен опираться на вертикальные кубики; назовем это условие «принуждением». Далее происходило отклонение конструкций, в которых два вертикальных кубика соприкасаются; можно назвать эту операцию «предотвращением», то есть способом избегать нежелательных ситуаций. В завершение наш унифрейм принял «нейтралитет» относительно формы верхнего кубика арки, чтобы не проводить различий, которые не выглядят релевантными; назовем эту стадию «допуском».
Как человек осознает, какие функции и отношения выбирать и применять для выполнения «принуждения», «предотвращения» и «допуска»? Сравнивая две структуры на рисунке ниже, мы «навязываем» условие, что А опирается на B и C. Но имеет смысл вообразить иные различия, которые мы точно так же могли бы подчеркнуть.
Рис. 45
Не расточительно ли использовать лишь один из перечисленных фактов, когда возможно использовать их все? Следует ли стремиться к тому, чтобы воспользоваться всей доступной нам информацией? Нет! Имеются веские причины игнорировать обилие деталей, поскольку каждый существенный на первый взгляд факт способен порождать целую вселенную бесполезных, случайных и даже вводящих в заблуждение фактов.
Большинство различий избыточно. Большинство прочих явлений – случайности.
Например, допустим, что мы уже знаем: A опирается на B. Тогда нет необходимости помнить, что A касается B или что A выше B, ибо обо всем этом мы можем догадаться. Другой пример: предположим, нам известно, что A не опирается на B. Тогда нет необходимости помнить, что A находится справа от B. Здравый смысл подсказывает нам, что если A не лежит на B, значит, этот кубик должен быть где-то еще. Однако (по крайней мере, в данном контексте) для нас не важно, находится ли это «где-то еще» справа или слева. Если мы будем безрассудно запоминать все подряд, наш ум переполнится бесполезными знаниями.
Но как определить, какие знания полезны? На каком основании мы решаем, какие функции необходимы, а какие не более чем случайны? На эти вопросы нельзя ответить вне общей теории. Они бессмысленны сами по себе, отдельно от понимания того, как мы желаем использовать ответы на них. Не существует никакого хитроумного, волшебного трюка, позволяющего обучаться; мы просто должны «впитать» крупное сообщество различных способов обучения!
12.4. Структура и функция
Когда человеческий
