кстати, тоже!
Тимофей вернулся в спальню, Полина лежала на кровати, сцепив руки на затылке. Увидев его, поднялась и, обиженно вскинув голову, вышла из комнаты. Баба, как говорится, с возу.
Тимофею удалось немного поспать перед тем, как появился Кривенцов. Эксперты занялись трупом Бутюгова, а он отправился к Паше в гости – незваным татарином. С него и начал, закрылся с ним в каминном зале, затем пригласил на допрос его жену, с Катей долго говорил, не обошел он стороной и Полину, но больше всего времени провел с Лерой. И ушел, оставив Тимофея в недоумении. С ним он разговаривать не стал. А кто же тогда главный подозреваемый?..
– Ну что я тебе говорила? – Полина влетела в комнату, будто на метле. – Чутье меня редко подводит!
– Что такое? – Тимофей настороженно смотрел на нее.
– А я знала, знала… Это Лера все заварила! – пятерней Полина взлохматила и без того взъерошенные волосы.
– Что заварила?
– А убийство Калугина!.. Я еще думаю, а чего ты такая спокойная, девочка?
– Лера убила?
– Парень у нее есть! Такой же наркоман!
– Был у нее парень, он сейчас сидит. За наркотики. Родик постарался.
– Вот! За это наркоман ему и отомстил!
– Валентин его зовут, он сейчас сидит.
– Да уже не сидит. Галка слышала, следователь с Лерой говорил, вышел ее парень, уже месяц как на свободе, по условно-досрочному освобождению.
– Это серьезно… – задумался Тимофей. – А с тобой следователь о чем говорил? Про меня спрашивал?
– И меня спрашивал, и Пашу, и всех. Не мог ты Родика убить, со мной ты был…
– А про человека спрашивал, который меня в реку столкнул?
– Ну да, я сказала, что среднего роста, плотный… узкие глаза, курносый нос…
– Ты сказала. А меня он почему не спросил?
– Не знаю, может, у этого Валентина курносый нос, может, этого хватило, чтобы его подозревать.
За дверью послышался шум, кто-то что-то громко говорил, почти кричал. Тимофей вышел в холл и увидел Катю, которая толкала в спину Леру, схватив ее за волосы.
– Я тебе все патлы вырву, сука!
Лера не сопротивлялась, на Тимофея она глянула, не поворачивая к нему головы, боялась за свои волосы. Скосила на него глаза, призывая на помощь.
– Катя, ты чего? – спросил он.
Катя сначала втолкнула Леру в комнату, закрыла за ней дверь, только затем набросилась на него.
– А ты чего? Связался с этой тварью!
Тимофей не видел Полину, но спиной чувствовал ее присутствие. Можно не сомневаться, она стояла за ним и одобрительно кивала, подзуживая Катю.
– Это все из-за нее!
– Что из-за нее? Женя пропал из-за нее?
– А никто не знает, что с Женей! – поднимаясь по лестнице, сказала Галка. – Нельзя верить этой наркоманке!
– Нельзя самосуд устраивать!
– Какой самосуд? Она сбежать пыталась! Села в машину, завела ее, хорошо, Паша ворота заблокировал…
Дверь распахнулась, показалась Лера всклокоченная, глаза горят. Но из комнаты она предпочитала не выходить.
– А что вы на меня все набросились? Что мне здесь делать?
– Кто на тебя набрасывался? Никто на тебя не набрасывался! Пока ты не попыталась смыться к своему наркоману!
– За нашими деньгами! – злой и возмущенный, добавил Паша.
– За какими вашими деньгами?
– Вот только не надо! Твой наркоман Родика убил!
– Какой мой наркоман? Нет у меня никого! – не выдержав напряжения, Лера сникла и снова умоляюще глянула на Тимофея.
– А Валентин? – спросил он.
– Он уже не мой парень!
– Это ты так думаешь.
– Я даже не знала, что он уже на свободе.
– Точно не знала?
– Точно.
– И Калугин не говорил, что Валентин освободился?
– Нет!
Тимофей внимательно смотрел на Леру и видел, как она нервничает. И голову она все норовила отвести в сторону, как будто не могла смотреть ему в глаза.
– Как же он мог не знать, если это из-за него твой Валентин сел? Он его подставил?
– Ну-у… Валентину еще долго сидеть, никто не мог знать, что его так рано выпустят. За хорошее поведение.
– За хорошее поведение?
Тимофею вдруг стало не по себе, под коленками онемело, ноги подкосились. А что, если Валентина отпустили умирать? Может, СПИД у него или гепатит в последней стадии. Если так, то и Тимофей уже идет по его пути. А он вовсе не хотел умирать.
– Я не знаю, следователь так сказал.
– А ты что следователю сказала? У тебя есть фотография этого Валентина?
– Нет, откуда?
– Врет, она что-то показывала этому Кривенцову, в айфоне у нее фотка есть.
– Мы можем посмотреть? – спросил Тимофей.
– Ну, вообще-то есть фотография, – замялась Лера.
– Я могу посмотреть?
– Ну, хорошо…
Лера вздохнула, включила телефон, долго копалась в нем, наконец вывела на экран фотографию. Она совсем юная в светлом сарафане с открытыми плечами, рядом с ней парень в солнцезащитных очках. У Тимофея невольно захватило дух, насколько сильное впечатление произвел на него этот снимок, на парня он не смотрел, все внимание приковано к Лере. В юности она была просто невероятно красивой.
– А почему в очках? – спросила Полина, через плечо Тимофея глянув на снимок, и вдруг вырвала телефон из рук Леры. – Это она специально в очках подсовывает!
– Да нет больше других фоток!
– Сейчас посмотрим!
– Нормальный у Валентина нос, – пожал плечами Тимофей. – И высокий он…
– На полголовы меня выше, – кивнула Лера. – Значит, это был не Валентин.
– Валентин!.. – Тимофей не без ревности глянул на Леру. – Фотография старая, а телефон новый. Ты ее в новый телефон перенесла?
– Ну да…
– Абы кого переносить не стала бы!
– Абы кого у нее вагон и маленькая тележка! – фыркнула Полина.
– Ну что, нашла? – спросил Тимофей.
– Да у нее тут почти нет снимков…
– Не люблю фотографироваться, – качнула головой Лера.
– Зато ты кое-что другое любишь… Даже в очках видно, что глаза узкие! – Полина вернулась к закрытой ею же фотографии.
– А нос? – спросил Тимофей.
– Нос!.. Сам говоришь, что темно было.
– Ну было, – кивнул Тимофей.
Он действительно плохо разглядел нападавшего, и с разрезом глаз мог ошибиться, и с формой носа. И даже с ростом. Человек бежал на него, сгруппировавшись для удара, тело наклонено, голова опущена…
– Как ты мог его разглядеть?
– Да, но следователь… Ты эту фотографию показывала Кривенцову? – обращаясь к Лере, спросил Тимофей.
– Эту, – кивнула она.
– Он узнал Валентина?
– Узнал.
– Как он мог его узнать?
– А как он узнал, что Валентин вышел?
– Юрков мог сказать, – пожала плечами Лера.
– А Юрков знал, что Валентин вышел?
– Не знаю… Юрков мог сказать Кривенцову про Валентина. А Кривенцов мог навести справки… Я не знаю, как там дело было.
– Ты видела, как Бутюгов душил
