Странная мысль пришла в голову Глиннесу. Он присмотрелся к шейле повнимательнее. Неужели Кэрью Лириант беременна? Эта же мысль пришла в голову и многим другим. Трибуны заволновались. Лорд Генсифер поспешно принес плащ и проводил с пьедестала свою все еще улыбающуюся шейлу. Затем обратился к команде:
— Сегодня угощения не будет. Ничего не поделаешь, но приходится, как это неприятно, выполнить свой долг и строго наказать за непослушание. «Король» Лючо, можете считать себя свободным. Глиннес Халден, ваше поведение...
— Лорд Генсифер, — произнес Глиннес, — избавьте меня от своих критических замечаний, я ухожу из команды. В таких условиях совершенно невозможно играть.
— Я тоже ухожу из команды, — поддержал Глиннеса левый инсайд Эрвил Сават.
— И я, — отозвался Уилмер Гафф, правый полузащитник, один из сильнейших игроков команды, принимавший на себя основное бремя всей черновой работы. Остальные игроки заколебались. Если они тоже уйдут из команды, то, скорее всего, так и не найдут другой уже существующей команды, к которой можно было бы пристать. Поэтому они предпочли придержать язык за зубами.
— Быть по сему, — сказал лорд Генсифер. — Для нас только лучше избавиться от вас. Все вы были чересчур уж своевольными — и вы, Глиннес Халден, и вы, Лючо, старались не упустить ни одной возможности подорвать мой авторитет.
— Только тем, что могли принести команде одно-два победных кольца, — заметил Лючо. — Да что тут говорить — желаю удачи вам и вашим «Горгонам»!
Он снял маску и вручил ее лорду Генсиферу. То же самое сделал Глиннес, затем Эрвил Сават и Уилмер Гафф. «Тумба» Кэндольф, единственный надежный защитник, осознав бесперспективность дальнейшего пребывания в команде, которая, по сути, перестала что-либо из себя представлять, тоже отдал свою маску лорду Генсиферу.
Выйдя из раздевалки, Глиннес сказал своим четырем товарищам:
— Сегодня вечером — все ко мне. Пусть это станет нашей вечеринкой по случаю одержанной только что личной победы. По случаю избавления от этого идиота Тамми.
— Очень верно подмечено, — согласился Лючо. — Я тоже не прочь пропустить кружечку-другую, но это куда веселее будет сделать на альтрамарском пляже, и там мы найдем благожелательных слушателей.
— Как хотите. Последнее время что-то слишком уж тихо у меня на веранде. Никто там не сидит, кроме меня, да еще, может быть, одного-двух мерлингов, когда меня нет.
По дороге к причалу пятерка повстречала Карбо Гилвега и еще двух танхинарских защитников. Все они были в приподнятом настроении.
— Хорошо вы играли, «Горгоны», но сегодня вы встретились с доведенными до отчаяния «Танхинарами».
— Спасибо за утешение, — ответил Глиннес, — вот только не называйте нас больше «Горгонами». Нам больше не доставляет удовольствия известность под этим именем.
— О чем это вы? Лорд Генсифер отказался от бредовой идеи руководить хуссейдной командой?
— Он решил отыграться на нас, мы же не остались у него в долгу. А «Горгоны» все еще существуют, как мне кажется. Все, что понадобится Тамми, это новая передняя линия.
— Какое странное совпадение! — воскликнул Карбо Гилвег. — Это как раз то, что очень нужно и «Танхинарам». Вы куда сейчас направляетесь?
— К Лючо на Альтрамар — отпраздновать свою личную победу.
— Тогда уж лучше к Гилвегам, где будет отмечаться настоящая победа.
— Это не для нас, — сказал Глиннес. — Да и вам самим разве захочется терпеть наши кислые лица на празднике?
— Совсем наоборот! У меня даже есть особая причина для того, чтобы пригласить вас. Во всяком случае, давайте завернем в «Чудо-Линь» на пару кружек пива.
Все восьмером расположились за большим столом, и официантка принесла восемь полных до краев кубков.
Гилвег опустил взор, как бы рассматривая шапку из пены над своим кубком.
— Позвольте поделиться одной пришедшей мне в голову мыслью — совершенно очевидной и отличной. «Танхинарам», как и лорду Генсиферу, нужна передняя линия. Это никакой не секрет — все уже давно это признают. Мы — команда, состоящая из десяти защитников и одного пивного бочонка.
— Все это очень хорошо, и я разделяю твою точку зрения, — сказал Глиннес, — но вот ваши нападающие, независимо от того, являются ли они на самом деле защитниками или нет, будут определенно против этого.
— А какое они имеют право возражать? «Танхинары» — открытый клуб. Каждый может в него вступить, и если он подходит по всем показателям, то будет играть. Подумать только! Впервые на моей памяти жалкие «Зауркашские Танхинары» могут стать настоящей командой!
— Заманчивая мысль. — Глиннес обвел взглядом своих товарищей. — Ну и что вы на это скажете?
— Я хочу играть в хуссейд, — сказал Уилмер Гафф. — И всегда стремлюсь к победе. Мне по душе такой поворот дела.
— На меня тоже можете рассчитывать, — сказал Лючо. — Возможно, нам еще предоставится шанс сыграть с «Горгонами».
Сават также согласился с предложением Гелвига, а вот Кэндольф все еще сомневался.
— Я — защитник. Для меня нет места в составе «Танхинар».
— Ты в этом уверен? — спросил Гилвег. — У нашего левого крайнего защитника серьезная травма ноги. В составе неизбежно произойдут перестановки, и может случиться так, что для тебя освободится место левого полузащитника — ведь ты достаточно быстр. Так что — попробуем?
— В самом деле — а почему бы и не попробовать?
Гилвег осушил до дна кружку.
— Вот и прекрасно. Все улажено. Вот теперь мы все можем с чистым сердцем отпраздновать победу «Танхинар»!
Глава 12
Когда Глиннес на следующее утро добрался домой, то увидел чью-то чужую лодку, привязанную к причалу. Никто не сидел на веранде, да и сам дом оказался пустым. Глиннес вышел через черный ход и увидел прогуливавшихся по лугу Глэя, Акади и Джуниуса Фарфана. На всех троих была аккуратная одежда черного и серого цветов, принятая среди фаншеров. Глэй и Фарфан что-то горячо доказывали друг другу. Акади держался несколько в стороне от них.
Глиннес вышел на луг встретить гостей. Увидев удивление и даже некоторое презрение на лице Глиннеса, Акади ответил полузаспанной улыбкой.
— Ни за что бы не подумал, что вас может увлечь подобный вздор, — недовольно фыркнул Глиннес.
— Приходится идти в ногу со временем, — произнес Акади. — В самом деле, я получаю немалое удовольствие от подобной одежды.
Глэй бросил в сторону Акади неодобрительный взгляд, Джуниус Фарфан просто рассмеялся.
Глиннес взмахом руки пригласил всех троих на веранду.
— Устраивайтесь поудобнее! Я хочу угостить вас вином. Не возражаете?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
