Читаем без скачивания Насты - Юрий Никитин

Мало того, пару лет тому скульптурные медальоны в тимпанах кокошников заменили на бронзовые, и дурацки пышный византийский храм превратился вообще в новорусский, явив миру совершеннейшее пышное и тупое безобразие.

Ребята, которые зашли сюда впервые, малость обалдели от языческой роскоши, притихли, начали оглядываться как-то пришибленно, сгорбились.

Я прошептал с нажимом:

– Помните, это бизнес-центр одной из ветвей власти!.. И вы пришли сюда зачем?

Данил ответил тоже шепотом:

– Да все в порядке… Это так, сперва.

– Ты же здесь уже был!

– Да я за других…

Я огляделся, сказал быстро:

– Всем приготовиться. Альфа и Бета уже в зале.

Ребята сперва рассредоточились, создавая видимость для охраны, если вдруг обратят внимание, что они здесь просто туристы-зеваки, затем начали собираться в линию, чтобы в нужный момент сцепиться руками и образовать такой же забор, какой совсем недавно ломали у омоновцев.

Люська и Марина, они же Альфа и Бета, такая вот у нас конспирация, в простенькой одежке и чуть ли не до полу платьях, медленно пробираются, оглядываясь на иконы и крестясь на них, к алтарю.

В церквях обычно преобладают толпы богомольных старух, безобразных и полоумных, но здесь куда больше хорошо одетых женщин, некоторые с детьми, стоят достаточно плотно, но соблюдают дистанцию, к алтарю не прутся.

Алтарь – это не плоская каменюка, на которой приносят жертвы, как я привык считать, а довольно просторная часть храма, хотя и возвышается слегка в сравнении с остальной частью зала.

Там в центре этого алтаря престол в виде квадрата, на нем крест, антиминс и Евангелие. Под престолом чьи-то кости, ибо литургию положено совершать на могилах мучеников за веру.

В алтарь можно заходить только мужчинам, так что наша группа совершит двойное святотатство.

Люська первой вбежала на алтарь, за ней Марина, а наши ребята моментально сцепили руки в локтевых захватах и перегородили охране дорогу.

К счастью, те даже не обратили внимания, зевают и чешут яйца, все равно богомольцы на них не смотрят. Попы, ну совсем разжирели твари, тоже стоят как стога соломы, не повернут жопы…

Люська первая подхватила руками длинную юбку и присела, Марина опоздала всего на секунду.

В толпе прихожан сперва все вытаращили глаза, не понимают, хотя что тут понимать, видно отчетливо, две молодые женщины срут прямо на алтаре, но увидеть одно, поверить – другое.

Я видел, как растопырившаяся Люська наложила целую кучу, не всякий поп и перепрыгнет, Марина еще тужится, выжимает из выдвинувшейся от натуги прямой кишки толстую коричневую колбасину, влажно поблескивающую в свете прожекторов.

Люська торопливо выхватила из кармашка заготовленный клок туалетной бумаги, подтерла задницу и бросила рядом тут же на алтарь, такую заметную, снежно-белую с коричневым пятном в виде теста Роршаха на предмет исследования ее уникальной личности.

В зале наконец-то пошел сперва ропот недоумения, ну тупые, потом кто-то вполне возмущенно вскрикнул, а дальше закричали и другие, эффект толпы срабатывает всегда стопроцентно.

Охранники ринулись к алтарю, однако ребята оказали им, как это называется, пассивное сопротивление, сквозь их цепь пробиться не удавалось, а тем временем и Марина закончила выкладывать колечками красивую такую булочку, среднее между «Челси», гордостью Британии, и круассаном, только свернула, как гигантскую улитку, торопливо подтерла роскошную жопу и бросила бумажку в сторону престола.

Они обе соскочили с алтаря, а в это время в зал ворвались сотрудники полиции.

Я крикнул громко:

– Никакого сопротивления властям!.. Никто не сопротивляется!..

Парни неохотно разомкнули руки, полицейские бросились к женщинам и ухватили их за плечи. Обе остановились, испуганные и трепещущие, я перехватил их взгляды и показал знаками, что все идет как надо, все сделано правильно, остальное теперь за нами, а они молодцы.

Глава 12

Толпа туристов, среди которых наверняка есть и настоящие богомольцы, кого Россия только не рожает, ломанулась к выходу, как будто тут сейчас бабахнет атомная бомба. Вот уж свиньи, где же лучше принять смерть, как не в храме? Оттуда точно сразу в рай, в дверях бы подавили друг друга насмерть, если бы не наши ребята, что и сами выскочили, и помогли организовать эвакуацию всем обосравшимся.

Потом прибыл полицейской автомобиль, Люську и Марину увезли. Я прямо на выходе из храма разместил в инете заранее заготовленное сообщение об отважной акции группы «Срань Господня», совершенной в бизнес-центре, что маскируется под религиозное учреждение и паразитирует на чувствах наивных верующих.

Кроме того, сбросил в ютюб ролик, в котором Люська и Марина в цвете и высоком разрешении совершают свой дерзновенный акт, и очень подробно расписал причины, по которым нам пришлось пойти на такой отчаянный шаг, чтобы быть услышанными общественностью.

Во-первых, этот бизнес-центр, именуемый храмом Христа Спасителя, бойко торгует различными товарами, уже успев отстоять в судах право раздавать «бесплатно за деньги», хотя на каждом крестике или крестище наклеен ценник, попробуй не «подари» продавцу указанную сумму.

Во-вторых, под этим бизнес-центром, именуемым храмом, находится двухуровневая автостоянка на триста с лишним машино-мест, автомойка, а также, как рассказывают, шикарнейшая сауна, где патриарх отдыхает с на все согласными девочками модельной внешности, что не совсем как бы монахини.

Известно, правозащитники попытались было сунуться туда со своим кувшинным рылом, но им ткнули под нос бумагу, где черным по белому сказано, что «Управление храма сдает часть помещений сторонним организациям, а также проводят мероприятия, не связанные с деятельностью Русской Православной Церкви», так что дорогие бордели, подпольное казино и все остальное, что инкриминируется церкви, на самом деле ей не принадлежит, вот так, а теперь пошли на хрен! Стража, вышвырните этих умников отсель, в церкви нужно верить, а не умничать!

В-третьих, Хамовнический суд принял решение, что девяносто три процента площади храма используется не для отправления религиозного культа, так сказано очень корректно, то есть лишь семь процентов территории храма используется в церковных целях, а все остальное – роскошный бизнес-центр, где кроме химчисток, автомоек, прачечных и фирм, торгующих морепродуктами, что на виду, там десяток организаций, которые работают, не заключив договора, и потому узнать, чем занимаются, не может абсолютно никто.

В-четвертых, две церковные лавки в храме вовсю торгуют сувенирами, но не столько нательными крестиками, как яйцами Фаберже по сто пятьдесят тысяч за штуку и поддельным арабским золотом, пользуясь тем, что проверяющие организации туда не допускаются.

Но дураки все еще покупают там, хотя некачественный товар возврату не подлежит, так как он «освящен». Кроме того, в храме идет мощная торговля марочными винами.

Одна из организаций этого исполинского бизнес-центра начала торговать освященными айпадами и айфонами, которые здесь в массовом порядке появляются в продаже задолго до того, как их начинают официально завозить в Россию.

Известно, что в залах храма проводятся роскошнейшие банкеты для избранных лиц, после которых и даже во время оных, как проговариваются некоторые счастливчики, отведавшие тех утех, устраиваются оргии, перед которыми забавы Нерона или Калигулы кажутся нищенскими и верхом пристойности.

Я порадовался, что успел первым, так как буквально через две-три минуты в новостях замелькали сообщения, что в храме Христа Спасителя был совершен кощунственный акт вандализма, что некие обкуренные и пьяные проститутки влезли, шатаясь и хватаясь за пол, и осквернили святое место, в котором незримо присутствует сам Христос.

Валентин следил через мое плечо, затем вытащил свой айпад, мы шли группой по улице и проверяли новости, а ребята осматривались в поисках подходящей кафешки.

– Ты все предусмотрел, – сказал Валентин с уважением. – Кто первым забрасывает новость в массы, тот чаще всего и выигрывает сражение.

– Посмотрим, – буркнул я. – У церкви хорошие юристы.

Он посмотрел на меня внимательно.

– Да?.. Мне почему-то кажется, у госдепа не хуже.

– Посмотрим, – повторил я.

Ребята надыбали кафешку полуоткрытого типа, мы разместились на веранде, кто-то заказал себя бифштексы и котлеты по-киевски, другие ограничились пивом, а я продолжал жадно просматривать новостные ленты.

Сердце колотится учащенно, иногда начинает казаться, что я послал девушек на проигрышное дело, в следующую минуту понимаю, что ожидаю мощного общественного взрыва, а это как раз то, чего жажду…

Валентин сказал участливо:

– Ты весь черный, шеф… Сперва был серый, а сейчас так вообще…

– Страшно, – признался я. – А вдруг погубил обеих? Обе такие доверчивые…