схватила трубку и набрала внутренний номер Ники. Та, конечно, была на работе.
– Что происходит? – спросила Аня, думая, что Ника её поймёт.
Та, безусловно, уже была в курсе.
– Если б я сама знала, – ответила она тихо.
Аня взглянула на большие круглые часы в приёмной, до начала ежедневной «жары» было ещё время. Обычно вал работы начинался ближе к десяти.
– Может, зайдёшь, кофе попьём?
– Сейчас, только уточню, не нужна ли я Паше в ближайшие минут пятнадцать-двадцать.
Ника вскоре появилась, а Аня уже клала вторую капсулу в кофе-машину.
– Матвей Сергеевич у себя? – спросила Ника, указывая на директорский кабинет.
– Нет, у него встреча в администрации Ленинского района, будет после полудня.
– Отлично, – улыбнулась Ника, присаживаясь на диванчик.
– Ой, кому-то, может, и отлично, а мне не очень что-то, – покачала головой Аня, чувствуя жгучую потребность затопать ногами от возмущения.
Ей уже осточертело держать эмоции в себе, когда её грозило разорвать от возмущения. Поступок Мелёхина вывел её из себя, выморозил, фигурально выражаясь.
– Пока ничего страшного не случилось, – резюмировала подруга.
Случилось страшное или нет Аня узнает позже. Это от многих факторов зависело, например, от такого: как часто им по работе придётся контактировать с Сергеем или надолго ли он тут задержится, или вот, как Матвей на него отреагирует. После отдыха загородом она почему-то ожидала, что Матвей начнёт задавать вопросы, даже в какой-то мере порывалась сама рассказать ему правду, но слова не шли с языка, а он не спрашивал. То ли действительно не заметил интерес Сергея к ней, то ли принял его за простое мужское внимание.
Как хорошо, что до зимних праздников, считай, две недели. Ей надо всего-то немного потерпеть, а потом, вероятно, Мелёхину надоест каждое утро вставать по звонку будильника. Она очень на это надеялась.
Аня бросила короткий взгляд на Нику.
– Давай рассказывай, а что случилось? На какую он хоть должность к нам?
– Да вот сидят с Пашей выбирают: то ли ИО директора по персоналу на три месяца по срочному контракту назначаться, то ли ведущим экспертом государственного консалтинга, но в качестве привлечённого консультанта. А это уже почти бессрочно, по потребности, так сказать.
– Выбирают? – шокировано переспросила Аня, вручая Нике чашку с кофе.
– Да, у них импровизация.
Ника внимательно посмотрела на Аню. Пока шла сюда, взвешивала все за и против, раскрывать ли ей, что парни задумали или нет. Но, в конце концов, решила, что Ане лучше знать, как есть. Почему-то ей казалось, что её отношение к Мелёхину будет жёстче, если она решит, что он так с ней играется. Да и потом не дурочка же Аня, чтобы не понимать, что совпадения неслучайны. Так хоть меньше вопросов будет.
– Боже, у них импровизация, а у меня мини-армагеддон.
– Хорошо, что мини.
Аня потрясённо покачала головой.
– Макси я уже пережила, когда Серёжа в город нагрянул… Зачем Паша в это влез?
– Солидарность? – предположила Ника.
– А Мелёхину это зачем?
– Хочет быть к тебе поближе, по всей видимости.
Аня тоже присела на краешек дивана.
– Я не понимаю всё равно.
– Ань, – Ника склонила голову к плечу, выразительно посмотрела на подругу, – я все выходные наблюдала, как он на тебя смотрел. А смотрел он так, что я совсем не понимаю, почему он в ваш первый раз смылся и даже не позвонил.
Аня опустила взгляд, пряча растерянность.
– Это охота, Ник, он – хищник, я – добыча, которая говорит нет.
– Да думаю, ему раньше тоже говорили «нет», что ж он всех так преследовал?
– Не знаю, – Аня поморщилась, чувствуя, что звучит жалко. – И ведь он хотел добиться встреч с Лерой. Добился. Мы двигаемся в этом направлении, вроде как успешно. Теперь ему чего надо?
У Ники уже сложилось мнение, чего нужно было Сергею, но озвучивать она его не стала, лишь попыталась Аню успокоить.
– Ладно, ты панику не разводи раньше времени, ничего же катастрофического не произошло.
Аркадьева сделала большой глоток обжигающего эспрессо, надеясь, что, быть может, ударная доза кофеина приведёт её в чувство.
– Боюсь представить, как Матвей Сергеевич на это отреагирует, а Мелёхин… ну ты его не знаешь, он ведь может… – она запнулась, выдохнула и снова помотала головой. – Я его теперь тоже не знаю. Наверное, вообще никогда не знала, и мне только казалось, что знаю.
Аня вконец запуталась в собственных рассуждениях и обречённо замолчала.
Именно в этот момент в дверь постучали, а потом в приёмную заглянул не кто иной, как сам Мелёхин.
Аня в упор посмотрела на Сергея, потом отвела взгляд, а Ника поднялась с дивана, отряхнула невидимые соринки с юбки и со словами «ну, мне бежать пора» упорхнула из приёмной.
Повисла тишина. Никто не заговаривал первым.
Сергей глядел на Аню, она сидела и слушала, как громко отмеряет секунды стрелка на больших круглых часах, потому что именно на них она и смотрела. Молчание затянулось до той поры, пока чашка в руках Аркадьевой не начала плясать на блюдце с громким дзыньканьем.
Мелёхин улыбнулся столь явному проявлению нервозности, а Аня нахмурилась, решительно встала и вернула недопитый кофе на стеллаж с чайным набором.
– Ну как, вас, Сергей, уже можно поздравить с новой должностью? Вы только уточните, с какой именно? – зыркнула она в его сторону. – А то мне несколько вариантов накидали.
Мелёхин довольно усмехнулся, ведь он даже не думал, что эта малышка прямо в лоб предъявит ему своё недовольство.
– Анют, ну что это ты со мной на вы вдруг?
– А у меня выбор есть? Как ни крути, ты теперь у нас в больших начальниках будешь, а я тут так… пыль офисная.
Она совершенно не собиралась этого говорить, как-то само собой вылетело, но заметила, как вмиг погрустнел Серёга, даже привычная спесь куда-то испарилась. Его, видимо, задели её слова, и то, что было для него очередным развлечением или приключением, для Ани было жизнью.
У неё, к сожалению, не было друзей, способных оказать протекцию при продвижении по служебной лестнице или по секундному импульсу взять на хорошую позицию в какой-нибудь «облэнергомашрегионтранс» или в похожую организацию с этими длинными и солидными названиями, коих в любом миллионике или около миллионике пруд пруди. Спасибо Варе, что хоть сюда пристроила, а то ведь Аня понимала, как сложно найти толковое место, имея маленького ребёнка. А Мелёхин всё в игры игрался.
– Серёж, я так больше не могу! – совершенно искренне воскликнула она, обхватила себя руками и зашагала туда-сюда по приёмной: от окна до дивана и обратно.
– Как так?
Мелёхин смотрел на её метания
