Когда огни машины скрылись из виду, сенатор обратился к Ниобе:
— Хорошо, женщина-паук, обратитесь в человеческую форму! Я ведь вас послушался!
— Я пришла сюда вовсе не для того… — запротестовала Ниоба.
— Превращайтесь — иначе я вас раздавлю! — Сенатор поднял руку, словно собирался ударить себя по плечу.
Ниоба быстро изменила облик. Вовсе не потому, что чего-то боялась, находясь в обличье насекомого — ее защищала паутина, которая делала любой аспект Судьбы неуязвимым и в виде человека, какой бы беззащитной она ни казалась. У Танатоса и Хроноса имелись на то плащи, у нее — паутина. Но Ниоба не хотела открывать сенатору свою истинную сущность, а потому исполнила его пожелание. Соскочив с плеча, Ниоба снова стала собой.
— Вот так-то лучше, — заявил сенатор, протягивая к ней руки.
Ниоба отступила на несколько шагов.
— Сенатор, если вы думаете, что в мои планы входило остаться с вами наедине… не боитесь ли вы, что я заманила вас в ловушку?
— Нет. — Он постучал пальцем по очкам. — Они показывают зло. В вас его практически нет; вы прелестны…
— Ну, тут вы правы…
Ниоба замолчала, услышав какие-то звуки.
Сенатор тоже. Спрятавшись за кустами, он начал вглядываться в дорогу.
Вдалеке показался автомобиль. Фары разрезали темноту, глухо рокотал мотор. Сенатор продолжал смотреть — и издал сдавленное восклицание.
— Существо в машине — демон!
— Человек, одержимый злым духом, — согласилась Ниоба. — Теперь вы мне верите?
— Если бы я находился в автомобиле…
— Вас бы заметили, демон увеличил бы скорость, и произошло бы столкновение. Злой дух не боится смерти, он уже давно мертв, хотя человек, в которого он вселился, еще жив.
Сенатор снова бросил взгляд на дорогу:
— Он нападет на Эмджи?
— Нет. Дух должен убить вас, до других ему нет дела.
— Мне в любом случае необходимо пойти за ней. Я не хочу, чтобы она оставалась на пляже, пока это чудовище разъезжает по дороге! — Он быстро побежал в сторону пляжа.
Ниоба устремилась за ним.
— Вам грозит опасность, сенатор! Этот демон вернется, и…
— Я спрячусь при его появлении! — задыхаясь, ответил он и перешел на шаг — физическое состояние не позволяло ему пробежать всю дорогу до пляжа.
Автомобиль убийцы вернулся, и сенатор успел нырнуть в кусты. Одержимые не слишком наблюдательны, поскольку вся энергия демона уходит на то, чтобы управлять телом жертвы, а не смотреть по сторонам. Было бы гораздо лучше, если бы злой дух просто сидел в теле, позволяя живому человеку выполнять указания, однако, когда дело доходит до выполнения приказа о самоубийстве, могут возникнуть трудноразрешимые проблемы. Демон должен сохранять полный контроль, чтобы в решительный момент не произошло задержки. Вероятно, именно по этой причине демоны и не могут долго находиться среди живых; слишком уж много энергии им требуется для управления людьми.
Почему Сатана не послал настоящего демона, как во время свадьбы Мага? Должно быть, в данной ситуации такое решение не годилось. Настоящие демоны обитают в Аду, и Сатане удавалось отправить их на Землю только в исключительных случаях. Здесь живут смертные, а для демонов, как и для ангелов, тут все враждебно. В мире смертных злые духи чувствуют себя гораздо лучше, зато они куда менее надежны. По-видимому, Сатана не ожидал, что Судьба захочет лично вмешаться; он забыл о том, что Ниоба имела с ним личные счеты.
Они подошли к мосту, переброшенному через небольшой пролив, и в ужасе остановились. Деревянные перила были разнесены в щепки. Очевидно, машина сорвалась с моста и упала в воду.
— Эмджи не знала дороги! — воскликнул сенатор. — Посмотрите, мост слегка сворачивает, а она поехала прямо…
Он сорвал пиджак, скинул туфли и нырнул. Через несколько мгновений голова сенатора показалась над водой.
— Машина там!
Он снова нырнул.
— Я не могу открыть дверь! — воскликнул он, вынырнув через несколько мгновений.
Ниоба опустила волшебную нить и скользнула по ней вниз, не обращая внимания на воду. Однако в таком виде она могла только наблюдать, совершать физические действия ей было не под силу. Она увидела машину с девушкой внутри.
Ниоба вернулась на берег.
— Девушка мертва. Вы уже ничего для нее не сделаете. Возвращайтесь домой, — посоветовала она, после чего с тяжелым сердцем отправилась в Чистилище.
Там ее поджидал Сатана.
— Значит, решила вмешаться… Ну, у тебя ничего не получилось.
— Я спасла его жизнь! — сердито возразила Ниоба.
— В обмен на жизнь невинной девушки, — парировал он. — Моя цель достигнута. Меня не волнует, будет этот человек жить или умрет; я просто хотел покончить с его политической карьерой. И я своего добился.
Ниоба скользнула мимо, отказываясь продолжать разговор. Однако последующие события показали правоту Сатаны. Сенатор рассказал, что он хотел отвезти девушку в город, но заблудился, свернул не в том месте и выехал на пляж; ему удалось выскочить из машины, а Эмджи — нет. Кое-кто ему поверил; другие сомневались, ведь его масса в два раза превышала массу девушки. Как он мог оказаться таким ловким? Слишком много вопросов, и не на все из них имелись ответы. Сенатор возглавлял свою партию, скорее всего стал бы кандидатом в президенты; но после скандальной смерти девушки у него не осталось ни единого шанса. Он по-прежнему занимал сенаторское кресло, однако потерял все надежды на то, чтобы стать президентом. Его карьера была кончена. И все из-за того, что он позволил девушке одной поехать по незнакомой дороге.
— Если бы я лучше умела обращаться с нитями… — промолвила Лахесис.
— Нужен многолетний опыт, чтобы противостоять Сатане, — с мрачным видом перебила ее Ниоба. — Он невероятно коварный и не знающий устали противник. Мы думали, он стремится лишить сенатора жизни, а оказалось, что крушение карьеры его вполне устроило. По всей видимости, мы уже ничего не могли сделать, когда обнаружили путаницу в Гобелене.
Однако ненависть к Сатане вспыхнула в ней с новой силой.
Сколько раз она вступала с ним в борьбу и несла потери: Седрик, Бланш, а теперь сенатор. Ей хотелось вчистую обыграть Лукавого. Но всякий раз оказывалось, что люди доброй воли ничего не могут противопоставить лишенному всяких принципов воплощению Зла.
Время Хроноса подходило к концу. Чем быстрее приближался момент перемен, тем сильнее становилась его неуверенность в себе. Для него все лишь только начиналось, для остальных — близилось расставание.
Каждый новый Хронос получал в свое распоряжение Песочные Часы, могучий волшебный предмет. В этом смысле он ничем не отличался от остальных воплощений. Однако с момента вступления в должность Хронос жил в обратном направлении — до той самой секунды, пока не отдавал Песочные Часы своему предшественнику. Исключительно неудобная процедура.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
