удалось лишь около полудня, когда мои покои навестила старшая горничная. Попросив прощение за внезапный визит, она предложила принять ванну перед обедом и объявила, что меня ожидают король и принцесса. Лишь после этого сон окончательно ушёл в ночь. Усталость, конечно, как и боль в руке, никуда не делись, но надетые вчера повязки на боку и голове больше не кровоточили. Посему, я решила освободить свои волосы и помазала рану мазью из сумки.
Не хотелось лишний раз пугать принцессу своим внешним видом.
Облачившись в изумрудное платье, уходящее своим подолом в самый пол, я отправилась вслед за женщиной.
Дворец изнутри выглядел ещё более величественно, чем снаружи. И если фасад здания был в основном тёмным, то внутри отделка оказалась светлее. Здесь, во всяком случае, было гораздо приятнее, чем в моём прошлом доме или поместье маркиза Орнелла.
Но самой приятной деталью стало обилие магических бытовых предметов. Значит, хоть должность бытовой ведьмы королевской семьи и пустовала, в прислугу они нанимали не только людей или, по крайней мере, закупались в магических лавках и умели пользоваться нашими изобретениями.
По дороге до обеденной залы мне повстречались увлажнители воздуха, механизмы для полива цветов, летающие чугунные утюги для отглаживания штор, зачарованные веники и даже маленькие одухотворенные тряпочки, натирающие окна.
Значит, Лойд все-таки поддерживал нас, как мог. Это давало надежду после всех пережитых ужасов.
— Вам сюда, мисс.
Двое слуг распахнули передо мной двери, и меня едва не ослепил яркий свет. Помещение оказалось крытым садом с беседкой среди цветущих гипсофил. Внутри в клетках и за их пределами пели птицы, солнце освещало каждый зелёный уголок, а на столе в окружении лёгких кресел стояло множество вкусностей и дымящийся чайник. От аромата свежих булочек скрутило живот.
Хотелось, как дикарке, наброситься на угощения, но я лишь поджала губы.
— Лея!
Сорвавшись с места, ко мне в объятия прыгнула невысокая девчушка, в которой я тут же узнала Каису. Сжав меня до хруста в рёбрах, она пищала от восторга, как маленький птенчик. Жёлтое платье прекрасно подходило её светлым волосам и миловидному лицу. Уже знакомый цветочный аромат со свежими нотками базилика выгодно дополнял образ прекрасной принцессы. Опешив, я погладила её по голове. Энергетика девочки кричала, что она действительно искренне рада меня видеть.
— Каи, — строго позвал её мужской голос.
Но на него отреагировала только я, встречаясь взглядом с карими глазами Лойда.
Он был облачён в чёрную рубаху и узкие штаны, а волосы повязал лентой. Отдохнувшим мужчина совсем не выглядел, но его энергетика шептала об умеренности. Сейчас король чувствовал себя куда лучше, чем во время наших приключений.
— Ваше Величество.
— Да брось, Лея, — тут же вставила свой медняк Каиса, отрываясь от меня. — Когда никого нет рядом, зови его по имени.
Я выгнула бровь, с удивлением глядя на принцессу. Но она не нашла в своих речах ничего пред рассудительного, поэтому просто широко мне улыбнулась.
— Дерзко, — отметил король. — Однако по имени будет привычнее, просто не забывай верно оценивать ситуацию.
Я едва не уронила челюсть на пол. Дядя и племянница были как два сапога, один поменьше и с тонким каблучком, а другой побольше с массивной подошвой. Вот только сути это не меняло. Оба причудковатые, со своими насекомыми в головах.
Я хмыкнула, позволяя принцессе увести себя к столу.
Лойд шёл следом, внимательно изучая мой облик. Видимо, оценивал, подошло ли подобранное платье, хотя эти вещи едва ли должны были его волновать.
— Твоя семья ещё несколько дней будет под арестом, а потом я отправлюсь в имение виконта для расследования.
— Что вы хотите там найти?
Мы сели. Зачарованные заварники почти всех оттенков осени тут же взмыли в воздух, кружась, чтобы все присутствующие могли выбрать один из них. На стеклянных боках пестрели этикетки, но я, к сожалению, до сих пор не ведала таких сортов чая.
— Попробуй этот.
Каиса коснулась деревянной крышечки образца с жидкостью насыщенного бордово-коричневого цвета. Подмигнув ей, я пододвинула к себе тарелку с жареными ножками.
— По моим наводкам, Дюррор некоторое время торгует бытовыми ведьмами с другими государствами, — хмуро пояснил Лойд. — И с отправкой писем с недавних пор начались подозрительные странности, а ваше имение как раз находится в Слутте, это только на руку. Но нам пока не удалось узнать что-то конкретное, боюсь, масштаб проблемы может быть огромен.
Я бесстыдно впилась зубами в мясо и задумалась. Роза говорила что-то подобное перед тем, как её едва не сожгли на погосте. Вроде как каналы связи, по её мнению, были нарушены. Многие письма из разных уголков Этразии стали приходить либо вскрытыми, либо иными. Почерк, манера речи оставались неизменны, но события, описанные в них, не вязались с реальностью. Так одной из работниц трактира Клемента её сестра стала писать, что их смертельно больной отец стал идти на поправку. Занятая кучей дел, я тогда слушала об этом в пол уха, а сейчас понимала — очень зря.
— Вы правы, среди информаторов были такие слухи, — прожевав, кивнула я.
— Нужно заняться этим делом более тщательно, — отметил Лойд.
— Ой, так вы что, теперь вместе будете избавлять королевство от юродивого?!
Мы с мужчиной перевели на принцессу недоуменные взгляды. И стоило смыслу сказанной ею фразы дойти до моих спекшихся мозгов, как я подавилась чаем. Действительно, почему мы так естественно трапезничаем и обсуждаем столь масштабные проблемы? И почему я нарушила правило сестринства не есть у чужих людей в доме?! Плевать, что это дворец! Хотя давать заднюю после двух приговорённых к каянию в небытие моего желудка куриных ножек казалось очень глупо. Именно поэтому я заела всё это добро большой ложкой мороженого.
— Как оказалось, наши цели схожи, однако, — произнёс Лойд, явно впечатлённый моей способностью уплетать всё за обе щеки. — Перед этим ты должна дать ведьмин обет.
Я нахмурилась. Чувство дежавю на мгновение ударило по затылку, но быстро исчезло, будто его и не было.
— Вы хотите мою клятву в верности? Раз дали место бытовой ведьмы королевской семьи, то, должно быть, хотите перестраховаться.
— Не совсем, — качнул головой мужчина. — Я хочу, чтобы ты дала обет никогда не вредить и при необходимости помогать принцессе, остальное меня не волнует.
Я замерла. Впервые кто-то просил не за себя и не для себя, хоть из всех возможных обетов я дала лишь один. Один ведь?..
От этой мысли по позвоночнику пробежал ворох неприятных мурашек. Странное, липкое чувство будто измазало чем-то губы. Машинально облизнув их, я произнесла:
— Хорошо, но что взамен?
Лойда этот вопрос ничуть не смутил.
