Читаем без скачивания Кровавая осень - Брайан Макклеллан

Часовню скудно освещало единственное окно с восточной стороны. Это было просторное помещение, размером примерно двадцать на тридцать футов. Скамьи сложили вдоль стены, а в центре зала на большом столе, накрытом золотой скатертью, стояли блюда с фруктами и десертом. В канделябрах горели свечи, на стенах висели картины – наверняка эти дополнения сделала свита Ипилла, пытаясь создать здесь хотя бы слабое подобие королевской роскоши.

Небольшая группа кезанских придворных собралась у дальнего конца стола. Фельдмаршал Гутлит сидел рядом с двумя другими, незнакомыми Тамасу генералами. Напротив него расположилась худощавая женщина с тонкими, птичьими чертами лица, одетая в строгий буро-зеленый костюм – официальные цвета Королевского совета Кеза. Возле нее пристроился бледный, тщедушного вида человек – герцог Регалиш, доверенный советник Ипилла. Еще несколько аристократов стояли у дальней стены.

Во главе стола восседал сам Ипилл. Он сделался болезненно тучным с момента последней встречи с Тамасом, когда фельдмаршал пытался убить его. Некогда щеголь и светский лев, он развалился в кресле, в котором без труда уместились бы двое гренадеров. Его наряд был кричаще-пышным: отороченный густым блестящим мехом, с золотой вышивкой. Рубины на пальцах короля заставили бы покраснеть от зависти даже Первосвященника.

– Тамас.

Голос Ипилла напоминал рокот тяжелого барабана, но его подбородок при этом мелко затрясся.

– Ипилл.

Герцог Регалиш вскочил на ноги, и его стул неприятно проскрежетал по каменному полу.

– Безродная дворняга! Это король, и к нему следует обращаться «ваше королевское величество».

– Можно я заткну пасть этой породистой псине? – спросил Олем, положив руку на эфес шпаги.

Тамас ответил красноречивым молчанием, оставив Регалиша дрожать от негодования. Ипилл повернул голову к своему советнику:

– Сядьте, мой добрый герцог. Ваши причитания на Тамаса не подействуют. Он сделан из стали. А сталь нельзя согнуть, ее можно только сломать.

Фельдмаршал сложил руки за спиной, пытаясь справиться с болью в груди и сосредоточиться.

Олем молча обошел зал, нагнулся, чтобы заглянуть под скатерть, а затем медленно двинулся вдоль стола, изучающе рассматривая каждого из придворных и не обращая внимания на то, как мрачно они сверкают глазами. Толстые пальцы Ипилла громко забарабанили по столу.

– Что это значит, Тамас?

– Меры предосторожности.

– Разве мы встретились здесь не под белым флагом?

– Бросьте, ваше поблекшее величество. Вы приняли свои меры предосторожности, прибыв сюда раньше меня. Теперь моя очередь.

Низкий, густой смех Ипилла предупредил новую вспышку негодования Регалиша.

Олем закончил обход и кивнул Тамасу, тот указал на своих спутников с другой стороны стола.

– Ипилл, позвольте представить вам леди Винсеслав – уверен, что вы с ней уже встречались. Мой сын, майор Таниэль Два Выстрела, Избранная Нила из Республиканского совета Адро, члены моего Генерального штаба.

– Прекрасно. Регалиш вам уже знаком. Уверен, что это вы убили его дядю. Дальше сидят другие мои советники. – Король пренебрежительно махнул рукой. – Фельдмаршал Гутлит. Куратор Жейна. – Ипилл еще раз густо рассмеялся. – Мы оба уже скребем по донышку, пытаясь найти новых Избранных, не правда ли? Печальные времена.

Тамас жестом попросил своих спутников садиться, а сам занял место за противоположным от Ипилла концом стола.

– Я бы поставил на свою Избранную, если бы дело дошло до поединка.

– В самом деле? Мои шпионы докладывают, что она всего лишь неопытная ученица.

«Шпионы? Вот оно, королевское высокомерие. Мне прекрасно известно, что в моей армии есть кезанские осведомители. Но признавать это открыто – просто… отвратительно».

– А они не рассказывали вам, как эта ученица поджарила целую бригаду?

Краем глаза Тамас заметил, что Нила гордо выпрямила спину. Она выглядела очень эффектно, хотя нервный румянец на лице слегка портил впечатление. Будь у нее чуть больше опыта и уверенности в себе, она стала бы здесь центральной фигурой. Бо прислал ее не для того, чтобы она мешала переговорам, неожиданно понял фельдмаршал. Он прислал ее учиться.

– А затем лишилась сил! – усмехнулся Ипилл. – Это была резервная бригада. Я быстро наберу новых солдат. Полагаю, ваши потери восстановить будет труднее. Не правда ли, леди Винсеслав?

Леди натянуто улыбнулась королю и раскрыла веер:

– Война одинаково жестока со всеми, ваше величество.

– Но особенно с теми, у кого меньше солдат. Ну так что же, Тамас, мы так и будем сидеть здесь, обмениваясь оскорблениями и угрозами, или попробуем договориться?

– У вас есть предложения?

Ипилл кивнул Регалишу, советник встал и прочистил горло.

– Эта война обошлась обеим нашим странам в миллионы. По милости Господа нашего Кресимира и короля Кеза Ипилла Второго мы предлагаем условия мира. – Он замолчал и снова откашлялся. – Мы отводим армию к Будвилу, при этом город остается под нашим контролем, и Кез признает независимость Адро, в обмен на репарации в миллион кран.

Больше пяти минут Регалиш подробно излагал предложения Кеза, дважды сверив незначительные детали с официальным документом. Закончив, он еще раз откашлялся и сел на место.

Тамас поставил локоть на стол, подпер рукой подбородок и посмотрел на Ипилла, удивленно приподняв бровь.

– Вы нас весьма позабавили, – первой высказалась леди Винсеслав.

– У вас нет шансов на победу, Тамас, – прогрохотал Ипилл. – В отличие от вас, я могу позволить себе потери шести последних месяцев. Для нас это капля в море. Если не получится иначе, мы возьмем вас измором.

– Вам, должно быть, сообщили, что теперь вы воюете еще и с Деливом? Покойный герцог Никслаус совершил роковую ошибку, напав на Альватон и попытавшись обвинить в этом Адро. Насколько я понимаю, деливцы собираются атаковать вас с севера, а пока они направили мне на подмогу шестидесятитысячную армию, которая через несколько дней будет здесь. К тому же их Королевский совет цел и невредим.

На лице Ипилла не отразилось никаких эмоций. Регалиш наклонился к нему и что-то прошептал на ухо.

– Король, где ваш одноглазый бог? – внезапно заглушил его голос Таниэля. – Где ваши могущественные Избранные и ваша Великая армия? Где шпионы и предатели, которых вы подкупили или запугали всякой религиозной чепухой?

Ипилл оттолкнул от себя Регалиша:

– Ты вздумал тягаться со мной, мальчишка? Считаешь себя убийцей бога? Скажи правду, ты ведь обмочил штаны, когда взглянул в лицо Кресимиру?

– Нет, я просто выстрелил ему в глаз.

– Но он остался жив.

– Готов поспорить, сейчас он лежит смирно, как убитый, – ухмыльнулся Таниэль.

Тамас вздрогнул. «Следи за своими словами, Таниэль, – подумал фельдмаршал. – Он нарочно старается тебя разозлить, чтобы ты выдал все наши тайны».

– Прекратите, майор, – сказал Тамас, с ненавистью глядя на самодовольно усмехающегося уголком рта Ипилла.

Фельдмаршал достал из кармана сложенный лист бумаги и развернул его:

– Мы готовы предложить свои, не менее великодушные условия мира: вы полностью выводите свою армию из Адро, отказываетесь от ваших глупых требований и признаете нашу республику перед всем Девятиземьем. Вы передаете нам десять тысяч акров земли на Янтарных равнинах и клянетесь, опять же перед всем Девятиземьем, не нарушать мира в последующие сто лет. Вы возвращаете нам всех пленных и оставляете заложников как гарантию того, что все условия будут выполнены.

– А что мы получим взамен?

– Взамен я обещаю, что не перебью вашу армию, как стадо бешеных коров.

Регалиш снова вскочил на ноги:

– Вы зашли слишком далеко!

– Сядь на место, змееныш. Я говорю с королем, а не с его шавками. В дополнение ко всем этому вы передаете нам Кресимира.

– Даже не пытайтесь поднять вопрос о выдаче Кресимира, – отрезал Ипилл.

– Я так и думал, что он лежит, – пробормотал Таниэль.

Тамас жестом приказал сыну замолчать.

– Таковы наши условия.

– Как великодушно, – проворчал Ипилл. – Своего первенца я вам тоже должен отдать?

– У меня уже есть Беон. Хотя, насколько я понимаю, он всего лишь третий ваш сын.

Кезанская Избранная хмыкнула, но проглотила смешок, как только король сверкнул на нее глазами.

– Тамас, а мою ногу вы не хотите? – продолжил Ипилл. – Может быть, вы желаете стать герцогом? Вы требуете слишком много.

– Таковы наши условия, – повторил фельдмаршал.

– Они окончательные?

– Посмотрим. Это же переговоры.

Кезанская делегация собралась в дальнем углу зала, а Тамас отвел своих спутников к входной двери.

– «Это же переговоры», – передразнила его леди Винсеслав. – Тамас, вы никудышный дипломат. С таким же успехом вы могли бы сказать, что готовы сдаться.