звезд... Ибо далеко, далеко от нашего мира ушли Те, кто со временем мог бы стать людьми... если бы не острые копья твоих предков!..
В небе висела сплошная серая мгла, сквозь которую желтым кругом просвечивало холодное солнце. Дагонова Могила оказалась невысоким круглым холмиком, заросшим буйной травой, странным образом напоминавшей грибы. В восточной стороне кургана зияло входное отверстие грубо сработанного тоннеля, достигавшего, по всей видимости, внутреннего помещения. Бран взялся двумя руками за иззубренный край каменной плиты и потянул что было силы. Камень не сдвинулся с места. Тогда Бран вытащил меч и всунул острие в щель между плитой и каменным косяком. Он принялся осторожно расшатывать камень, действуя мечом как рычагом. Постепенно тяжелая плита зашевелилась и подалась, и Бран отвалил ее в сторону. Его тут же обдало волной густого смрада: такой запах мог бы исходить из покойницкой. Пикту даже показалось, будто солнечные лучи не сразу пожелали озарить открывшуюся дыру, словно боясь испачкаться от соприкосновения с висевшей там вонючей темнотой...
Бран ощупью полез внутрь, держа в руке меч и готовясь... неизвестно к чему. Тоннель оказался длинным и узким. Стены и потолок были сложены из тяжелых, плотно подогнанных камней, и выпрямиться было невозможно. Сначала мрак казался Брану совершенно кромешным, но потом он начал кое-что различать. То ли глаза привыкли к темноте, то ли помогал солнечный свет, кое-как все же сочившийся сквозь входное отверстие... Как бы то ни было, спустя некоторое время Бран выбрался в округлое помещение и даже сумел разглядеть низкий купол над головой. Без сомнения, именно здесь были в древности упокоены останки того, ради кого укладывались строительные камни и наваливалась сверху земля. Минувшие века уничтожили бренную плоть, не оставив никакого следа. Наклонившись и напрягая зрение, Бран сумел рассмотреть странный и удивительно правильный рисунок каменной кладки пола. Шесть хорошо подогнанных плит обрамляли седьмую, шестиугольную, красовавшуюся посередине.
Пикт опять воспользовался мечом: запустил его в щель между камнями и осторожно нажал. Край срединного камня дрогнул и постепенно пошел вверх. Еще немного усилий, и Бран, окончательно вытащив плиту, прислонил ее к закругленной стене чертога. Он напряг зрение, вглядываясь в открывшийся проход, но ничего, кроме зияющей тьмы крутого колодца с маленькими полустертыми ступенями, тонувшими во мраке, так и не рассмотрел. Дальше Бран действовал без каких-либо колебаний. По спине между лопатками гулял отвратительный холодок, но все-таки пиктский вождь решительно перелез через край и стал спускаться вниз. Темнота в колодце показалась ему вещественной, плотной и липкой.
Спускаясь, он нащупывал путь, оскальзываясь и спотыкаясь на стертых ступенях, слишком узких для человеческих ног. Бран плотно упирался одной рукой в стенку колодца: мало ли что за ловушки ожидали его впереди, как бы не сорваться впотьмах в какой-нибудь бездонный провал!.. Ступени были выбиты в монолитной скале, но время почти совсем сгладило их. Чем дальше пробирался Бран, тем меньше лестница походила на лестницу: ступени постепенно превращались в простые гладкие бугорки.
Потом тоннель круто переменил направление. Он вел по-прежнему вниз, но уклон сделался гораздо меньше: Бран смог просто идти, пригибаясь под низким сводом и крепко упираясь локтями в каменные стенки. Ступеньки под ногами вовсе исчезли, зато на камне появилась слизь, точно Бран спускался в змеиное логово. «Что же за существа, — спросил себя Бран, — скользили вверх-вниз по здешним тоннелям? И сколько веков они здесь прожили?..»
Между тем тоннель йачал сужаться, так что вскоре Бран с некоторым трудом протискивался вперед. В конце концов он лег навзничь и, действуя пальцами, начал продвигаться ползком, ногами вперед. Он знал, что забирается все глубже в недра земли, и не решался даже гадать, далеко ли осталась поверхность. Потом... потом впереди забрезжил свет. Кромешную тьму нарушил слабенький огонек вроде тех, что мерцают по ночам на болотах. Бран улыбнулся ему, но улыбка больше напоминала оскал. Он был готов драться... хотя как прикажете давать бой в этой узкой норе? Впрочем, решившись на путешествие в преисподнюю, Бран постарался полностью отрешиться от страха за свою жизнь. Существовала лишь Цель, к которой он стремился. Бран полз вперед...
...И наконец оказался в пещере достаточно обширной, чтобы можно было выпрямиться во весь рост. Осмотревшись, он не смог различить свода, но подземный чертог даже в темноте подавлял своими размерами. И повсюду — все та же плотная, вещественная темнота. Она надвигалась со всех сторон, а позади Брана зияло отверстие, сквозь которое он сюда проник, — черная дыра темней темноты. А прямо напротив него находился источник жуткого мерцания, замеченного им еще из тоннеля. Там возвышался чудовищный алтарь, сложенный из человеческих черепов. Откуда именно исходил свет, Бран так и не понял, зато на алтаре, как ему показалось, возлежала квинтэссенция самой темноты, ночь, свернувшаяся в клубок, — Черный Камень!
Стражей темной реликвии нигде не было видно, но Бран не стал тратить время на благодарственные молитвы. Он подхватил Камень и, зажав его под левой мышкой, поспешно устремился обратно в тоннель. При этом ему все время мерещилось, будто ожившая тьма крадется за ним, обнюхивая его пятки и скаля омерзительные клыки. Так всегда кажется, когда приходится поворачиваться к опасности спиной. Бран пробирался темным колодцем, прижимая к себе свою жуткую добычу, и ледяной пот струился по его телу. Он карабкался вверх как можно быстрей и все время напрягал слух, силясь вовремя распознать крадущиеся шаги неведомых тварей. Его колотил жестокий озноб, волосы на затылке порывались встать дыбом, как если бы холодный ветер тянул ему в спину...
Добравшись туда, где начинались крохотные ступени, Бран почувствовал себя так, словно вот-вот должен был достигнуть границы живого мира, — достигнуть с другой стороны. Поскальзываясь и спотыкаясь, он ринулся вверх и наконец, издав вздох величайшего облегчения, вывалился обратно в склеп Дагоновой Могилы. Царивший там призрачный сумрак показался ему благословенным полуденным светом. Бран поставил на место срединный камень и вышел наружу, под открытое небо. Никогда он еще так не радовался холодным лучам желтого солнца, скрытого за облаками. Он физически ощутил, как тает черный кошмар безумного страха, гнавшийся за ним по подземным тоннелям. Он водрузил на место каменную плиту, запиравшую вход в курган, поднял валявшийся на земле плащ, плотно завернул в него Черный Камень и поспешил прочь. Необоримое отвращение гнало его прочь, окрыляя шаги.
Над землей распростерлась серая сумрачная тишина. Болотный край казался безжизненным, точно оборотная сторона луны. Однако теперь Бран в точности знал, что в глубине, у него под ногами, дремала скрытая жизнь. Как скоро она
