силы в таких условиях? Странно, что Сайлас собирался разрушить ее старания и выйти наружу. Неужели у них не было взаимопонимания?
— Уведите его!- произнес Анико, и двое стражей потащили меня в сторону деревни.
Кирка так и осталась небрежно валяться у входа в подземелье. Впрочем, сейчас мне нужно было думать о себе, а не об инструменте. Мои доводы не приносили никакого эффекта, казалось,будто меня просто не слышат.
Теперь понятно на что рассчитывала Корда. Она не собиралась возвращатьсяв Лабиринт в ближайшее время. Колдунья ждала свое воинство здесь, на поверхности, чтобы соединиться с ними и уничтожить Вельсар.
— Снимите с меня эту дурацкую сетку и дайте мне идти нормально! — ситуация уже выводила из себя.
Услышав мои требования, воин, идущий рядом только ухмыльнулся, а второй тыкнул в бок острием копья, подгоняя вперед.
— Иди давай, колдовское отродье, завтра увидим как ты запоешь на костре.
— Анико, о чём это он?
Старейшина обернулся на мой голос и уставился непонимающим взглядом.
— Ты разве не знал? Все, кто помогает Лабиринту, приравниваются к колдунам и сжигаются на костре.
Глава 15. Скрытые мотивы
Остаток ночи я провел взаперти. Оружие отобрали, но самое обидное — оставили без доспехов. Я видел, как один из воинов с явной завистью поглядывал на них. Конечно! У стражи были хорошие универсальные доспехи, но моей выносливости было достаточно, чтобы таскать на себе броню покрепче. Конечно, до стального ежа далеко, но обычным гоблинским копьям против моего нагрудника ничего не сделать!
Ладно, что-то погорячился. Думаю о доспехах, а сейчас лучше бы подумать о своей жизни. Кажется, беднягу Ричи хотят все же превратить в жареного кабанчика. Хорошо, хоть есть никто не будет.
Деревянная дверь, обитая железом, скрипнула в петлях и отворилась, внутрь зашел староста.
— Мальчик мой, ничего не хочешь мне рассказать?
Ага, то есть мне еще и допрос устроят? Ну, пусть попробуют. Несмотря на серебряные кандалы на запястьях, у меня были способы разобраться с Анико, все-таки время в Лабиринте прошло недаром. Ладно, пока он ждет от меня ответа, попробую поговорить еще раз.
— Мне нужно в Лабиринт. Там Торкал, Кари, Тея и Арна. Им нужна моя помощь.
— Так-так, и что же вы там замышляете?
Тон старосты и его выражения мне сразу не понравились.
— А чего могут хотеть искатели? — я посмотрел на Анико, ожидая, что он сам ответит на вопрос, но он терпеливо ждал моего ответа. — Мы хотим дойти до Сердца Лабиринта и уничтожить его.
— Мальчик мой, неужели тебе неизвестно, что искателей больше нет? Мастер Химен и Трей мертвы, а их последователи либо погибли, либо перешли на сторону Лабиринта...
— Ошибаетесь, нас осталось мало, но мы все еще боремся. Пока будем живы, мы не отступимся от своей цели.
— Ну, ждать осталось недолго, — Анико отошел к двери, повернулся ко мне и одарил сочувствующей улыбкой. — Признаться, Ричи, я рассчитывал получить от тебя признание. И тебе было бы легче умирать, сбросив эту ношу с плеч, и я бы знал, что хоть один приспешник Лабиринта раскаялся.
— Да катись ты к гоблину! — я пнул ногой пустую миску, доставшуюся мне в наследство от прежнего обитателя этой темницы, и она полетела в старосту. Тот продемонстрировал небывалую по его годам реакцию и тут же поторопился укрыться за дверью.
Разговаривать с этими идиотами бессмысленно. Такое впечатление, что близость Лабиринта сказалась на их умственных способностях. Хотя, Рик ведь в порядке, значит, дело явно не в этом. Смирившись со своим положением, я не нашел ничего лучше, чем уснуть. Хоть надо мной и нависла смертельная угроза, с чистой совестью спалось отлично. Пусть они все катятся в задницу огра - будет утро, тогда и разберусь что делать. Достучаться бы хоть до Шляпочника, тот бы мог пробиться сюда и помочь, но местных домовых я не знал — эти ребята вообще редко попадаются на глаза людям, только если доверяют.
Утро встретило меня все в том же безвыходном положении. Дверь снова со скрипом отворилась, и внутри показался страж.
— Пришло твоё время, колдуний огрызок!
Воин вывел меня наружу.
— Куда мы идем?
Не знаю почему, но я не чувствовал страха. Казалось, будто сейчас меня ведут на рядовой допрос в казармы и скоро отпустят. Вот только маячивший впереди деревянный столб, окруженный ворохом сена и хвороста, намекал, что мои подозрения беспочвенны.
Нет, ну вот где справедливость? Одного из лучших искателей, которых только знал Горстейн, сейчас сожгут на костре сами же люди. Абсурдность ситуации все не укладывалась в моей голове. Может, этот самый Рендал тоже связан с колдунами? Надоумил наместника издать этот дурацкий указ и всё... Тут же вспомнил бледное лицо начальника стражи Вельсара. Не похоже, чтобы он играл. Может, он и вправду невиновен, а это наместник якшается с колдунами, а не Рендал?
— Пришли! — стража выстроилась полукругом, вытолкнув меня вперед.
Я стоял перед сотней жителей деревни, которые пришли поглазеть на мою казнь. Половину их них я знал лично. Кто-то стыдливо прятал глаза, когда я встречался с ними взглядам, другие плевали себе под ноги, показывая своё презрение. Некоторые женщины плакали. Ясно эти точно не обрадуются, когда я подрумянюсь. Значит, пришли только потому что помнят. Приятно-то как...
Нет, сдаваться просто так не буду. Да, с этими людьми я прожил почти всю жизнь, но они сами приговорили меня к смерти, значит, жалеть их не обязан. Кто пострадает — я не виноват. А стража и вовсе была из Вельсара. После всех издевок, которые я перенес за эти сутки, к ним у меня не было ни капли жалости.
Когда страж подошел ко мне, чтобы потащить к столбу, я свел запястья вместе и резко обрушил их на голову незадачливого воина. Серебро — мягкий металл, но удар все равно получился на славу. Оглушенный воин упал к моим ногам, а его товарищи тут же бросились ко мне. Плевать! Главное — скорее снять эти кандалы, мешающие пользоваться магией, и тогда посмотрим чья возьмет.
Сейчас невольно почувствовал себя в шкуре Корды, которую прижали к стене в казармах Вельсара. Представляю что она чувствовала в этот момент.
Есть! Отмычки уже в моих руках, но сразу трое стражей оказались рядом. Один из них решил не церемониться, и тыкнул копьем, намереваясь проткнуть меня насквозь. Уворачиваюсь в сторону и пропускаю копье мимо, ударом
