— Хорошо.
Я взглянул на «Аврору», и все остальное вдруг стало совершенно неважно. Все, что случилось раньше — кости, облачная кошка, — потускнело, будто на выцветшей фотографии.
— О боже! — безнадежно прошептал я. — Только посмотри на нее! Посмотри на наш корабль…
— Состояние нашего корабля для вас, без сомнения, не секрет, — начал капитан Уолкен.
Офицерская кают-компания, куда набился весь экипаж на экстренное собрание, едва смогла вместить всех — и только стоя. Вид у нас был довольно унылый, в мокрых униформах и с налипшим на лица и волосы песком. Я забился в уголок, чувствуя, что у меня мало прав находиться здесь.
— Каркас корабля до сих пор не пострадал, — говорил капитан, — и мы со старшим штурманом полагаем: нам хватит газа, чтобы поддерживать «Аврору» в воздухе, и можно разрешить пассажирам вернуться на борт. Мы не развалились на части. Но на этом, к сожалению, хорошие новости заканчиваются. Мы потеряли слишком много гидрия, джентльмены. Мы не можем лететь.
— Нет ли возможности облегчить корабль еще, сэр? — спросил мистер Чен.
— Мы можем снять все до единого ящики с грузом, и выкинуть всю мебель, и высадить всех пассажиров, коли на то пошло, и все равно нам не хватит подъемной силы даже перелететь через лагуну. В нашем теперешнем положении поднять нас может разве что рука Зевса. Поэтому мы должны оценить наши возможности. — Он повернулся ко второму помощнику радиста. — Мистер Чадхари, в каком состоянии наше радиооборудование?
— Сэр, пираты постарались на славу. Передатчик очень сильно поврежден.
— Каковы шансы починить его?
— Я работаю над этим, сэр. Но я не думаю, чтобы мы смогли послать сигнал на сколько-нибудь далекое расстояние отсюда, с земли, даже с полностью исправным передатчиком.
— Продолжайте работать. Радио может стать нашей единственной надеждой. Перед самым вторжением пиратов мы послали сигнал бедствия, но не услышали ответа. Боюсь, что в пределах слышимости не оказалось ни одного судна.
— Теперь нас объявят пропавшими без вести, сэр, — сказал первый помощник.
— Мало толку от того, что нас будут искать вдоль нашего маршрута, — ответил капитан. — Пираты позаботились увести нас далеко от курса. Грантэм?
— Трудно было сориентироваться точно, сэр, — отозвался штурман. — Они заставили нас порхать как мотылька, но я высчитал, что мы примерно в трехстах двадцати километрах в стороне от нашей полетной трассы. Мы в малоизученном закоулке Тихого океана. Шансы встретить здесь еще какое-нибудь воздушное судно близки к нулю. И, боюсь, нам не стоит надеяться, что нас найдут. Океан слишком велик. Они решат, что мы разбились и затонули.
Невеселые новости, и я видел, как кое у кого плечи явно опустились.
— Ну что ж, — сказал капитан, — думаю, самое время организовать отряд для обследования острова.
— Он может оказаться обитаемым, капитан, — заметил мистер Райдо.
— Именно на это я и надеюсь, — ответил капитан.
— Это могут оказаться дикари, не жалующие посторонних.
— Значит, нам придется пустить в ход все свое обаяние, — парировал капитан. — Может, они располагают каким-нибудь транспортом, которым мы могли бы воспользоваться, пусть не все, но чтобы хоть послать гонца с просьбой о помощи. Кто знает, может, у них даже есть радио. Мы должны обязательно все разузнать.
Я увидел, что капитан ищет взглядом кого-то в толпе, и отвел глаза.
— Мистер Круз, вы немного повидали этот остров, мне кажется.
— Да, сэр.
Я услышал несколько тихих смешков.
— Заметили ли вы хоть какие-нибудь признаки населенности острова?
— Никаких следов других человеческих существ, сэр, ни на восточном побережье, ни на центральном плато. Но остров большой и тянется на много километров на запад.
— Поселение может оказаться с наветренной стороны острова, — сказал капитан. — Мистер Круз, пойдете с исследовательским отрядом, который мы организуем.
— Да, сэр.
Я чуть-чуть воспрянул духом. Я все еще могу быть полезным, и капитан не собирается впредь держать меня взаперти на корабле — мысль, с которой я уже смирился. Но, наверное, я обманываю сам себя, думая, что капитан не сердится на меня. Просто теперь мы действительно — потерпевшие кораблекрушение, положение у нас ужасное, и, если я понадоблюсь, он меня использует. Это не значит, что он доверяет мне.
— Есть спасательные плоты, — предложил мистер Леви. — Кто-нибудь из нас может отправиться за помощью.
Мистер Грантэм покачал головой:
— Нет. До ближайшего порта больше тысячи километров, да еще пришлось бы плыть против господствующих течений.
— Слишком рискованно, я думаю, — заметил капитан.
— Сэр!
Я узнал голос Брюса Лунарди.
— Мистер Лунарди?
— Мы проходили похожий случай в Академии, сэр, — начал он.
Некоторые откровенно захихикали, и капитан гневно прищурился:
— Джентльмены, ни один из присутствующих здесь не мудр настолько, чтобы ему нечему было учиться. Мистер Лунарди, продолжайте, пожалуйста.
Я слышал, как дрожит голос Лунарди, и посочувствовал ему.
— Там, сэр, корабль упал на землю из-за утечки гидрия. Но команде удалось соорудить из газового отсека что-то вроде воздушного шара и наполнить его оставшимся гидрием. Его хватило, чтобы поднять гондолу с тремя или четырьмя членами экипажа.
— Я помню этот случай, — кивнул капитан Уолкен. — До берега добрался только один.
— Да, сэр. Но я подумал, может, нам удалось бы как-нибудь долететь на воздушном шаре до судоходных линий, дождаться проходящего судна и подать сигнал бедствия.
— Очень хорошо, мистер Лунарди, это интересная идея. Но опять-таки более рискованная, чем мне бы хотелось. Я не слишком доверяю воздушным шарам. — Я видел, как капитан вздохнул и впервые на лице его явственно проступила печаль. — И ваш план означает, что мы должны будем вскрыть корпус корабля, чтобы извлечь газовый отсек. Мне не хотелось бы потрошить «Аврору». Но если не найдется другого выхода, возможно, ваша идея станет лучшей из всех, что пока у нас есть. Благодарю вас. Я подумаю.
При мысли, что корабль будут расчленять, как труп, мне едва не стало плохо. Мой дом останется лежать в руинах и никогда не полетит снова. Но даже я понимал, что это может оказаться нашим единственным шансом. Хотел бы я иметь какую-нибудь блестящую идею, чтобы заслужить похвалу капитана и спасти «Аврору» от такого постыдного конца. Но мне нечего было предложить.
— Если позволите, сэр, такому воздушному шару можно найти другое применение, — сказал мистер Байард, младший радист.
— Давайте послушаем, — согласился капитан.
— Если мы с мистером Чадхари сумеем починить передатчик, то сможем передать сигнал бедствия. Если удастся приладить на воздушный шар антенну и поднять ее высоко над островом, дальность действия передатчика значительно увеличится.
— Хорошо, — одобрил капитан. — Похоже, джентльмены, мы все выбрали не ту профессию. Нам судьбой предназначалось стать пилотами воздушных шаров. Очень хорошо, мы займемся этим. А теперь некоторые безотлагательные вопросы. Я знаю, что неподалеку от корабля найден довольно приличный ручей, но что касается пищи, то каковы наши запасы, мистер Влад?
— Мы не умрем от голода! — радостно вскричал Влад, и кое-кто из нас благодарно засмеялся над его хорошим настроением. — В одной только лагуне еды хватит на всех!
— Не все пассажиры любят рыбу, — указал мистер Лисбон.
— Сожалею, но я не понимаю, — ответил Влад старшему стюарду.
— Я просто сказал, что не всем пассажирам нравится рыба.
— Рыба, да, рыба, именно о ней я и говорю.
— Не все ее любят! — завопил мистер Лисбон.
— Я их научу любить ее! — свирепо посулил Влад. — Я буду готовить множество разных блюд — и супы, и всякие деликаты, я правильно сказал, да? Деликаты? — и мы все будем в хорошей форме и в славном настроении. Некоторые пассажиры, да, возможно, сбросят лишний вес, если вы понимаете, о чем я, капитан.
