«— Тебе нужно передохнуть, — однажды сказал Бобби. — Чего ты только не натерпелась, пока ухаживала за мной! Позвони Фрэнсис и Роуз, съездите в Сиэтл за покупками или пообедайте вместе… Я попрошу маму присмотреть за малышкой.
Я с радостью приняла это великодушное предложение и тут же позвонила Роуз.
— Привет, какие у тебя планы на сегодня?
— Никаких. Хочешь, я приеду следующим паромом?
— Очень! Бобби предложил мне отдохнуть и устроить девичник. Мы можем пообедать, а потом пойти на ярмарку на Главной улице.
— Да, ярмарку нельзя пропустить, — согласилась подруга. — Я позвоню Фрэнсис.
— Ну, не знаю, мы давно не разговаривали.
— Вот и отлично. Самое время начать. Я ее позову, и вы обе выбросите из головы дурацкие обиды.
Я надеялась, что она права.
* * *
Роуз пришла в ресторан первой, чему я очень обрадовалась. Мне было бы не по себе наедине с Фрэнсис.
Я никому не сказала о своей беременности, даже Роуз, хотя понимала, что долго скрывать это не удастся.
Фрэнсис вошла, села, коротко поздоровалась, потом повернулась ко мне.
— Мне жаль, что Бобби заболел.
— Спасибо за сочувствие.
Это было все, что я могла ответить.
* * *
— Смотрите!
Нарушив царившее за столом молчание, Роуз показала в окно на сильно накрашенных школьниц, которые ели жареный арахис из одного на двоих кулечка. Держась за руки, девчонки вприпрыжку шли по тротуару перед рестораном.
— Ярмарка! Давайте повеселимся, как прежде!
Обычно передвижная ярмарка приезжала в наш город в апреле, когда о зимних холодах и думать забыли, но в этот раз она появилась неожиданно рано. Каждый год мы втроем, следуя давней, еще со времен детства, традиции, объедались сладкой ватой, катались на колесе обозрения и узнавали свою судьбу. В этом году мы, минуя колесо обозрения и продавцов сладкой ваты, направились прямиком к шатру гадалки.
— Эстер! — окликнул меня из толпы мужской голос.
Я оглянулась и увидела Билли.
— О, привет!
— Привет, — с улыбкой сказал он, посмотрев на меня долгим взглядом. — Вот твоя сумочка, ты недавно забыла ее в ресторане. Я все надеялся, что встречу тебя и отдам.
Билли протянул мне сумку. Не знаю почему, но у него был несчастный вид.
— Спасибо, Билли, — поблагодарила я.
Хотя наши отношения закончились много лет назад, всякий раз при виде Билли я вспоминала слова Фрэнсис о том, что он до сих пор меня любит.
— Эстер, ты скоро? — позвала Роуз.
Они с Фрэнсис стояли у входа в шатер гадалки. Я кивнула и попрощалась с Билли.
Внутри шатра, богато украшенного драпировками из узорчатой ткани, нас встретила женщина лет пятидесяти с оливковой кожей и темными волосами. Я видела ее впервые.
— Что вам угодно? — спросила она с незнакомым акцентом.
— Хотим, чтобы нам погадали, — сказала я.
Гадалка кивнула и провела нас через проход, завешанный шторами из бус.
— Пятьдесят центов с каждой.
Нам всегда казалось, что это слишком дорого, но год за годом мы выкладывали деньги, надеясь услышать хоть крупицу правды. Мы все трое уселись на подушки, разбросанные по полу. Гадалка положила перед нами три карты.
— Ну, кто будет первой?
Роуз подняла руку.
— Отлично. Выбирай.
Роуз вытащила синюю карту с изображением слона. Гадалка взяла руку Роуз и долго, по крайней мере минуту, изучала ее ладонь. Потом подняла глаза и улыбнулась.
— Да, — просто сказала она.
Гадалка положила выбранную Роуз карту в стопку справа и вытащила еще три карты.
— Ага, все, как я ожидала. Счастливая жизнь, достаток и радость. В твоем будущем я не вижу туч. Ни единого облачка.
Роуз понимающе улыбнулась.
— Спасибо.
— Следующая.
Фрэнсис кивнула.
— Давайте, я выберу, и покончим с этим.
Ей никогда не нравились предсказания, тем не менее, она каждый год ходила с нами.
— Возьми карту, милочка, — велела гадалка.
Фрэнсис показала на фиолетовую карту с птицей и осторожно произнесла:
— Вот эта.
— Так, — пробормотала гадалка, рассматривая руку Фрэнсис, потом провела пальцем вдоль ее ладони.
— Что там? — нетерпеливо спросила подруга, выдергивая руку. — Видите что-нибудь?
— Вижу, но нечетко. Нужно проверить по картам.
Гадалка перетасовала колоду, вытащила три карты, разложила перед Фрэнсис и нахмурилась.
— Твоя жизнь будет долгой и насыщенной, но вот линия любви… Впервые такое вижу.
— Что вы имеете в виду?
— Похоже, у тебя будет две большие любви.
Фрэнсис покраснела, а мы с Роуз захихикали.
— Погоди-ка, я вижу глубокое горе, — продолжила гадалка. — И посреди этого горя кто-то…
— Достаточно! — перебила ее Фрэнсис. — Не хочу больше ничего слышать!
— Милая, с тобой все в порядке? — спросила Роуз.
— Да, — буркнула Фрэнсис, ожесточенно потирая ладонь, словно пытаясь стереть предсказанное будущее.
— А теперь моя очередь, — сказала я, поворачиваясь к гадалке.
Еще не предложив выбрать карту, она посмотрела мне в глаза и нахмурилась.
— Беру вот эту! — сказала я, показывая на розовую карту с изображением дракона.
Гадалка отчего-то встревожилась, словно я грубо нарушила все правила гадания, но все же взяла мою ладонь и рассматривала ее намного дольше, чем руки моих подруг. Я терпеливо ждала, пока она водила пальцем по линиям, как будто пыталась что-то соединить. Через несколько минут женщина резко, словно испугавшись, оттолкнула мою руку, затем достала из колоды три карты и выложила перед нами. Долго их рассматривала, потом наконец открыла рот:
— Извините, я верну деньги.
— Нет, — возразила я. — Ничего не понимаю. Почему вы не можете сказать, что увидели?
Гадалка замялась.
— Не могу.
