598
Близость Парижа придает вам силы. На полном скаку проехав Монтаржи, вы устремляетесь вперед. Дорога становится уже, наверно, ездят по ней достаточно мало. И тут вас ждет неожиданное затруднение: старый мост через один из оврагов рухнул, и крестьяне временно положили вместо него несколько бревен. Попробуете перепрыгнуть овраг не слезая с коня (469) или же спешитесь и постараетесь аккуратно пройти по бревнам (201)?
599
Сообразительность выручает вас и в этот раз. Один из дворян указывает на человека, беседующего с дамой в нише окна и говорит, что это и есть граф де Дольней. Дождавшись конца разговора, вы подходите к нему и передаете сложенный лист бумаги, на котором вы успели написать: «Генрих». Граф сразу же все понимает, однако вам не нравится, что в его глазах промелькнуло что-то очень похожее на страх. Или, по крайней мере, вам так показалось. Кликнув другого лакея, де Дольней требует бумагу, перо и чернила и обращается к вам:
«Подожди, милейший, я напишу ответ». Ну что ж, это замечательный способ не привлечь к себе лишнего внимания. Когда ответ готов, граф не глядя отдает его вам и скрывается в толпе. Вы же торопитесь покинуть Ратушу и вновь обрести приличествующее титулу обличье.
На улице вы раскрываете листок и читаете: «Улица Ваннери, дом 5, мельник Жозеф». Когда захотите отправиться на эту улицу, прибавьте 425 к номеру параграфа, на котором будете тогда находиться. Вместе с письмом граф дал «за услуги» полтора экю, отказаться от которых на людях было просто невозможно. На эти деньги вы проводите ночь в гостинице (сон и ужин восстановят вам 4 СИЛЫ), а наутро покидаете Орлеан — 275.
600
Через пару лье вы видите, что впереди несколько крестьян ремонтируют дорогу. Решив не поворачивать обратно, придерживаете Арбалета и спокойно едете дальше. Но стоило поравняться с ними, как крестьяне хватают мушкеты, спрятанные в придорожных канавах, и открывают стрельбу. Бросьте кубик дважды и вычтите из своей СИЛЫ сумму выпавших чисел. Если вы еще живы, то решайте, что лучше — задержаться, чтобы перебить устроивших засаду (202), или, наоборот, не терять времени и поскорее доехать до Парижа. Ведь перезарядить мушкет достаточно долго, а коней, чтобы вас преследовать, у них нет — 64.
601
Вы возносите к небу горячую молитву, но на первый взгляд ничего не происходит. И только через несколько минут становится ясно, что Бог услышал вас и лишил несчастных разума. Они начинают стрелять и убивать друг друга, видя в каждом вас, то есть врага. И только на настоящего противника руку поднять не смеет никто. Вскоре все кончено. Арбалет брезгливо пробирается по устланному трупами двору и проворно выносит вас на дорогу. Путь свободен — 428.
602
Тогда остается только вновь проехать мимо ворот и попытаться обогнуть город с другой стороны — 370.
603
Но есть ли у вас деньги, чтобы заплатить за еду? Если есть, то все в порядке — бокал вина стоит 5 су, а ужин — 1 экю. Платите и уезжайте (250). Но если денег нет, то что вы заказывали: вино (461) или ужин (298)?
604
Не останавливаясь в этом небольшом городке, к вечеру добираетесь до Шартра. Заедете в него, чтобы переночевать (260), или обогнете город, решив в последний день не отдыхать, скакать всю ночь, но доехать до Парижа (191)?
605
Увы, вы должны торопиться. Но дама все же хочет хоть чем-то вам помочь. Она снимает с себя и вешает вам на шею ладанку. Но ведь вполне может быть католичкой. С другой стороны, отказ может ее обидеть. Спросите, какой она веры с тем, чтобы отказаться от дара, если это не дар единоверца (465), или же с благодарностью примете ладанку (597)?
606
Берега Луары просто великолепны. На живописных холмах виднеются средневековые замки — где-то полуразвалившиеся, где-то тщательно содержащиеся в целости и сохранности потомками былых рыцарей и сеньоров. Путешествие настраивает вас на поэтический лад. А почему бы и нет? Ведь среди сподвижников Генриха немало поэтов, взять хотя бы Агриппу д'Обинье, да и сам он, говорят, балуется стихами. Журчит вода за кормой лодки, всплывают в памяти поэтические строки, но вот уже и Орлеан. Кажется, что плавание длилось один миг, а ведь уже спускается вечер. Куда вы направитесь, распрощавшись с лодочником, — на рынок (627) или прямо в город (54)?
607
Через четверть часа вы у Ратуши. Ее окна ярко освещены, то и дело ко входу подъезжают экипажи, вокруг царит оживление. Много нищих и зевак собралось посмотреть на такое скопище благородных господ. Праздник во время войны всегда праздник, даже если ты вроде бы и не имеешь к нему никакого отношения. Однако война сказывается и здесь: главный вход хорошо охраняется, прорываться силой было бы бессмысленно. С одной стороны, толпа никогда не откажется от удовольствия помочь прикончить гугенота, с другой — пробиться в Ратушу полдела, а что делать дальше? Так что же? Попробуете проникнуть в здание через главный вход (462) или поищете обходные пути (299)?
608
Если у вас есть отмычка, то 466, если нет, — 276.
609
Вскоре вы попадаете в новый коридор. Пока все тихо, побег не обнаружен. Куда вы пойдете теперь — направо (593) или налево (203)?
610
Да, про перстень-то вы и забыли. А он нет. Достав его из кармана, человек кладет перстень прямо перед вами. Теперь признаетесь, что вас послал Король и расскажете все как есть (256), или будете отпираться дальше (300)?
611
Через несколько лье от Перигё дорога входит в небольшой лесок и оканчивается у неглубокой речки. Кажется, что еще вчера через нее был перекинут мост, но сегодня от него остались только обугленные опоры. Неужели мост сожгли, чтобы помешать вам переправиться? Вернетесь назад и выберете дорогу на Лимож (351) или попробуете переехать речку вброд рядом с мостом (463)?
612
Добыча невелика — всего 6 экю, но на первое время их должно хватить. К тому же теперь у вас есть его шпага. Вот только стоило ли лишать жизни ни в чем не повинного человека ради денег, которых вы лишились по собственной вине? Потеряйте 1 ЧЕСТЬ. Вряд ли вы совершили поступок, достойный своих благородных предков — прирезать ночью прохожего! Что сказал бы об этом ваш отец — 137!
