И Джейн не разжимала своих объятий, пока Харви не успокоился и комнату не заполнила тишина, нарушаемая лишь доносившимся снаружи пением цикад и резкими вскриками какой-то птицы. Наконец Харви встал и медленно, словно лунатик, направился к дверям.
— Харви! — окликнула Джейн.
— Иди спать, — спокойным безжизненным голосом сказал он.
И Джейн поняла: нужно позволить Харви уйти — пусть он сам одолеет демонов, которые столько лет жили в его душе.
16
Только перед самым рассветом Харви вернулся домой. Он посмотрел на Джейн, одетую так же, как накануне, бросил взгляд на расстеленный на софе плед.
— Я же сказал, чтобы ты шла спать, — проворчал он.
— Спать? Ты думаешь, я могла бы уснуть? — возмутилась Джейн.
— Прости меня, я не хотел, чтобы ты беспокоилась обо мне. Мне нужно было побыть одному. — Лицо Харви осунулось, в глазах застыло выражение боли.
Одному.
Это слово глубоко тронуло ее. Да, ему нужно было побыть одному. Чтобы побороть мрачные призраки своего прошлого. Чтобы переоценить роль и значение мерзкого недоброго старика, отнявшего у него его мать, его мечты и веру в любовь.
Лицо Харви было полно невыразимой печали. Слезы катились по щекам Джейн, но она оплакивала не себя, а одиннадцатилетнего мальчика, которым когда-то был Харви, его разрушенные надежды и поселившиеся в душе страхи, позже мешавшие ему поверить в любовь. И в ее любовь тоже.
— О, Харви, — прошептала Джейн, вложив в это обращение всю свою любовь.
Он простер к ней руки, и Джейн крепко прижалась к его груди, боясь хоть на секунду оторваться.
— Прости меня, — повторил он с невыразимым сожалением — за то, что так долго не верил ей, за то, что причинил ей так много боли. — Прости меня.
Джейн не знала, сколько они так простояли, измученные, истосковавшиеся в своем одиночестве, нашедшие друг друга в горькой радости.
— Давай немного поспим, — предложил Харви.
И они легли, не раздеваясь и по-прежнему держа друг друга в объятиях.
Когда Джейн проснулась, пылающее солнце уже заполняло все небо. Харви не было. На его подушке лежала записка: «Я люблю тебя. Не уезжай».
Самые прекрасные слова на свете.
Джейн прижала записку к груди и заплакала.
Харви вернулся во второй половине дня. И Джейн сразу уловила произошедшую в нем перемену: сроднившаяся, казалось, с ним тяжелая сумрачность наконец-то покинула его.
— Я ездил повидаться с ними, — сказал он, прижимая Джейн к своей груди.
— Все в порядке?
— Да. — Помедлив, он добавил: — Я пригласил их приехать к нам. Они будут часа через три.
К нам… Джейн улыбнулась. Как чудесно звучат эти слова!
— Я думала, вы приедете вместе.
Харви отстранил ее, заглянул в глаза.
— Сначала я хотел поговорить с тобой.
— Конечно, я согласна. — Легкий нервный холодок пробежал по спине Джейн. — Ну и как они? Как вы встретились?
— Это было нелегко, после стольких-то лет…
Харви усадил Джейн рядом с собой на софу и рассказал все, что ей всегда хотелось узнать.
О своем гневе, ярости и печали, когда мать покинула их. О том, как, читая и перечитывая эти никогда не доходившие до него письма, он мучительно освобождался от терзавшей его многие годы щемящей тоски.
— Отец отравил мне жизнь, и я позволил ему сделать это, — подытожил Харви. — Когда я вырос, мне следовало самому искать все ответы на вопросы, которые мучили меня.
— Должно быть, твой отец был очень несчастным человеком, — проронила задумчиво Джейн.
— Все, что ты говорила, — продолжал Харви, — было чистейшей правдой. Я до смерти боялся поверить тому, что ты останешься. Мне не хватило бы сил пройти через это еще раз. — Он помолчал, словно ему было трудно говорить. — Ты слышала о Марджори. Она была… прекрасным человеком. Но я никогда не позволял себе полюбить ее и в конце концов вынудил ее уехать. Я и тебя заставлял уехать. Теперь-то я это понимаю. Почему ты не уехала? — спросил он, взяв ее руки в свои. — Я ведь обращался с тобой просто невыносимо.
— Потому что я любила тебя и знала, что ты меня тоже любишь. Знала еще до того, как прочитала сегодня твою записку.
— А я никогда, никогда не говорил тебе об этом, — с горечью покаялся Харви.
— И все же я знала, что ты чувствуешь.
— Откуда?
Джейн улыбнулась.
— О, Харви, как я могла не знать? Ты выдавал себя взглядами, прикосновениями, тем, как занимался со мной любовью. Ты просто не говорил этого.
— Я не признавался в этом и самому себе.
— Но я решила во что бы то ни стало заставить тебя признать свою любовь и сказать мне о ней. Признаться, я чувствовала себя совершенно беспомощной, но тут вмешалась судьба и немного помогла мне. — Джейн усмехнулась. — Если бы Эвелин не открыла вчера дверь, не знаю, что я могла бы сделать.
Харви поцеловал Джейн, заглянул ей в глаза.
— Я тебя очень люблю. Пожалуйста, выходи за меня замуж.
— Я согласна.
Джейн обняла Харви за шею, приникла к его губам и вложила в свой поцелуй всю пылкость, страсть и жар настрадавшегося сердца.
— А что, если я не понравлюсь твоей маме? — испуганно спросила Джейн, когда они смогли оторваться друг от друга.
— Моя мама обязательно полюбит тебя! — заверил Харви, снова заключая ее в объятия. — Но существует еще один вопрос, который нам необходимо обсудить.
— А это не может подождать до завтра? — прошептала Джейн.
— Нет, — строго ответил он. — Я хочу иметь детей. Слышишь? Столько, сколько ты захочешь.
— О, Харви, ты действительно хочешь стать отцом?!
— Да, хочу, — сказал Харви так торжественно, что Джейн невольно улыбнулась. — Я отчетливо представляю эту картину: я, ты, дети…
Совсем как в настоящем раю, подумала Джейн, приникая к Харви.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
