Этой ночью Лана в первый раз с тех пор, как они стали парой, отвернулась от любимого. А он, чувствуя неловкость, пытался объяснить:
— Милая, я понимаю, что ты обижена, расстроена и разочарована. Но такова жизнь, нужно проявлять гибкость…
— Гибкость — это умение проглотить пренебрежение? — грустно спросила она. — Я не могу быть гибкой, ведь я — примитивное существо! Почему я должна терпеть то, что меня считают низшим созданием? И я не Элька: она бы не обиделась, ей наплевать на мнение окружающих. Она бы оскорбила в ответ и забыла. А может так посмотрела на твою мамашу, что та даже не поняла бы, что на нее наехало. Да, Эльке было бы по фигу, ведь это не она тебя любит, не она за тебя замуж выходит.
— Зря ты наговариваешь на свою сестру. Она кажется грубой и агрессивной, но это только внешняя оболочка, за которой можно разглядеть трепетную ранимую душу и нежное серд-це…
— Интересно, как это сделать? — оборвала Лана жениха. — Как ты-то разглядел, ведь микроскопами у вас не пользуются. И вообще, не хочу тебя слушать. Ты всех готов оправдать: и мою оторву-сестру, и свою спесивую мать, и всех своих надменных сородичей. А как насчет меня.
— Мне жаль, что ты все восприняла в столь извращенном виде, — досадливо проговорил Кей. — И как бы ни была твоя сестра невозможна, она никогда не опускается до пустого кри-тиканства.
И он тоже повернулся к невесте спиной, давая понять, что разговор окончен. Ага, ща! Лана еще не доскандалила! Внутри у нее все клокотало, и ей просто необходимо было высказать все, наболевшее за эти неудачные сутки.
— И самое ужасное, Кей, что пока твоя мать кичилась своим надо мной превосходством, ты молчал. Ты вообще ни слова не сказал. Ни одного долбаного слова! И знаешь, милый, я что-то уже не очень хочу за тебя замуж…
Конечно же, взвинченные и раздраженные, они не спали всю ночь. На рассвете Кейланис отправился на свой какой-то там Сон, а Лана все-таки задремала. Проснувшись и поразмыс-лив о вчерашнем, она поняла, что не так уж все и ужасно. Ведь не зря говорят, что с любой проблемой нужно переспать.
Завтракала Лана в комнате, и опять фруктами-овощами-нектаром. Нашли тоже кролика! Конечно, в отличие от прожорливой Эльки, младшая сестра могла питаться чем угодно, не обязательно в больших количествах. Но именно сегодня, после стресса организм настоя-тельно требовал мяса, мучного, сладкого, жирного, обязательно шоколада. А еще лучше — торта, да побольше!
Чуть позже пришел обещанный Неварий и пригласил гостью начать обучение, выразив сильные сомнения по поводу того, что женщина в состоянии хоть чему-то научиться.
— Вы уж не обессудьте, батенька, если ученица тупой окажется, — дурным голосом запричитала Лана. — Это не из зловредности, а исключительно по причине примитивности! Вы уж попробуйте поучить неразумную!
Эльф сначала опешил, а потом покачал головой и повел ее на улицу. А Лана ликовала — ошарашить эльфа дорогого стоит. И еще она себе пообещала, что вся эта армия снобов больше ни за что не расстроит ее и не вгонит в комплекс собственной ничтожности.
Несмотря на свою неприязнь к Керисе, Лана была вынуждена признать, что права была свекруха (вот уж тупое деревенское словечко!) — нужно родиться эльфом, а приобрести знания практически невозможно.
А самое главное, непонятно подчас, для чего нужны некоторые фишки. Ну вот, например, пурпурный туман. Кстати, этот прием у Ланы получился превосходно: от адско воняющего сине-красного облака женщина чуть не задохнулась сама и едва не уконтрапупила эльфа-наставника. Но вот к чему этот туман? Да, вокруг цели можно создать это вонючее облако, и врагу не поздоровится, но как быть самому атакующему?
Вот другой прием, тоже с туманом, но несколько иной консистенции, показался Лане по-лезным: он сгущался и как-бы облеплял невидимую цель, какой бы силы магическая защита на ней ни стояла. Правда, это у Ланы получилось не так чтобы очень, но немного практики, и все будет в порядке.
Но больше всего ей понравился прием Кристальная Защита. Она благоразумно рассудила, что не всегда им придется нападать, а защита от любого внешнего воздействия будет необходима.
В конце концов, Неварий заявил:
— Ну все, хватит. Для земной женщины этого вполне достаточно К тому же, ты обладаешь кое-какими магическими задатками, так что все, уроки окончены.
— Что, уже все? Жаль, я бы еще позанималась, — изумилась Лана, решив даже под страхом смерти не показывать, что адски устала.
— А ты молодец, — вынужден был признать длинноухий сноб. — Не ожидал таких успехов от обычной женщины. Хочешь, пойдем к королеве Керисе, и сможешь похвастаться, что так свойственно людям…
— Делать мне больше нечего, — фыркнула Лана. — Иди-ка ты сам. Похвастаешься, что ты — великий наставник, раз смог хоть чему-то научить примитивное создание. А я посижу тут под деревом, погуляю, отдохну…
Эльф улыбнулся уголком рта и покинул свою ученицу, а она присела в травку и от нечего делать стала собирать цветочки и сооружать из них, веточек и травинок диковинный венок.
Такой ее и застал вернувшийся Кейланис: умиротворенной, милой, с венком на голове и похожую на лесную нимфу.
— Как дела? Как твой сон? — беззаботно спросила его Лана. — Выглядишь отдохнувшим.
— Так я и отдыхал, — улыбнулся тот. — Просто спал в определенном месте, головой на север, снов не видел. А оказывается, что должен был видеть. Во сне, помимо пробуждения моих эльфийских способностей, я должен был увидеть ответы на все свои вопросы. А ты как? Впрочем, зачем спрашиваю, ты выглядишь такой спокойной и красивой! Больше не обижаешься? А как уроки? Не слишком тяжело?
— Ну, не такая уж я роза-мимоза-неженка, — улыбнулась Лана. — Я ведь в нашем мире не в королевском замке жила. Мне работать приходилось, между прочим. И работа эта, прямо скажем, не была синекурой. А на мать твою я не обижаюсь. Просто поняла, что это глупо. Я скоро уеду, она останется, и все забудется. Но знаешь, давай все-таки заберем наши луки и прямо сегодня поедем домой.
По лицу полуэльфа пробежала тень.
— Понимаешь, дорогая, я ведь в том Сне не получил ответа на вопрос: кто я все-таки — человек или эльф. Я должен был определиться, какую дорогу выбрать. Надо бы еще остаться на пару дней…
Пару дней? Лана чуть не лопнула от негодования. Еще пару дней терпеть свекровь-снобку и всех этих спесивых «лордов»? Конечно, женщина слукавила, когда говорила, что больше не обижается. Обижалась, да еще как!
— А я настаиваю! — повысила она голос, обругав себя за проскользнувшие истерические нотки. Потом она взяла себя в руки и продолжила: — Милый, как говорит наша Элька, не надо делать из мухи то, на чем она сидит. Я не понимаю твою проблему! Радоваться нужно, что в тебе соединились все лучшие качества и человека и эльфа! И плевать на то, что твои относятся к тебе без должного пиетета! Самое главное, что мы все тебя очень любим: и я, и отец, и брат, и даже Элька. А с кем ты останешься жить после победы над легионерами Тьмы, решишь сам, а не какой-то там Сон. И какое бы решение ты не принял, я поддержу тебя во всем. Поехали, а?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
