– Думаю, мистер царевич, к вам это утверждение не относится, - мягко сказала Скалли, все больше проникаясь состраданием к Филимону.
– Это да. Мой случай - уникальный, - уверенно заявил Филимон. - Что ж. Тогда нам следует начинать поиски со счастливчиков. Эй, слуги мои верные! А подать-ка нам через минуту-полторы все списки победителей лотерей, шоу и игр за текущий месяц!
– Логично, - пробормотал Молдер. - Примем их за исходную и начнем разрабатывать.
…Через минуту и двадцать три секунды в комнату тихо, сам собою, въехал стол с работающим компьютером. Голос ниоткуда торжественно объявил:
– Приказание выполнено, хозяин.
Скалли и Молдер буквально прилипли носами к монитору.
– Давай статистику! - азартно воскликнул Молдер.
Они посмотрели. Почитали. Растерянно переглянулись.
– Всего один человек?
– Похоже, что так, - вздохнула Скалли. - Это, конечно, сужает круг наших поисков, но… Что-то мне здесь не нравится.
– Почему? Ты посмотри, Дэйна. Трифон Вамбонгович Оглоедов, житель города Кимовск, Тульской области, выиграл двести тысяч рублей в сто тринадцатом розыгрыше моментальной лотереи «Сотри, узнай, выбрось!». Выиграл… о черт, десятого января!
– Завтра, - загробным голосом прокомментировал Чарли.
– Вот это-то мне и не нравится, - закончила свою мысль Скалли.
г. Кимовск, Тульская область,
Россия
10 января, суббота, 10:00
На улице было непразднично. Едва рассвело, как оказалось, что небо спряталось в тучах, похожих на громадные засаленные ватники. Из туч посыпался мелкий противный снег. Трифон с содроганием смотрел из своего разбитого окна на это климатическое беспутство. Окно пришлось заделать пленкой, одеялом и скотчем, но Трифон понимал - это не метод. Нужно было идти на рынок - купить стекло. Также требовался коньяк и хлорамин для майора-инкуба, потому что тот заявил: остается дневать-ночевать у Трифона, дабы пресечь все попытки новых нападений. Словом, майор Колосков намылился играть роль телохранителя.
«И рукохранителя», - насмешливо подумал Трифон. Инкуб и рука, похоже, подружились. Трифон даже грешным делом подумал, что рука тоже влюбилась в инкуба с мощным либидо. Что странно, Трифон при этой мысли испытывал нечто, похожее на ревность.
Была и еще одна причина, по которой хочешь не хочешь, а выходить на улицу, в непогоду и мрак, придется. Холодильник пуст. Просто шаром покати. И денег - шиш. Так что надо сначала смотаться в казино - занять у кого-нибудь из тамошних ребяток деньжат до зарплаты. Трифону там всегда помогут. И Костя Кисляй его выручает, и симпатичный крупье по прозвищу Жано, и даже «сам», держатель казино Вахтанг Муслимович. А потом - на рынок, прикупить того-сего…
Трифон вышел на кухню. Там стоял инкуб и, стараясь лишний раз ничего не касаться, наблюдал за тем, как рука энергично рисует свои значочки-крючочки.
– Пытаетесь наладить общение? - усмехнулся Трифон. - У меня это слабо получилось. Только на уровне ответов «да», «нет», «не знаю». А рисунки эти - просто какая-то… египетская грамота!
– Я вас обрадую, Трифон, - сказал инкуб. - Это не египетская грамота, а достаточно распространенный в совмещенных пространствах язык общения. К нашему общему счастью, я владею этим языком в совершенстве.
– Да? - восхитился Трифон. - И что же она здесь нарисовала?
– Все просто. Это список продуктов, который вам необходимо купить.
– Ого! - Трифон глянул на исчерченную символами бумагу. - Слушай, радость моя, ты ничего не перепутала? Я не миллионер! Я простой русский негр. Вот это что за точечки? А этот овальчик? И звездочки…
Рука взобралась к Трифону на плечо, погладила кончиками пальцев по щеке, указала на майора. Тот кивнул:
– Вас понял. Перевожу. Так, Трифон. Точечки - это капуста белокочанная. Точек две, значит, бери два килограмма. Овальчик - это колбаса, правда, надо уточнить, вареная или копченая. Лучше возьми двух видов, неизвестно, когда тебе придется в следующий раз по магазинам да рынкам бегать, жизнь у тебя теперь опасная…
– Погодите, - вздрогнул Трифон, - вы со мной не пойдете, да? То есть я один?… А как же моя безопасность?
– Не волнуйтесь. Думаю, в толпе никто на вас нападать не рискнет. Кроме того, охотятся не за вами, а за рукой. А она должна быть дома. И я ее буду охранять.
– Да. Пожалуй, так будет правильно, - согласился Трифон.
Втайне он даже почувствовал радость - выберется наконец из квартиры, вдохнет свежего, пусть и неуютного воздуха, посмотрит на людей, на афиши, которыми вечно оклеен главный вход на рынок… Отвлечется от ненормальной фантастичности своего бытия. Это ведь гораздо нужнее, чем всякие вымороченные приключения.
– Так, что там еще по списку? - деловито осведомился Трифон, мысленно прикидывая, сколько денег придется брать взаймы.
Инкуб глянул на бумажку и перечислил:
– Йогурт, сладкий творог с черносливом, кило муки, подсолнечное масло «Золотая семечка», сыр пармезан, сыр феста, луковый паштет, полкило печенки, головку чеснока, банку маринованных артишоков…
– Чего?!
– И килограмм нежирной свинины. И от меня личная просьба - не забудьте про коньяк. Можно самый дешевый. Я нетребователен.
– Ладно, - обреченно вздохнул Трифон. Но тут же не выдержал, сорвался: - Объясни мне, о рука, зачем тебе нужны какие-то артишоки? Не надо успокаивающе дергать меня за ухо! Имею я право знать?!
– Трифон, зачем вы так с нею, - укоризненно сказал инкуб. - Поверьте, она вам только добра желает.
– Я верю. - Трифон сник.
Мрачное у него было состояние. До сего момента он ощущал себя человеком, безраздельно принадлежавшим только самому себе. Он был сам себе хозяин, господин, слуга и советчик. Сам решал, что покупать - вермишель или эти чертовы артишоки. Сам, как умел, справлялся с проблемами стирки и уборки. А теперь - на тебе! Появилась на его голову эта заботливая женская рука!
Трифон молча отправился одеваться. Инкуб только озадаченно поглядел на него и ничего не сказал. Рука нежничала, ласкалась, старалась обратить на себя внимание…
– Не подлизывайся, - строго сказал Трифон. - Пока буду по магазинам бегать, верни ковер из прихожей его законным владельцам. Нечего тут криминал разводить.
Рука сползла с его плеча, опустилась на пол, грустно побрела куда-то в темный угол.
«Обиделась, - понял Трифон. - Зря я с ней так. Все-таки девчонка, а девчонки все жутко капризные и обидчивые».
Но виноватого лица не сделал, утешать обидчивый артефакт не кинулся, подхватил авоську, с которой всегда дрейфовал в рыночно-магазинном океане, и ушел, довольно-таки строго хлопнув заново навешенной дверью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
