– Ты специалист, вот и реши, какой лучше, – снова вздохнул вождь и, расстегнув рукав рубашки, явил взору специалиста тускло поблескивающий полиарговый браслет. – Сможешь снять?
– Ой, ё… – поразился специалист. – Это еще что за…? Амарго надел?
– Ну что ты, – печально ответил шеф. – Разве бы он посмел, после того, что между нами произошло?… Может, конечно, все произошло с его подачи, но сам он этого не делал. Это мне папуля так удружил. И ведь не побрезговал осквернить руки презренным металлом… Так как, сможешь?
Кантор осмотрел браслет, убедился, что он совершенно гладкий, без малейших намеков на застежку или замок, и пожал плечами.
– Открыть не получится, он же не ключом замыкается, а заклинанием. Тем более, если его эльф надел, вряд ли сможет снять человек. Ты сам пробовал?
– Конечно, пробовал. Не разобрался.
– Ну, я тем более не смогу. И Рико не сможет, он в магии не силен, он по обычным замкам спец. Это тебе что, так обрубили концы, чтобы с магией не баловался и к Эльвире не шастал?
– Ну да. Папа сказал, что без наставника соваться в магию нельзя, что я себя погублю и что я вполне смогу потерпеть несколько лет, это же так недолго…
– Эльфы! – засмеялся Кантор. – Что для них несколько лет?!
– Может, насчет магии он и прав, она никуда не денется, у меня жизнь тоже, скажем так, не короткая… Но Эльвира-то ждать не будет! Вернее, она будет ждать, но сегодня вечером, а не несколько лет! Кантор, прошу тебя, придумай, как эту дрянь снять. Конечно, я возьму тебя с собой, я для этого и взял тебя в свою охрану, если честно. Я же не знал, что мне такую пакость устроят, и кто – родной отец! Хотя, чего я от него хочу, он и так чересчур заботлив для эльфа. Я уже и пилить пробовал – не пилится.
– Конечно, не пилится! Тоже мне, маг! Полиарг надо пилить специальным заколдованным напильничком, – Кантор снова осмотрел браслет, прикидывая, подойдет ли в данном случае второй способ, и уточнил: – А тебе его надо будет назад надеть, или фиг с ним?
– Лучше бы, конечно, надеть, а то еще Амарго увидит и папе настучит, а тот на меня что-нибудь понадежнее напялит. Но, если иначе нельзя, фиг с ним. Снять сможешь?
Кантор посмотрел на шефа, который с отчаянной надеждой заглядывал ему в глаза, и предупредил:
– Будет больно.
– Очень?
– Достаточно. Надо вынуть палец из сустава. Стерпишь? А то ведь, если закричишь, сбегутся все твои орлы с доном Аквилио во главе, и ой, что начнется…
Пассионарио беспомощно огляделся по сторонам, ища место, где можно спрятаться, чтобы крика не услышали, затем решительно махнул рукой.
– Снимай.
– Ну, смотри, – согласился Кантор. – Не ной потом.
Он запер дверь изнутри, тоже оглядел комнату и кратко приказал:
– Снимай ремень.
– Зачем?
– Сложи вчетверо и зажми зубами. Чтобы не кричать. Сядь на пол… нет, лучше ложись на кровать.
– Зачем на кровать?
– Чтобы не грохнулся об пол, если вдруг сознание потеряешь. И еще, у тебя выпить что-нибудь есть?
– Есть. Ты выпить хочешь?
– Нет, это для тебя. Выпей сколько сможешь.
Пассионарио послушно достал из-под кровати сундучок, добыл из него флягу и честно отпил, сколько смог.
– Пей еще, – посоветовал Кантор. – Чем больше, тем лучше.
– Ты что! – еле выдохнул шеф, пряча флягу на место. – Я же… Ты разве никогда не видел меня пьяным?
– Видел, и не раз. Ничего страшного, до вечера проспишься, а вечером пожуешь кофейных зерен, и нормально.
– Это ты, наверное, видел до того, как ко мне вернулась Сила. А после того ни разу не встречал? Полжизни потерял. Нельзя мне пить. Я, как напиваюсь, совсем себя не помню и начинаю такое чудить… Вся база сбежится, не только охрана.
Эльф лег на кровать, зажал в зубах сложенный вчетверо ремень, как было велено, и протянул руку.
– А теперь – терпи. – Кантор присел рядом, крепко взял его за кисть, зажав запястье между коленями, чтобы не вздумал отдернуть, и быстрым рывком вывихнул большой палец. Пациент дернулся и отчаянно замычал, вцепившись второй рукой в край кровати. – Терпи, терпи, это недолго, – стал заговаривать его Кантор, быстро стягивая браслет. – Молчи, не вздумай бросить ремень, терпи, ты мужчина. Только не кричи, а то кто-то прибежит. Все, уже снял. Теперь последний раз терпи, на место вставлю. – Он еще раз рванул палец, вправляя вывихнутый сустав, и отпустил руку. – Все, готово. Молодец. Можешь вставать.
Пассионарио немедленно сел, одним движением, так же, как спрыгивал со стола. Выплюнул искусанный ремень, обхватил пострадавшую руку, прижал к груди, продолжая тихо стонать.
– Ничего, – усмехнулся Кантор. – Тебе и хуже приходилось. И конечности ты ломал, и били неоднократно. Ты всегда так бурно это переживал?
– Когда как, – простонал вождь и идеолог и отпустил руку, чтобы вытереть выступившие слезы. – Но меня давно никто не бил. Успел отвыкнуть. Спасибо, Кантор.
– На здоровье, – Кантор щедро улыбнулся и развел руками. – Ну, как ты? Колдовать сможешь?
– Этой рукой – нет. Но телепорт можно и одной, так что все в порядке. Ты что, так и снимал наручники? Сам себе вот так выламывал пальцы?
– Если не получалось открыть замок, – пожал плечами Кантор.
– Ну ты даешь…
– Знаешь, когда жить хочется, что угодно сделаешь. Некоторые и летать начинают.
– Намек понял. Ты вот что… приходи как стемнеет, и отправимся.
– Отсюда? Ты в своем уме? Что про нас с тобой подумают? Давай где-нибудь в другом месте встретимся.
– Хорошо, – Пассионарио улыбнулся сквозь слезы, представив себе, что про них действительно подумают, если новый охранник останется у него в комнате на ночь. – Тогда приходи в малинник, что на восточной стороне базы. Знаешь?
– Знаю, – кивнул Кантор и протянул браслет. – На, возьмешь с собой. Покажи Мафею, может, он разберется, как его открывать, и будешь его надевать и снимать, когда захочешь. А если Мафей не справится, попроси, пусть Жаку покажет.
– Жак – это кто?
– Мафей знает. Это его приятель. Интересный парень, немного вор, немного маг, немного алхимик… хотя официально считается бардом.
– Думаешь, разберется?
– Пусть попробует. Он раньше был неплохим вором, и магические способности у него есть, может, придумает что-нибудь. А нет, так нет. И, между прочим, в Ортане сходи в магическую лавку и купи себе напильничек. Чует мое сердце, что он тебе понадобится.
– Хорошо, – кивнул Пассионарио и снова вытер глаза. – Так и сделаю. Кантор, ты иди пока… встретимся вечером. А я прилягу ненадолго, что-то мне нехорошо. Не надо было все-таки пить…
Кантор посмотрел на жалобную физиономию нового шефа и усмехнулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
