- И... - Лиса запнулась, машинально убрала волосы за уши и медленно выдавила из себя: - И ты все знаешь обо мне?
Джейк не ответил ничего. Он поднялся, положил ладонь на плечо Галиена и сказал ему:
- Завтра бал, а послезавтра соберем совет старейшин. Завтра никаких хлопот, только праздник. Наслаждайтесь им. Купите с утра платье для Лисы, купите украшений. Об Ошке мы с Ланой сами позаботимся, он остается у нас. А Лиса пусть поживет у тебя.
И, опуская кружку в раковину, Джейк тихо проговорил себе под нос:
- Непростые времена опять надвинулись. Храни нас всех Создатель....
Глава 19
Мужчины редко разговаривают с женщинами. Мужчины суровы и молчаливы - это Лиса знала на личном опыте. Женщинам полагалось делать свое дело, уважать своего мужа и отца, а также старших братьев, и работать. От женщин всегда приходили неприятности - этому тоже частенько учил Стубор.
В Суэме, судя по всему, считали по-другому. По-крайней мере, Галиен считал по-другому. Потому что всю дорогу к себе домой он рассказывал. О суэмских праздниках, , об удивительных технических шутчках, которые работали с помощью загадочной силы-энергии, о городах, фермах и озерах.
Он знал столько историй, легенд и традиций, что удивлял даже Лису, которая и сама много чего могла порассказывать. Он относился к Лисе как к равной, по-доброму смеялся над ее растерянностью при виде незнакомых вещей, подсказывал, как рассчитываться в магазине и помогал запоминать название улиц и башен.
Когда ласково проскрипела входная дверь в доме Галиена, и Лиса снова переступила через низкий порог, ей уже казалось, что Галиен - хороший и добрый друг, и она знает его целую вечность. А тот, нагнувшись к шнуркам, уже сообщал, что спальню для Лисы надо будет хорошенько протопить, и что у него есть здоровенное двуспальное одеяло, которого Лисе хватит с лихвой.
- Завернешься в него полностью, подсунешь под ноги, и тебе будет тепло. Просто в той комнатке ни спал никто ни разу, - пояснял он, раскидывая по углам коридора ботинки, - но она хорошая, теплая, в середине дома. Кровать там широкая, хватило бы и тебе, и Ошке и еще трое твоих младших бы поместились...
Последние слова он договаривал на кухне. Лиса услышала осторожный стук поленьев, которые Галь, судя по всему укладывал в печь, скинула сама обувь и, ступая по ковровой дорожке, прошла вглубь дома.
- Зачем ты топишь печь на кухне? - спросила она Галя. - Мы ведь уже поели. Можно протопить только в комнатах...
- Я хочу чай. Лана у Джейка совсем не умеет его заваривать. У меня есть чай с мятой, сейчас приготовлю, и ты попробуешь.
Когда Лиса вышла из ванной, в домике уже топились три печки - широкая с конфорками на кухне, и две маленькие в двух спаленках, что находились на противоположной стороне домика. Лисе на пару мгновений вдруг стало неловко. Она подумала, что проводит ночь с красивым молодым человеком наедине, и это страшно греховно и не правильно. Но мысли эти промелькнули и тут же исчезли.
Ей уже доводилось ночевать с Набуром, и ничего страшного с ней не случилось. А Галь - так и вовсе суэмец, он просто не умеет причинять людям зло. Суэмцы - они ведь совсем другие. И Лиса, успокоив сама себя, уселась на кровать, подобрала под себя ноги и придвинула поближе маленький столик, на котором дымилась кружка с ароматной, янтарной жидкостью.
Мятный чай походил на травяной настой, только в нем не плавали кусочки травы и соцветий, он был процежен через такие специальные серебряные штучки с сеточкой, через которые тут наливали отвары. И он был сладким, это Лиса знала наверняка.
В двери появился Галь, грохнул об пол корзиной с поленьями, спросил:
- Не холодно тебе? Все переживаю, что замерзнешь тут ночью.
Лиса пожала плечом. Ей казалось, что в доме очень тепло, вот и по полу она ходит босиком, и пальцы совсем не стынут. А у себя в деревне они топили зимой мало, только если успевали набрать хвороста. А если не успевали, то приходилось экономить. Солома, конечно, была у них, но она прогорала очень быстро. Еле-еле хватало на то, чтобы сварить кашу. А после они все вчетвером прижимались друг ко дружке и старались сохранить то тепло, что у них было.
- Я не замерзну, я привыкла к холоду, - коротко ответила Лиса и отпила немного из кружки.
После попросила, сама удивившись своей смелости:
- Расскажи мне легенду о Двери. Ты ведь знаешь все хорошо, ты же наверняка писал об этом в своей истории.
- Что тебе рассказать? - тут же отозвался Галь. - Как Дверь была открыта, или как ее закрыли?
- Все расскажи. Ну, пока нам совсем не захочется спать.
- Ладно, - улыбнулся Галь, и глаза его заблестели добрыми огоньками, - слушай. Это долгая история.
И Галь, усевшись на край ковра рядом с печью, принялся рассказывать. Лиса не раз слышала истории о древних суэмцах и знала их довольно хорошо, так, что и сама могла рассказать. Но из уст Галя все звучало по-другому. Да и на самом деле было просто здорово сидеть под теплым одеялом, пить вкусный чай, слушать, как трещат полешки в печке, а за окном шумит ледяной ветер и вспоминать старые-престарые истории.
- Суэма существовала очень давно, со дня сотворения прошло почти три тысячи лет, - начал Галь, - и первые две тысячи были веками благополучия, счастья и покоя. Долгая жизнь, здоровье, хорошая земля - все это было у нас, и мы могли придумывать что-то новое для себя, могли творить, получать знания об окружающем мире. Мы жили хорошо, и мы достигли высокого уровня развития. У нас была могущественная цивилизация...
- Что у вас было? - тут же переспросила Лиса.
Рассказ Галя отличался новыми словами, и это тоже было интересно. Лиса вдруг представила, как говорит братьям об "электри-чес-тве" и улыбнулась.
- Цивилизация. Это такое слово, оно обозначает очень могущественную страну, в которой люди не просто живут, но их жизнь организована, упорядочена и удобна. Ну, вот, значит. А Дверь в храме на горе Верблюжий Горб была всегда. По тем временам ее считали символом мудрости, постоянства и вечности. Другими словами, суэмцы не мыслили себе Суэмы без Двери, она была важной частью, но никто не знал, зачем она существует. Тогда для всех суэмцев было одно правило, один закон - никогда не открывать Дверь. Так велел Создатель.
- Зачем же тогда Создатель создал Дверь, если ее нельзя было открывать? - спросила Лиса.
- Этого суэмцы понять не могли. Но ведь Создатель потому и Бог, и у Него всегда будут оставаться свои тайны.
- Как же тогда сумели открыть эту Дверь? Ведь это было не просто, да?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
