обещал: проси что хочешь. Хоть место главы «Брендманна».
Я кокетливо улыбнулась.
— Артур Аркадьевич… — выдержала паузу. — Отправьте меня работать в Стамбул.
67
О чём я не спросила Манна, так это о том, знает ли он, что Завьялова от него беременна.
Врать о таких вещах сейчас бессмысленно — тест на отцовство делают за два дня.
Но поскольку на работе я этот месяц почти не появлялась и «подругой» Зиной не интересовалась, решила спросить у Юли.
Она пришла на презентацию нарядная, с кудряшками, волновалась.
Больше всех из нашей команды, что тоже пришли помогать: кто настраивать видеопрезентацию, кто раздавать проспекты, кто поправлять милые ошейники на белых овечках.
— Завьялова уже сказала Манну, что беременна от него?
Я посмотрела на часы, мне пора было уходить.
Юлька с любопытством рассматривала, что происходит у нашего загончика.
— От кого? — повернулась она.
— Ну она беременна не от моего бывшего. Значит, это Манн.
— Нет, от Манна она точно не беременна. У него пятеро детей. И мой муж сделал ему вазэктомию ещё пару лет назад, когда Манн сказал, что детей ему хватит.
— Твой муж? — вытаращила я глаза. А я-то наивная считала, что она девственница. Эти торчащие ушки, ломкие запястья, углы лопаток. И зовёт всех по имени-отчеству, как школьница. А ей ведь, правда, уже двадцать два.
— Он старше меня на двадцать лет, — ответила она на мой удивлённый взгляд. — И он уролог.
— Так, ты по знакомству, — догадалась я. И почему Манн подсунул её именно мне тоже.
— А Завьялова точно беременна не от вашего мужа?
— Ему в глаза она бы врать не стала.
— И она не может быть беременна от Манна, а значит… — задумчиво повернулась Юля к стенду. — А это кто?
— Где? — удивилась я. У стенда крутились все наши. И всех она уже знала.
— Вон тот парень, что настраивает картинку.
Кроме проспектов, труб, забора и овечек, на стене висел огромный монитор, где нон-стоп шла презентация «Высокого берега».
— А-а-а, так это Алексей, — усмехнулась я, — из IT-отдела. Но ты на него не засматривайся.
Она посмотрела на меня укоризненно.
Я улыбнулась.
— И денег ему не занимай. Он, говорят, не только бабник, но ещё и игрок.
— Ну, тогда он вытянул джекпот, — улыбнулась Юля. — Думаю, это он отец ребёнка Зинаиды Александровны.
— Кто? Лёха? Откуда ты…
— В тот день я в первый раз приехала на работу, ошиблась с остановкой, поэтому шла со стороны стоянки. И увидела их в машине. Они целовались. Да так, что… — она покачала головой. Я подумала, не будь она замужем за урологом, наверное, покраснела бы. — Потом Зинаида Александровна накрасила губы и вышла. А он остался. Вошёл ли он следом, я не видела. И не вспомнила про них. До сегодняшнего дня.
— О боги, — тяжело вздохнула я. Что-то так эту дурочку Зину стало жалко. — Ну что ж, надеюсь, он будет хорошим отцом.
Положив руку какой-то девушке на плечо, Алексей нашёптывал что-то ей на ухо. И судя по тому, как та смутилась и засмеялась, настойчиво предлагал что-то из стандартного набора сердцееда.
Может, Завьялова его даже перевоспитает. Она бы смогла. И замуж за него выйдет.
Но я больше не хотела о ней думать. Посмотрела на часы и пошла к гардеробу.
— А вы куда? — удивилась Юля.
— У меня на сегодня ещё планы, — ответила я.
Пока ждала такси, позвонила Елене Сергеевне.
Она уже вполне справлялась сама, но я ещё была ей нужна. Да и она мне. Вдвоём было лучше, поэтому я не торопилась съезжать, а она меня не гнала.
Мы сдружились, как-то прикипели друг к другу за время болезни.
И этой дружбой дорожили.
Я даже спросила её про ту фотографию, где Марк с блондинкой.
Она покачала головой.
— Эта жадная сучка… Он по ней с ума сходил, а она… Рассорила его со всеми друзьями, писала гадости его знакомым, тянула из Марка деньги, настраивала против меня, чего она только не вытворяла, изменяла ему направо-налево, в итоге разбила семью его лучшего друга и уехала в Питер. Это из-за неё он стал таким ревнивым.
— Он не… — начала было я.
— Даже не спорь. Я знаю, каким он был до неё и каким стал. Но лучше его о ней не спрашивай, хотя… — вернула она мне фотографию. — Я вот тоже достала её из рамки и оставила. Время многое меняет. Это сейчас он видеть её не может, а потом посмотрит и лишь усмехнётся. Может, тебе он и расскажет.
«А, может, и не захочет, ведь я тоже ему рассказала не всё и не сразу», — подумала я тогда.
— Если ты встречаешься не с моим сыном, — сказала Елена Сергеевна сейчас, когда я предупредила, что задержусь, — домой можешь не возвращаться.
Я улыбнулась. И хоть ничего не ответила, очень надеялась, что именно с ним.
68. Марк
«До чего она всё же у меня упрямая!» — думал Марк, глядя в окно такси.
Сказала «развод» — и развелись, сказала, пойдёт на встречу с каким-то Котом — и ресторан заказала, и Кота пригласила. У Марка просто не осталось выбора.
Он вышел из такси: в кармане кольцо, в руках букет.
Допустить, чтобы чёртов Кот увёл её сегодня, он, конечно, не мог.
Пусть ради этого придётся признаться, что он и есть Максимус, но эта игра и так затянулась.
Он осмотрелся в зале. Странно, Аня любила столики у окна, но там её не было. И за стойкой администратора — никого. Такой дорогой ресторан, столько народу, а посетителей никто не встречает.
Марк удивился и сам пошёл по залам.
Аню он увидел в глубине второго, у колонны. Она сидела с нему спиной.
Сидела одна.
Он наклонился к ней с одной стороны, букет протянул с другой.
— Привет! — шепнул на ухо.
Она вздрогнула. Он легонько коснулся губами её шеи и разогнулся.
— Марк! — выдохнула Аня.
Ему показалось, с облегчением. А ведь должна была удивиться. Или нет?
Чёрт! Она его провела.
— Ты ждала кого-то другого? — улыбнулся он. Коварная!
Она засмеялась.
— Насколько я помню, его звали Максимус, но можно просто Макс.
— Насколько я помню, ты собиралась встречаться с Котом, — прищурился Марк.
— С Котом я пришла, — кивнула она на стул напротив.
И теперь засмеялся Марк.
На стуле сидел упитанный плюшевый кот с плюшевой рыбьей костью в лапе.
— Прости, брат, — пересадил его на стол Марк, — но это место моё.
Аня улыбалась.
— Ты знала, да?
— Ну-у-у… — она упёрлась локтями в стол.
Боги, какая
