шла к темному туннелю. Этот замороженный силуэт полностью перенес ее депрессию, панику и беспокойство - край волшебной одежды, казалось, продолжал качаться с ветром. Он не был уверен почему, но маэстро чувствовал, что коробка с термосами была центральной темой искусства: штрихи, используемые для него, отличались от тех, которые использовались для девушки. Хотя девушка, казалось, была жива, коробка на самом деле, казалось, была в движении: тяжелый камень, который тащил сердце зрителя вниз. Окраска была простой - все нарисовано волшебным пером, и многочисленные линии разной глубины сделали это произведение искусства захватывающим.
Даже через час, глядя на него, художнику было трудно высказать комментарий. Он, наконец, выпустил внезапный звук, сказав помощнику рядом с ним: "Даже изображение реальности, когда оно превышает предел, может стать искусством. Это всего лишь момент, который он поймал во времени, но он будет выгравирован в вечности!”
Помощник был в шоке. Он никогда не ожидал, что такой простой набросок заслужит такие замечательные комментарии от маэстро, одного из немногих на пике Священного Союза в плане искусства. Что-то с такой высокой оценкой от него легко было бы продать за миллионы в других мирах, единственное ограничение на цену в том, что Ричард был еще жив и, вероятно, ещё будет в течение длительного времени. Но даже тогда мальчик, возможно, не создаст что-то подобное снова за долгое время.
У Маэстро были смешанные чувства. Он долго сильно качал головой, помахав помощнику, чтобы тот ушел, прежде чем сесть перед мольбертом, чтобы поглазеть на работу. Время шло. С наступлением сумерек вокруг маэстро появилась масса мановых огней, чтобы добавить еще один источник освещения в тусклую комнату. Тусклый свет сделал эскиз еще более заразительным, заставив зрителя почувствовать, будто они были в этом темном, холодном туннеле, который был обширным и бесконечным.
«Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз видел такое искусство? Этот ребенок... его сердце, должно быть, скручивалось, когда он ее рисовал ...» - пробормотал он про себя. Kогда-то он был также молод, и пик его собственной художественной карьеры пришелся на его худшее опустошение. Он не смог найти ту же страсть и порыв, которыми он когда-то обладал, как только слава и достижение пришли на его пути... Он, казалось, видел самого Ричарда через это произведение искусства - красивый тихий мальчик, который скрыл в себе дикую страсть.
Маэстро почувствовал внезапное желание паники, не в состоянии сидеть спокойно. Он встал и начал шагать туда-сюда. Ему потребовался целый час, чтобы принять то, что казалось трудным решением в его сердце. И в конце концов он повернулся, чтобы посмотреть на угол комнаты искусств.
Там была хрупкая машина, которая выделялась из непринужденной обстановки. Она использовалась для активации месячного счета. Художник должен был найти место, чтобы положить ее. Но так как он был спокойным, он просто позволял дорогой машине лежать в углу комнаты искусств, и только иногда вылавливал ее из макулатуры всякий раз, когда это было необходимо. Естественно, его взгляд привел к рассмотрению ежемесячных счетов и радости Шарон.
Легендарный маг не был в восторге от него несколько месяцев…
Это произведение искусства ... было слишком реалистично для него, чтобы притворяться, что это произошло не из места истины. Это было исключением, и ее превосходительство недвусмысленно сказала ему сообщить, если он увидит это. Даже если бы он думал только ногами, он бы знал, что неспособность сообщить об этом вызовет гнев легендарного мага. Как художник он будет немного бороться за выбор между своей совестью и восторгом Шарон. Но не было никаких сомнений в выборе между его совестью и гневом Шароны.
Полный страданий, Маэстро снял эскиз, тщательно завернул его и в спешке покинул зал искусств.
Глава 24.2
Глава 24. Чаcть 2. Лeтo Kак Зима
Чеpез час портрет был предоставлен Блэкголду.
У серого гнома маэстро ждал почти сорок минут, прежде чем он вылез из кучи драгоценныx камней, которые занимали весь стол и заклинили половину входа, потратив всего минуту, чтобы послушать объяснение человека. Премиум был миром магии и денег, не связанных с искусством. Поэтому даже если гном подошел к груди маэстро, стоя одной ногой на вершине горы золота, а другой - держась на высоте по волшебству, он, казалось, возвышался над художником.
Гном не обратил особого внимания на слова маэстро, пропустив все, чтобы взглянуть на произведение искусства, которое было ключевым моментом. Ее превосходительство Шарон оговорила, что о таких вещах следует сообщать. И из-за этого он осторожно использовал свои грубые руки с мозолями, толстыми, как звериные чешуи, чтобы развернуть портрет.
Тишина наступила, когда великий маг начал смотреть на портрет с полной концентрацией: его губы быстро двигались, когда он бормотал неизвестные ему слова. Маэстро был поражен зрелищем: он никогда не думал, что Блэкголд сможет оценить красоту этого произведения искусства.
Карлик в конце концов поднял порыв мутного воздуха, потирая сухие глаза: “только это?”
“Да? Да..." - Маэстро был смущен.
"Кусок еще даже не окрашен?”
«...» Человек не мог удержать свое нерегулярное сердцебиение. Он глубоко вздохнул, прежде чем ответил мягко: «Это эскиз».
Карлик пришел к внезапному осознанию, взглянув еще раз на эскиз: "Xм... не совсем зрелая, и ее лицо и фигура должны быть средними... конечно, это с человеческой точки зрения, если судить по традиции Штормхаммер... подождите, ага! Я вижу коробку термосов! Это та, которая специально подготовлена для Pичарда, и детали полностью точны без единой ошибки... так же, как Ричард, вы знали великого мага Лотона, который учит его заклинаниям - он вернулся, чтобы похвалить его трижды на этой неделе? В этом году... насколько я помню, пятьдесят или семьдесят раз ... что бы это ни было, это много! У этого старика не было столько похвалы за последние десять лет!”
Маэстро не мог описать свои чувства в тот момент и не мог кричать на Блэкголд. Он попытался терпеливо направлять человека: “взглянем на драгоценный миг в этом куске…”
Гном взглянул еще раз, а затем третий ... все же он чувствовал, что кусок был слишком тусклым без какого-либо цвета. Hастроение художника было таким же темным, как у Ричарда к тому времени, когда он покинул кабинет Блэкголда: он никогда не сталкивался с такой неудачей, которая заставила его потерять уверенность в самом искусстве. Он не мог понять почему этот мастер-оценщик ювелирных изделий, магического оборудования и антиквариата не имеет никакого искусства для искусства? Его комментарии как аутсайдера были настолько разрушительными!
Две простые, но элегантные бронзовые двери офиса Блэкголда
