Читаем без скачивания Марьяжник - Евгений Сухов

– Итак, ситуация обостряется, господин Звонарев. Не правда ли?

– Об этом судить вам, а не мне, – уклончиво парировал Степан. – Я лишь рассказал о том, что слышал.

– Ну, да. Разумеется, – теперь лицо князя скрылось за окутавшими его клубами сигарного дыма. – Я ценю вашу сдержанность не меньше, чем качество выполняемой вами работы, господин Звонарев. Однако же вы не могли не обратить внимания на то, что ныне покойный губернский чиновник Сербчук являлся не единственным обладателем бумаг за подписью генерала Корниевича. Точно такие же бумаги находятся и у других заговорщиков…

– Да, я обратил на это внимание.

– И наибольшую активность проявляет Рушанский, – князь слегка стукнул кулаком по столу. – Одна лидирующая фигура сменяется другой.

– Далеко не все члены кружка видят в князе Рушанском лидера, – позволил себе высказаться Звонарев, припоминая недавний разговор с Беллой. – Разумеется, у него есть сторонники, но пойдут за ним немногие.

– Вы в этом уверены, господин Звонарев? – даже за дымовой завесой было видно, как жестко блеснули миндалевидные глаза великого князя.

Степан снова пожал плечами и поправил едва не съехавший с колен саквояж.

– Так говорят.

– «Говорят» еще не значит «сделают», господин Звонарев, – с нотками пренебрежения в голосе бросил князь. – Вам ли этого не знать. У таких людей, как Рушанский и ему подобные, разговоры нередко расходятся с делом. Мы не имеем права рисковать!

Звонареву уже было понятно, к чему клонит собеседник. Впрочем, ему это стало понятно уже тогда, когда он прочел записку, доставленную на Гороховую. Великий князь наметил очередную жертву из числа заговорщиков. И, судя по тому, как складывалась текущая беседа, жертвой этой предстояло стать не кому-нибудь, а князю Рушанскому. Так оно и оказалось в действительности.

– Вам надлежит избавиться от Рушанского, – безапелляционно и все так же жестко возвестил великий князь после непродолжительной паузы.

Огарок его сигары ткнулся в пепельницу и был немедленно самым безжалостным образом смят ногтем большого пальца.

– И вновь несчастный случай? – уточнил Звонарев, заранее готовый предугадать ответ собеседника.

– Именно. Меня не волнует, что кто-то о чем-то может догадаться. Напротив, пусть знают. Несчастный случай неизменно настигает любого, кто встает во главе организации. Наглядный пример, господин Звонарев. Таким образом, в скором времени кружок их распадется изнутри.

В словах князя было зерно истины, и Звонарев не мог не признать этого. Однако имелось и кое-что еще, чего великий князь в расчет не брал. Личность самого Степана Германовича Звонарева. Вояж по России затягивался для наемного убийцы, число приговоренных росло, и все это вместе создавало для палача определенный риск. Рано или поздно где-то может произойти накладка. Чем скорее Звонарев покинет страну, тем лучше для него… Но в то же время отказываться от заказа было не в его правилах. И он задал традиционный вопрос:

– Каким я располагаю сроком?

– И вновь, господин Звонарев, я отвечу вам в прежней манере. Давайте ни сейчас, ни впредь, если таковое случится, не будем связывать себя определенными сроками. – Князь сделал попытку дотянуться до платка в боковом кармане, но так и не завершил начатого движения. – Нам нужно скорее, а вы… как сможете, господин Звонарев. То есть на ваше личное усмотрение. Вознаграждение за проделанную работу, как обычно, получите через господина Цуревича. Я полагаю, у вас нет каких-либо претензий по этому вопросу?

– Ни малейших.

– Вот и славно. И кстати, – великий князь подержал значительную паузу, в течение которой и он сам, и его гость продолжали пристально смотреть в глаза друг другу. – Продолжайте поддерживать отношения с членами кружка, господин Звонарев. Мы по-прежнему не имеем возможности предугадать, как будут развиваться события в дальнейшем.

– Можете не сомневаться. Мы ведь уже, помнится, уговорились, что это часть моей работы.

– Верно. И раз уж мы затронули этот вопрос, князь Рушанский не говорил о том, где и когда планируется следующий организованный сбор?

– Не говорил, – Звонарев покачал головой. – Вчера все расстались в крайнем волнении, ни о чем толком не договорившись, а потому, я думаю, о дне и месте следующей встречи каждый будет уведомлен отдельно. И, может быть, даже не каждый…

Последней фразой Звонарев явственно давал понять собеседнику, что внутри организации, некогда сформированной генералом Корниевичем, уже намечается некоторый раскол, а значит, не было никакой гарантии, что в следующий раз ему удастся так же легко проникнуть в круг посвященных, как и вчерашним вечером. Но князь пропустил этот намек мимо ушей. Или сделал вид, что пропустил.

– Тогда, – князь демонстративно развел руками, – на этом все, господин Звонарев. Не смею вас более задерживать. Если возникнут какие-либо сложности или непредвиденные обстоятельства в нашем общем деле, держите меня в курсе…

– Непременно.

Очередная задача была Степану предельно ясна… По большому счету, он даже знал, как и когда осуществит выполнение заказа. Трудностей с устранением князя Рушанского должно было возникнуть еще меньше, чем в предыдущих случаях. Однако делать что-либо сегодня Звонарев уже не намеревался. До завтрашнего дня жертва никуда не денется.

По пути на Гороховую, под равномерный стук колес о булыжную мостовую, мысли Степана вернулись к Белле Розенталь. Что если не сегодня, так завтра великий князь наметит ее очередной жертвой? Нет, разумеется, Звонарев выполнил бы и эту работу, но ему совершенно не хотелось, чтобы дело дошло до этого. Женщина определенно нравилась ему. И такого не случалось уже давно. С тех самых памятных пор, как… Но Звонареву не хотелось вспоминать об этом. Лицо его вдруг сделалось жестким и непроницаемым. Усилием воли он отогнал от себя неприятные воспоминания, к которым однажды поклялся самому себе никогда более не возвращаться.

А спустя пару секунд все под тот же равномерный перестук колес Степан задремал. Его охватил сон человека, не знающего, что такое муки совести. Так было всегда.

Глава 6

Последствия зимних купаний

Он заехал с визитом к Дроздовым без всякого определенного повода. Словно что-то подтолкнуло Степана изнутри. Ехать к Рушанскому, по его мнению, было еще рано, и он вполне мог провести это время дома, а не разъезжать с визитами по городу. И, тем не менее, поехал.

– Проходите. Ольга Степановна в гостиной, – слуга принял из рук Звонарева пальто и котелок, а затем жестом указал, в каком направлении ему необходимо проследовать.

Гостиной в доме Дроздовых была огромная светлая зала с большими окнами.

Женщины пили чай за резным кривоногим столиком возле окна. Именно женщины! Предчувствия не обманули Степана. ОНА тоже была здесь. Сердце гостя болезненно сжалось, что уже само по себе было нетипичным для него. Он продемонстрировал широкую добродушную улыбку. Госпожа Розенталь ответила тем же. Без сомнений, она была рада его видеть. Точно так же, как и хозяйка дома.

– Степан Германович! Дорогой! – Ольга Степановна не встала, но, изменив позу, грациозно протянула Звонареву руку для поцелуя. – Какой приятный сюрприз! Желаете чаю?

– Не откажусь.

Ему предложили стул, и Звонарев сел таким образом, чтобы держать в поле зрения обеих женщин. Госпожа Розенталь смущенно потупила взор. Ольга Степановна, впрочем, этого не заметила.

– Вы ведь по поводу вчерашнего? Верно? – обратилась она к Звонареву.

– Именно так. Всю ночь, знаете ли, не сомкнул глаз. Думал… А утром решил: поеду. Хотел было сначала пожаловать с визитом к Константину Макаровичу, но потом передумал. Уж лучше к вам.

– Да-да. А мы вот как раз с Беллой говорили о том же. Как вы находите предложение Рушанского, Степан Германович?

Звонарев сделал вид, что некоторое время раздумывает, взвешивает слова, а затем сдержанно произнес:

– Откровенно говоря, оно кажется мне толковым. К тому же я уверен, что и покойный Кирилл Александрович одобрил бы подобные действия. В конце концов, это была его идея.

– Определенно его, – ввернула Розенталь.

– Но… – Звонарев выдержал небольшую паузу, – удастся ли осуществить задуманное без участия генерала? Вот в чем вопрос, Ольга Степановна. Вам, вероятно, известно, что у меня также находилась на хранении часть бумаг, упомянутых Рушанским.

– Да, я знаю, – Дроздова сделала глоток чаю. – И вы, к сожалению, так несвоевременно успели передать их Антону Антоновичу.

– Именно…

– Однако нам вполне хватит и оставшихся. Кирилл Александрович продумал все самым детальнейшим образом. Но вы правильно заметили, уважаемый Степан Германович. Справимся ли мы без генерала? Белла вот, например, утверждает, что нет. Князь Рушанский не годится на роль лидера. И, по большом счету, я вынуждена согласиться с ее мнением.