— Ты неотразим, — бесстрастным голосом сказала Мэнди.
— Ты хотела бы видеть своего нареченного так одетым?
— Нет необходимости говорить такие вещи, когда мы с тобой одни, — напомнила Мэнди.
В его улыбке не было раскаяния.
— Ты так доверчиво глотаешь наживку, моя рыбка, когда я поддразниваю тебя.
После этих слов она отказалась принять его приглашение на ланч. На обратном пути, сидя в автомобиле, она чопорно смотрела вперед на дорогу и молчала.
— Перестань дуться, Мэнди. — Стивен протянул руку, стараясь обнять ее.
Ее терпению пришел конец.
— Послушай, Стивен, даже если ты пытаешься помочь мне выпутаться из дурацкой истории с Рамоном, все равно это не дает тебе права распускать руки.
— Понимаю, — ответил он, и Мэнди с удивлением заметила, что он смутился. — Если я обидел тебя, пожалуйста прости меня, — холодно проговорил он.
Остаток пути они проделали молча. Мэнди разрывалась между чувством негодования и угрызениями совести. Несколько раз она пыталась заговорить, но слова застревали у нее в горле.
Как могла я так разговаривать с ним, упрекала она себя, оказавшись в своей комнате. Он оказался в ложном положении только ради того чтобы помочь мне, а все, чем я отблагодарила его, — это обвинение, что он «распускает руки». Как я могла сказать такие ужасные слова? Он никогда не простит меня. Если бы конец света предотвратил эту дурацкую вечеринку, по-детски молила она. Но, разумеется, земной шар оставался непоколебим, и холодный отчужденный Стивен больше не заботился о том, какое впечатление он производит на романтически настроенного профессора. К счастью, тот был слишком занят своей работой, чтобы отвлекаться на подобные пустяки.
Вскоре последовал телефонный звонок Ренаты, сообщившей Мэнди, что дата вечера назначена и гости приглашены.
— О, Рената, как чудесно! — Мэнди заставила себя поблагодарить услужливую приятельницу. — Не могу выразить, как я обязана вам за все хлопоты, которые вы взяли на себя!
— Тут просто не о чем говорить! — смеясь, воскликнула Рената. — Это просто еще один вечер… к тому же особенно увлекательный.
Мэнди передернула плечом. Увлекательный — и только! Когда-нибудь Рената со Стивеном будут смеяться, вспоминая это забавное происшествие.
— Я позову к аппарату Стивена, — сказала Мэнди. — Я знаю, что он хотел поговорить с вами.
Она заметила, как осветилось его лицо, когда он поспешил к телефону. Мэнди оставила Стивена одного, незаметно выйдя на террасу. Их беседа была долгой. Несколько раз до нее доносился веселый смех, и хотя она не подслушивала, но не могла не отметить нежные интонации любимого голоса. Когда Стивен появился на террасе, вид у него был счастливый — мрачное настроение исчезло без следа. Бедный Стивен, даже ожидание этой фальшивой вечеринки радует его… потому что означает целый вечер, проведенный в обществе женщины, которую он безнадежно любит.
— Ну, моя девочка, в воскресенье вечером нам предстоит сделать решающий шаг, — заявил он задиристо. — Надеюсь, ты оценишь хлопоты Ренаты, готовой вытащить тебя из заварухи, в которую ты попала из-за собственной глупости.
Она заслужила эти упреки, сказала она себе, и смиренно ответила, что сделает все, что в ее силах.
— Помни о главном госте. Рамон уже несколько раз звонил Ренате. Он явно решил предпринять какие-то шаги. Бедняга пытается убедить себя, что тебя насильно заставили заключить эту помолвку. Мы должны вести себя так, чтобы не возникло никаких сомнений. Ты обязана заставить Рамона поверить, что я мужчина твоей мечты. Как думаешь, ты справишься?
— Мне кажется, да! — с необычным жаром неосторожно ответила Мэнди, бросив на него пылающий взгляд.
Он удивленно посмотрел на нее, затем спокойно сказал:
— Хорошо. Просто внуши себе, что ты играешь роль в любительском спектакле, и все будет хорошо.
Через два дня Мэнди торжественно сидела между Стивеном и его дядей в машине, направляющейся в Тунис. Она надела то самое нарядное платье, в котором была в роковой вечер с Рамоном, — свой единственный праздничный наряд. Свои роскошные волосы Мэнди уложила греческим узлом на затылке.
— Вижу, что сегодня ты отказалась от кудряшек, — заметил Стивен, окинув ее критическим взглядом. — Мне так больше нравится. Классический стиль идет тебе гораздо больше. Он придает тебе достоинство, которое не менее важно, чем красота. Недурной комплимент, не так ли? — прибавил он смеясь.
— Благодарю вас, сэр! — улыбнулась Мэнди. — Искренние комплименты всегда приятны.
— Разве я когда-нибудь был неискренним? — возмутился Стивен, явно забывая об их отношениях. — Да, кстати, я на днях возвращаюсь в Лондон. Следовательно, после сегодняшнего спектакля ты избавишься от меня, — закончил он.
Пытаясь скрыть смятение, вызванное этим сообщением, Мэнди небрежно сказала:
— Какое облегчение! — и почувствовала, что сейчас заплачет.
Наконец они въехали в ворота, ведущие во двор дома Ренаты. Управляющий указал Стивену, где можно припарковать автомобиль. Профессор и Мэнди вышли из машины и ждали Стивена у входа. Ночь казалась светлой от многочисленных фонариков, развешанных по деревьям. Воздух был напоен запахом цветущих роз.
Приехал ли Рамон? Сердце Мэнди от волнения билось неровными толчками. Только бы этот невероятный вечер прошел благополучно, молила она. «Притворись, что ты играешь роль в любительском спектакле», — сказал ей Стивен. Что ж, она последует его совету. Стивен взял ее под руку и ввел в дом как девушку, которую любит и на которой собирается жениться.
Рената встречала гостей на первом этаже. Из маленькой галереи звучала музыка оркестра. Позже предполагались танцы.
Многие гости уже прибыли, и Мэнди со Стивеном вскоре оказались в кольце друзей и знакомых.
— Моя невеста, Аманда Лаваль, — снова и снова представлял ее Стивен.
С раскрасневшимися щеками и сверкающими глазами, Мэнди бормотала общепринятые в таких случаях слова. Стивен играл свою роль великолепно: обняв ее за плечи, он смотрел на нее с такой нежностью, что Мэнди на минутку усомнилась — игра ли это? Она непроизвольно прижалась к нему, словно ища защиты и поддержки. И все это время сердце ее сжималось от плохих предчувствий, ожидая появления Рамона.
В тот момент, когда Мэнди отошла от Стивена, она услышала позади приветствие, сказанное по-арабски:
— Мир вам!
Она решила, что это Рамон, и ощутила острое волнение, но обернувшись, увидела рядом с собой марабута. В струящихся белых одеждах с рукавами, напоминающими крылья, он выделялся среди гостей своим необычным видом. Удивительная атмосфера уверенности и безмятежности окружала его! Встречая его мягкий взгляд, Мэнди ощущала, как будто целительная рука ложится на ее сердце, придавая уверенность и снимая напряженность. Глубокие темные глаза марабута смотрели на девушку, проникая в самую душу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
