— Да, о таком часто предпочитают не помнить. А здесь, Фокси, неразумных животных нет. Зато испокон веков, еще со времен Битвы за Землю, существуют фермы, где люди и мыслящие звери выращивают особую биомассу под названием «Универсальная Трофическая Основа Полигормонального Ингибирующего Ядра», которая, в зависимости от обработки, способна полностью заменить любой пищевой продукт — от хлеба до жаренной индейки. Уже семь тысяч лет в этом мире живые не поедают живых.
— Семь тысяч лет? — выдавила летунья.
— Знакомая цифра, да? — президент встал и подошел к глобусу. — Иди, взгляни. Под сильной ладонью Рокфора, тяжелый бронзовый шар беззвучно пришел в движение.
— Ничего странного не замечаешь? — спросил австралиец. Потрясенная Фокси подняла взгляд.
— Здесь еще один материк! В Тихом океане!
— Вот именно, подруга, — тихо сказал Рокфор. — Вот именно. В этом мире Атлантида не погибла. Мы, разумные звери — мы все родом оттуда, Фокси, мы атланты. Просто дома, когда Атлантида затонула, нас почти не осталось, вот люди и сумели… Возвыситься. А здесь, люди — всего лишь один разумный вид из сотен. Как и должно быть. Летучая мышь качнулась.
— Но… Но… Ведь… Все случилось мгновенно! Мы были призраками, опасались эпидемии, а потом ррраз — и все поменялось! Президент фыркнул.
— Сейчас-то какая разница? Фокси, ты же умная девочка. Ну подумай — можно сравнить тот ад, где мы жили, и эту страну победившей зверократии? Летунья сглотнула.
— Рокки… А если подобное повторится? Если мы однажды проснемся и поймем, что мир вокруг снова изменился, да так, что родная Земля покажется раем?! Улыбка пропала с лица президента.
— Об этом я позабочусь, — ответил он холодно. — Все, кто хоть раз заикался о путешествиях во времени, уже переписаны и скоро их отправят на удаленный остров. Я полностью уничтожу этот сектор науки. Больше парадоксов не будет. Фокси с болью покачала головой.
— Ты не понимаешь. Бороться бессмысленно, ведь может пройти даже тысяча лет, прежде чем кто-нибудь изобретет машину времени. Для нас нет разницы — завтра это случится, или через век! Мир вновь изменится! Рокфор пожал плечами.
— Эдак рассуждая, из дому на улицу без шлема не выйти — а вдруг метеорит упадет?
— Надо все исправить! — взмолилась Фокси. — Отменить любые вмешательства, даже самое первое путешествие Кургана! Только так мы узнаем, на что действительно похожа история Земли! Может, она стократ лучше твоего дивного нового мира?!
— А может, стократ хуже твоего кошмарного старого? — поинтересовался Рокки.
— Но…
— Хватит! — оборвал президент. — Вопрос закрыт, Фокси. Никто больше не построит машину времени и не подвергнет опасности сорок семь миллиардов разумных жителей Земли. А что касается Кургана… — Рокфор помолчал, затем коснулся кнопки на подлокотнике. Из-за спинки дивана беззвучно поднялся проектор.
— Курган более не опасен, — холодно произнес Рокки.
Потрясенная Фокси вскрикнула и закрыла глаза крылом. Экран показывал дымящуюся воронку на месте знакомой старой часовни.
Глава 7
Чипа втолкнули в полутемную комнату с мягкими стенами и дверь, лязгая металлом, захлопнулась. Пару секунд бурундук, щуря глаза, оглядывался, затем…
— Гайка!!!
Он прижал к груди прекрасную мышку. От волнения Чип даже не сразу заметил, что в комнате, кроме его возлюбленной, находятся еще несколько существ.
— Чиппи… — с трудом выдавила Гаечка. — Легче…
Капитан собрал в кулак всю волю, что у него имелась, и заставил себя разжать руки. Только сейчас он обратил внимание на соседей по заключению.
— Дэйл! Спарки! — Чип счастливо рассмеялся. — Вы все здесь! А… — он заметил еще одну обитательницу комнаты и застыл. — Не-н-не может быть… — выдавил бурундук. Кларисса прищурила голубые глаза.
— Мы знакомы?
— Кларисса… — прошептал потрясенный Чип. — Ты! Здесь?!
— Кхм, — Дэйл бросил на друга смущенный взгляд. — Знакомься, Чип, моя… жена. Капитан отпрянул и прижался к стене.
— Жена? — пробормотал он недоверчиво. — Но ведь… Спарки! — Чип широко раскрыл глаза и обернулся к ученому. — Рокфор сказал, ты… И Гайка…
— Да, — прямо ответила Гаечка, чтобы сразу расставить все точки. — Да, Чип. В этом мире мы со Спарки семья.
Бурундук с жалобным всхлипом втянул воздух и так посмотрел на прекрасную мышку, что та, не выдержав, расплакалась и убежала в угол. Беспомощно разведя лапками, Чип медленно сполз по стене. К нему подбежали Дэйл и Кларисса.
— Я… В порядке… — хрипло пробормотал капитан. — В порядке… Подошел Спарки. Он нервно подергивал хвостом.
— Простите… Мы незнакомы, и… Едва ли станем друзьями, но… — он со вздохом опустился на корточки рядом с Чипом. — Так уж вышло, что я доктор, а вам явно нужна помощь.
— Не нужна, — выдавил бурундук, часто и резко втягивая воздух. — Я… Выдержу!!!
— Мне было труднее, — тихо сказал Спарки. Чип дернулся и обратил к ученому яростный взгляд. Некоторое время оба молчали, затем Чип обмяк и закрыл глаза.
— Прости, — он хрипло дышал. — Я не имею права вести себя так. Спарки покачал головой.
— Все слишком запутанно…
— Уже нет, — тихо сказал Чип. — Уже нет. Подошла заплаканная Гайка. Кларисса молча протянула ей платок, мышка с благодарностью кивнула.
— Чиппи… — Гайка утерла слезы. — Я… Я люблю тебя, Чип. И всегда любила. Капитан вскинул голову, недоверчиво моргнул.
— Гаечка?
— Да, — твердо повторила изобретательница. — Я люблю тебя. Но во всех нас сейчас живут две личности, и та, что из старого мира, постепенно уступает новой. Когда я только-только здесь оказалась, мысль, что мы со Спарки… Вместе… — мышка содрогнулась, — Вызывала только ужас. Но с тех пор чувства той, другой Гайки, становятся все сильнее, и я понимаю — Спарки действительно мой возлюбленный в этой реальности, так же, как ты был дома. Чип судорожно подался вперед.
— Значит, ты… Все же любила меня? Гайка опустила взгляд.
— И не стыдно? — спросила тихо. Бурундук с горечью зажмурился.
— Небо… — прошептал он. — Почему лишь сейчас…
— Ты тоже вскоре ощутишь новую личность, — мрачно сказал Дэйл. — Так что не убивайся. Со временем боль пройдет.
— Да, — внезапно ответил Спарки. — Боль пройдет. Но память останется. Он взглянул на Гаечку и та, вздохнув, обняла его за плечи. Чип отвернулся, сжимая и разжимая кулаки.
На короткое время воцарилась тишина, прерванная вскоре лязгом двери. В камеру втолкнули рыженькую летучую мышь с перевязанным крылом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
