как полгода служат на кораблях с полетной палубой в пятьсот футов. На такую площадку опытные летчики с «Уоспа» и «Йорктауна» легко сядут при надобности, хотя большая их часть приземлится на «Саратогу» — так им привычнее. Но и авиагруппы «сэнгамонов» сбрасывать со счетов не стоит — на каждом по четырнадцать «котов», девятке «даунтлессов» и восьмерка «эвенджеров» — совокупно сотня машин без малого. Так что смело можно рассчитывать, что авианосцы примут все самолеты, да еще место останется — потери неизбежны, и большие, у японских пилотов отменная выучка, мастера своего дела, в этом врагу не откажешь. Но и американские пилоты парни что надо, истребители вражеским «зеро» мало в чем уступают, а пикировщики намного превосходят — японцы летят с одной пятисотфунтовой бомбой, на американских самолетах могут подвешиваться вдвое тяжелый «груз».
— Смотрите, сэр, на «Уоспе»!
Холси оглянулся — на авианосце произошло то, чего он боялся — утечка бензина. А это пары, которые накапливаются внизу и поднимаются наверх. А там еще не затушили пожар — огромные языки пламени и черные клубы дыма вырвались из-под палубы и накрыли авианосец…
Так погибал от взрывов паров бензина «Уосп», торпедированный японской субмариной. Именно подводные лодки были страшной угрозой для авианосцев, достаточно вспомнить британские «Корейджес», «Игл» и «Арк Ройял», да те же японские «Тайхо» и «Синано»…
Глава 38
— Муцио, это последняя атака, вообще последняя — у нас просто не останется самолетов, чтобы продолжить завтра сражение. Сегодня мы потопили два вражеских авианосца и взяли убедительный реванш за вчерашний день. Но потеряли три четверти состава авиагрупп…
Вице-адмирал Одзава напряженным взглядом смотрел на приближающиеся к «Дзуйкаку» самолеты — это были последние, на прилет которых можно было рассчитывать, и сажались они на палубу авианосца с пустыми баками, буквально на последних каплях бензина. Страшно смотреть на вернувшихся из третьего за день полета героев, понимая, что им предстоит отправиться в четвертый за день вылет, который для многих окажется последним, как для десятков других летчиков, которые не вернулись из полетов за два дня ожесточенных воздушных боев. Механики и техники старались подготовить к вылету каждый вернувшийся самолет, которые сейчас представляли невероятную ценность. Ведь без торпедоносцев и пикирующих бомбардировщиков авианосец не представляет для противника угрозы, это не более чем тигр, лишенный зубов и когтей. А сейчас как раз сложилась такая ситуация, что даже одна единственная удачно попавшая торпеда может решить исход всего сражения, принеся японскому флоту величайшую победу. Или наоборот — если успеха добьется противник, то тогда поражение страны Восходящего Солнца в войне на Тихом океане неизбежно. Именно так и следует воспринимать ситуацию — Япония находится совсем близко от победы, либо от величайшего поражения, которое определит ее судьбу.
Сейчас Одзава отдавал себе полный отчет о ситуации — 1-й «мобильный флот» вице-адмирала Цукухары не существует как таковой, он исчез с глади океана. «Кага» и «Дзуйхо» потоплены, хорошо, что с них успели снять пилотов, которые сейчас представляют невероятной ценности ресурс. «Хирю» и «Акаги» с тяжелейшими повреждениями, с разломами на полетной палубе отправились под охраной эскорта на Филиппины, а оттуда, если повезет, пойдут к берегам Японии, чтобы стать на капитальный ремонт. Единственный оставшийся в строю авианосец «Сорю» под командованием контр-адмирала Тамона Ямагути был передан во 2-й «мобильный флот» в подчинение Одзаве, и теперь вместе с «Рюдзе», эта пара авианосцев составила «драконью» дивизию, как говорили не потерявшие юмора офицеры. Так что вместе с двумя «журавлями», осталось всего четыре авианосца, ровно половина из тех восьми, что вчера вступили в сражение.
И это все лучшее, что осталось у империи Восходящего Солнца на весь огромный Тихий океан. Да по большому счету вообще все — ведь на Цейлоне только два переоборудованных из лайнеров авианосца, на каждом из которых и полусотни самолетов не разместится, да переделанный из плавбазы, причем скверно переделанный «Рюхо», тихоходный, с плохой остойчивостью. Вот и все, что осталось в «Объединенном флоте», и других кораблей до лета не будет передано. А там, в строй вступит четверка легких авианосцев, достаточно быстроходных, переоборудованных из носителей гидропланов. Но по опыту погибших «Сехо» и «Дзуйхо», им подобных, уже сделан вывод, что ВПП можно немного удлинить в нос, что позволит увеличить длину ангара в нос и на корму, для повышенной вместимости авиагруппы. Как показали бои три десятка самолетов мало, их число нужно увеличить на десяток, как минимум, полностью отказавшись от запасных полусобранных машин. Но и тогда только восполнится потеря «Каги», «Дзуйхо» и «Сехо», приращения реальной силы «Кидо Бутай» не произойдет.
Беда в другом — сейчас на оставшихся авианосцах едва набиралось полторы сотни боеготовых самолетов, на сотню машин меньше, чем числилось в штатных авиагруппах. Однако здесь были собраны пилоты и самолеты всех восьми авианосцев «Кидо Бутай», недавно вступивших в сражение. Потери в летчиках и самолетах оказались чудовищными, такого и представить не могли штабные офицеры в самых худших расчетах еще неделю назад, ведь на кораблях имелось до полутысячи самолетов, включая разведчики и запасные машины. И как восполнить такие потери пока никто не представлял, такие цифры просто в голове не укладывались. Хотя из воды «летающие лодки» и гидросамолеты подобрали многих, но в отчаянных атаках погибла половина из отборных пилотов, чье летное мастерство оттачивалось годами подготовки и колоссальным боевым опытом, еще со времен начала войны с Китаем пять лет тому назад, а некоторые ветераны вообще взлетали с авианосцев с момента их постройки…
— У американцев мощный заградительный огонь артиллерии — прорваться к «Саратоге» потому смогли только три бомбардировщика, остальных сбили еще на подходе. Все небо в разрывах пятидюймовых снарядов — чертовски метко стреляют, но тут дело, скорее всего в снарядах. Я сам видел их подрывы рядом с нашими самолетами — так выставить взрыватель по высоте невозможно, это выверенный механический разрыв.
— Какое-то техническое новшество, наши союзники немцы уже озадачились, как только получили первые сообщения. Тут что-то напрямую связано с радиолокацией, как мне объяснили. Ничего, как только получим образец, немедленно его изучим, и будем делать подобные.
Одзава попытался приободрить Футиду, но сам прекрасно понимал, что быстро раскрыть этот секрет не получится, еще дольше придется организовывать производство подобных снарядов. Однако адмиралу Ямамото свои соображения по этой проблеме он с некоторым запозданием отправил рапортом, передав пакет на эсминец — отправлять шифрованной радиограммой не рискнул, имелось давнее подозрение, что у американцев хорошо налажена служба радиоперехвата
