Читаем без скачивания Глаза Гейзенберга - Фрэнк Герберт

– Что-нибудь не в порядке? – спросил Гарви.

Бумур встал позади Гарви, сложил руки:

– Да, действительно, скажите нам, – сказал он.

– Слишком высок менструальный гормон, – сказал Свенгаард. А сам подумал: «Держись за стенку.».

– Эмбрион контролирует эти изменения, – сказал Бумур.

Свенгаард пропустил мимо ушей его издевательский тон, взглянул на Бумура, – Вы уже делали это раньше. Были ли у ваших пациентов случаи спонтанных выкидышей?

Бумур нахмурился.

– Ну? – спросил Свенгаард.

– Несколько, – Он выдал эту информацию неохотно.

– Я подозреваю, что эмбрион не твердо прикреплен к эндометриуму, – сказал Свенгаард, – К стенкам матки, – сказал он, увидев в глазах Гарви необходимость в пояснениях, – Эмбрион должен плотно прилегать к стенке матки. Способ для этого готовится гормонами, присутствующими во время менструального цикла.

Бумур пожал плечами:

– Ну, мы ожидаем потерю определенного процента.

– Моя жена не является определенным процентом, – огрызнулся Гарви. Он повернулся, сконцентрировал свое внимание во взгляде на Бумура, что заставило того отступить на три шага.

– Но такие вещи случаются, – сказал Бумур. Он посмотрел на Свенгаарда, который готовился сделать вливание ампулы из запасов Игана, – Что вы делаете?

– Даю ей немного ферментной стимуляции для производства гормонов, которые ей нужны, – сказал Свенгаард. Он взглянул на Гарви, видя его страх и необходимость в его поддержке, – Это самое лучшее, что мы можем сейчас сделать, Дюран. Оно должно сработать, если ее организм не слишком угнетен всем тем, что она вытерпела, – Он взмахнул рукой, их полет, эмоциональный стресс, усталость.

– Делайте все, что считаете нужным, – сказал Гарви, – Я знаю, что это лучшее, что у вас есть.

Свенгаард сделал вливание, похлопал Лизбет по руке, – Попытайтесь отдохнуть. Расслабьтесь. Не двигайтесь, если в этом нет необходимости.

Лизбет кивнула. Она читала Свенгаарда, видя его искреннюю заботу о ней. Его попытка убедить Гарви тронула ее, но вот слезы свои она подавить не сумела.

– Глиссон, – прошептала она.

Свенгаард уловил направление ее мысли, сказал:

– Я не разрешу ему передвигать вас, пока не буду полностью уверен в том, что все в порядке. Ему и его гиду просто придется немного подождать.

И, как будто в подтверждение его слов, земля вокруг них загудела и вздрогнула. Через низкий вход влетело облако пыли и, как по мановению волшебника, материализовался Глиссон, когда скрывающая его пыль осела.

При первом признаке беспокойства Гарви опустился на пол рядом с Лизбет. Он держал ее за плечи, прикрывая своим телом.

Свенгаард все еще стоял на колене перед медицинским ящиком.

Бумур резко повернулся и уставился на Глиссона, – Звуковые волны? – прошипел Бумур.

– Нет, не звуковые волны, – сказал Глиссон. Обычный ровный голос Киборга имел певучее звучание.

– У него нет рук, – сказал Гарви.

Теперь они все заметили это. С плеч вниз, где были раньше руки Киборга, сейчас болтались лишь пустые звенья для протезных приспособлений.

– Они нас взяли здесь в кольцо, – сказал Глиссон. И снова этот певучий призвук, как будто в нем что-то сломалось, – Как вы видите, я лишен рук. Вы находите это забавным? Вы видите сейчас, почему мы никогда не боролись с ними в открытую? Когда они хотят, они могут уничтожить все… всех.

– Иган? – прошептал Бумур.

– Иганов легко уничтожить, – сказал Глиссон, – Я видел это. Принимайте факт.

– Но что мы будем делать? – спросил Гарви.

– Делать? – Глиссон посмотрел вниз на него, – Мы будем ждать.

– Один из вас мог бы выстоять против всех сил Безопасности, чтобы отстоять Поттера, – сказал Бумур, – Но все, что вы можете сделать сейчас, это ждать?

– Насилие – не моя функция, – сказал Глиссон, – Вы увидите.

– Что они сделают? – прохрипела Лизбет.

– Все, что им заблагорассудится сделать, – сказал Глиссон.

Глава 18

Ну вот, дело сделано, – сказала Калапина. Она смотрела на Шруилла и Нурса в рефлекторы. Шруилл указал на цепочки кинетических аналогов на внутренней стене Шара Обозрения – Ты наблюдала эмоцию Свенгаарда?

– Он был испуган до смерти, – сказала Калапина.

Шруилл сжал губы, изучая ее отражение. Сеанс в фармакологическом центре восстановил ее спокойствие, но она заняла свой трон в подавленном настроении. Калейдоскопическая игра огней на стене придавала нездоровый оттенок ее коже. На всех чертах лица было определенное выражение.

Нурс взглянул вверх на огни наблюдателей – вся ширина северной стены мерцала тусклым красным напряжением, все места заняты. Все сообщество оптименов, за редким исключением, следило за развитием событий.

– Мы должны принять решение, – сказал Нурс.

– Ты выглядишь бледным, Нурс, – сказала Калапина, – У тебя неприятности с фармакологией?

– Не больше, чем у тебя, – он говорил задиристо, – Просто ферментное гетероделение. Оно легко устраняется.

– Я говорю, что их надо привезти сюда сейчас, – сказал Шруилл.

– С какой целью? – спросил Нурс, – У нас зафиксирован их побег очень хорошо. Зачем позволять им снова ускользнуть?

– Мне не нравится сама мысль о незарегестрированных защищающих себя жизнеспособных – кто знает, сколько их… бегающих на свободе, – сказал Шруилл.

– Вы уверены, что мы можем взять их живыми? – спросила Калапина.

– Киборг признает свою неэффективность против нас, – сказал Шруилл.

– Если это не ловушка, – сказал Нурс.

– Я не думаю, – сказала Калапина, – А как только они попадут к нам, мы можем извлечь информацию, которую нам надо, из их сырых мозгов с самой большой точностью.

Нурс повернулся, пристально посмотрел на нее. Он не мог понять, что случилось с Калапиной. Она говорила с грубой жестокостью женщины из народа. Она была похожа на разбуженного вампира, как будто насилие было для нее знаком пробуждения.

«Какой же тогда знак ее усмирит?» – размышлял он. И его шокировала собственная мысль, – Если у них есть средства уничтожить себя? – спросил Нурс, – Я напоминаю вам о компьютерной сестре и печальном ряде наших собственных хирургов, которые оказались в одной организации с этими преступниками. Мы были бессильны предотвратить их самоуничтожение.

– Как ты груб, Нурс, – сказала Калапина.

– Груб? Я? – он потряс головой, – Просто я желаю помешать увеличению боли. Давайте уничтожим их сами и продолжим отсюда.

– Глиссон – полный Киборг, – сказал Шруилл, – Вы не можете себе даже представить, что могли бы нам открыть банки его памяти.

– Я помню того, кто сопровождал Поттера, – сказал Нурс, – Давайте не будем рисковать. Его спокойствие может быть уловкой.