— Я тебе многое объяснил.
— Объясни еще раз.
— Хорошо, как-нибудь.
— Нет, сейчас.
— Что ты хочешь услышать?
Этот разговор напоминал размолвку супругов. Однако я понимала, что Джек прав, что он просто заботится о моей безопасности.
— Анатоль мог работать на кого-нибудь, — почувствовав, что мы оба перегнули палку, поддавшись эмоциям, более спокойно продолжил Джек, — добывая через Дашу конфиденциальные сведения. Для этого он специально «поставил», как ты выражаешься, ее твоему бывшему мужу. Поскольку, с твоих слов, Сергей человек порядочный, он не мог его завлечь просто так в бордель, а выбрал другой способ — проспонсировал поездку Даши на конкурс красавиц в Европу. Пригласил туда твоего мужа и…
— Дальше ясно. Зачем же тогда их убивать, а еще хуже устраивать катастрофу целого самолета? Столько невинных жертв?!
— Я тебе этого не говорил, — заволновался Джек.
— Ты намекал. Причем с подачи твоего криминалиста, — рассердилась я.
— Наташа, дело очень не простое, тела твоих близких не найдены. Будь осторожна! Если твой родственник в тайне от тебя и твоего мужа занимался такими делами, поставь в известность полицию. Я тебя прошу.
Джек слабо себе представлял наши правоохранительные органы. Куда мне с этим идти? В службу безопасности полетов? Скажут, сошла с ума, где доказательства? В милицию и того хуже. Зачем им такая головная боль? Денег никаких ниоткуда не светит, а сиди ломай голову. Наша милиция за так ничего делать не будет, скажут: «Сумасшедшая дамочка, хочет посадить родственников мужа за то, что тот ее бросил». Посоветуют пойти к гадалке: дешево и сердито. Тридцать долларов заплатишь — вмиг порчу наведет, хоть на сестру бывшего мужа, хоть на самого черта-дьявола. Хлопот меньше, да и деньги небольшие. И на допросы не таскаться. Так мне разведенные пациентки рассказывают.
После разговора с Джеком работа в голову не шла. За дверьми кабинета, где я находилась, томились в ожидании на прием пациенты. После вчерашнего — весь день кувырком!
— Входите, — устало пригласила я в ожидании очередных чужих проблем.
В кабинет ворвался Анатолий.
— Ты не думай, что я испугался и сбежал, — с места в карьер начал он. — Просто неловко как-то перед сотрудницей Константина душу изливать.
— Ты с Аленой разве знаком?
— Видел в офисе пару раз.
— А она тебя не помнит вовсе, — соврала я. — Но дело не в этом. — Я решила начать издалека. — Твоя жена, Серафима, после катастрофы меня во всем обвинила, дескать, если бы не я, Сережа никогда бы с Дашей не познакомился, а не познакомился бы, не отправился в путешествие, жив бы остался! Как ты думаешь, каково мне это слушать? И что ты на это ей теперь скажешь?
— Серафиме ничего не скажу.
— А я?
— Надеюсь на твою порядочность.
— А на твою порядочность я могу надеяться?
— Ты на что намекаешь?
— На твое сводничество!
— Мой тебе совет: держи язык за зубами!
— Ты мне что, угрожаешь?
— Просто предупреждаю.
Это было последней каплей моего терпения.
— Тогда я отправляюсь в милицию.
— У тебя доказательств никаких.
Я влезла в сейф и, к удивлению Анатолия, вынула оттуда диктофон.
— Послушаем? — предложила я и вставила кассету.
Анатолий напрягся. Я нажала кнопку. Голос Оли, Дашиной подруги, был ему, по-видимому, незнаком.
Сразу после моего визита к ней она прискакала на прием — одолели личные проблемы. О Даше ничего существенного узнать не удалось, а вот о красавце спонсоре…
Если бы я тогда догадалась, что речь шла об Анатолии! Но мне это и в голову прийти не могло!
«Мы вместе стояли в очереди на кастинг, я и Дашка, — зазвучал голос Оли. — Я, как и она, приезжая. Когда Дашка не поступила в институт, то стала с ребятами, которые тоже провалились, по кафе мотаться, ей родители деньги на первое время дали. Говорит, что там ей и посоветовали пройти кастинг, сказали: „Ты такая красивая, на шпильках ходить умеешь, попробуй“. Когда я ее спросила, кто посоветовал, она мне ответила: „Бизнесмен один, в костюме“. Тогда я ей вопрос на засыпку: „И в галстуке?“ Она обрадовалась: „И в галстуке. А ты откуда знаешь?“
А у меня уже был опыт общения с одним таким в костюме и в галстуке. Я как раз к нему в Москву прикатила. Точнее, он в двадцати километрах от Москвы живет. До этого к нам в город на переговоры приезжал. Ну, мы с ним потусовались, переспали, он стал меня в Москву приглашать, говорит: «Приезжай, погудим с тобой». Приехала! Еле поселок, где он живет, таксист нашел! Погудели! Его жена, дура сумасшедшая, меня с крыльца веником погнала. А я вся из себя разодетая, в шляпе, в сапогах на шпильках, к нему прикатила, да так и летела почти кувырком.
И когда Дашка спонсору своему дифирамбы стала петь: «Он не такой, он мне в институт на будущий год поможет поступить, у него все схвачено», — я ей тогда сказала: «Все мужики одинаковые. Ты им все, они тебе — шиш!»
Дашка добрая и доверчивая. Когда у меня каблук отлетел, девчонки, что в очереди с нами на кастинг стояли, радовались — одной претенденткой меньше. А Даша, представляете, мне свои туфли одолжила, размер совпал. Только мне это не помогло. Даша первый тур прошла сразу. Потом рассказала, что спонсор помог. А меня завернули. Объявили, что не умею двигаться на каблуках. Я в студию записалась. Там всему-всему учили.
— Чему? — Это был мой голос.
— Как вилку держать, как одеваться прилично, как ходить.
— А как прилично?
— Как я сейчас. В шляпе, на каблуках, чтобы юбка чуть ниже колен, помада не яркая… днем. Вечером можно. И духи подбирать нежные-нежные. И спина чтобы прямая, не согнутая крючком. Сидеть за столом прямо, не клевать носом.
Ну так вот, спонсор, конечно, как только Дашка прошла тур, сразу стал к ней приставать, принуждать, чтобы она с ним переспала.
— Согласилась?
— А куда деваться-то? Он ведь ее за границу обещал отправить. У него жена, правда, злющая, Дашка сказала, каждую минуту ему звонила, отчета требовала. Я имя ее запомнила из-за песенки: «Ах, Сима, невыносимо…»
Ну, спонсор, правда, не наврал Дашке, помог за границу поехать. Но там ей только приз зрительских симпатий достался. Дашка плакала, расстраивалась, жалела, что с этим спонсором связалась, и тогда он, чтобы ее утешить, со своим коллегой по работе познакомил. Сказал, настоящий бизнесмен, шеф фирмы, какие-то секретные программы для банков пишет! В общем, крутой!
— Ну а Даше-то зачем?
— Дашке вроде бы ни к чему, а вот спонсору какая-то выгода была. Мы с Дашкой потом дотумкали. Но уже поздно было. Она замуж за бизнесмена согласилась пойти. То есть за вашего мужа.
