– Рассказывайте не свои предположения, а то что видели, слышали и делали, – перебил его Мейсон. – Остальное нас не интересует.
– Я слышал, как звонил телефон, – голос свидетеля стал враждебным. Тогда я поднялся и прислушался... И понял, что звонок слышен из соседнего дома, то есть из Колмонт-апартментс. Голос был мужской... Мужчина говорил по телефону...
– Вскоре вы услышали звук борьбы?
– Да, сэр.
– На фоне дребезжания дверного звонка?
– Да.
– А может быть, это снова звонил телефон?
– Нет, сэр. Это исключается.
– Откуда такая уверенность?
– Звук звонка был совсем другим... В нем было больше вибрации... Кроме того, интервалы между звонками были совершенно другими, более длинными... Не такими, как у телефона.
Со стороны было похоже, что этот ответ сильно разочаровал Мейсона.
– Вы можете присягнуть, что это были не телефонные звонки?
– За это я полностью ручаюсь.
– В этом вы уверены не меньше, чем во всех остальных своих показаниях?
– Да, сэр. Я абсолютно уверен.
– Знаете ли вы, сколько тогда было на часах?
– Около двух часов ночи... Точно не скажу. Через какое-то время, полностью проснувшись, я позвонил в полицию. Тогда на часах было два часа двадцать семь минут. Значит, прошло минут пятнадцать-двадцать. Повторяю, господин адвокат, за точность я не ручаюсь... Я дремал...
– Разве вам не известно, – медленно поднялся с места Мейсон, – что человеку, проживающему в апартаментах «Бейллэр», физически невозможно услышать дверной звонок в квартире "В" Колмонт-апартментс?
– Почему невозможно? Я же слышал! – возразил свидетель.
– Вы имеете в виду, что слышали звук звонка. Но почему вы решили, что это был звук именно дверного звонка?
– Потому что это ясно... Я его слышал!
– Почему же вам ясно?
– Я же не глухой! Я знаю, что такое дверной звонок!..
– Разве вам до этого приходилось слышать, как звучит дверной звонок в квартире "В" Колмонт-апартментс?
– Нет... Понимаете, ночь была душная и жаркая... Очень тихая... Ни ветра, ни грозы... Все окна были распахнуты...
– Прошу отвечать на вопрос. До этого вам приходилось слышать звук дверного звонка квартиры "В" Колмонт-апартментс? – повторил Мейсон.
– Не помню такого случая.
– После этого вы не проверяли на практике звучание звонка у соседей?
– Нет... С чего бы это я вдруг стал проверять... Но я сразу же понял, что это был звонок у двери...
– У меня все, – улыбнулся Мейсон, кивнув в сторону присяжных.
Лукас пожелал задать свидетелю несколько дополнительных вопросов.
– Независимо от того, каково расстояние между вашими домами в футах, вы могли бы определенно сказать, можно ли услышать дверной звонок у соседей?
– Возражаю, Ваша Честь! – Мейсон вскочил на ноги. – Вопрос, заданный в такой форме, подсказывает ответ! Свидетель только что показал, что до этого случая никогда не слышал звука дверного звонка у соседей. Поэтому нельзя спрашивать, можно ли его услышать на таком расстоянии. Дело Высокого Суда сделать подобный вывод. Поскольку мистер Крейндейлл никогда не слышал звонка в квартире Мокси, то может только предположительно высказать свое соображение по данному вопросу.
– Возражение принято, – постановил судья Маркхэм.
– Вы хорошо слышали телефонный звонок, мистер Крейндейлл? нахмурившись спросил Лукас.
– Да, сэр.
– Вы отчетливо его слышали?
– Совершенно отчетливо. Настолько, что в первый момент решил, что это звонит наш телефон.
– По вашему мнению, телефонный звонок сильно отличается от дверного?
– Вношу протест против наводящих вопросов! – возразил Мейсон.
– Протест принят, – сказал судья Маркхэм.
Немного подумав, Лукас нагнулся к своему помощнику и отдал какое-то распоряжение. На его лице появилась хитрая усмешка. Выпрямившись, он сказал:
– У меня все, у защиты есть еще вопросы?
– Нет, – покачал головой Мейсон.
– Объявляется перерыв, – объявил судья Маркхэм, – во время которого членов Скамьи Присяжных отвезут для осмотра места происшествия. В течение этого времени присяжные не должны формулировать или высказывать мнения по существу дела. Только когда дело будет полностью представлено им, они смогут приступить к составлению выводов. Присяжные не будут также дискутировать между собой и не позволят, чтобы о деле дискутировали в их присутствии. Обвиняемую следует отослать обратно в камеру.
19
Присяжных отвезли на место происшествия в Колмонт-апартментс. Им показали оба здания и окна квартир, после чего проводили в квартиру "В".
По указанию Джона Лукаса его помощник к этому времени договорился с Сиднеем Отисом и получил разрешение на осмотр квартиры. Лукас подошел к судье Маркхэму, отвел его в сторону и поманил пальцем Мейсона.
– Согласны ли вы проверить дверной звонок? – спросил заместитель окружного прокурора.
– Я не возражаю, – сказал Мейсон.
Полицейский нажал на звонок. Наверху послышалась не очень громкая трель.
– Поскольку эксперимент продолжается, то звонок следует снять, надлежащим образом идентифицировать и представить как вещественное доказательство, – заявил Мейсон.
– Хорошо, мы так и сделаем, – ответил Джон Лукас после небольшого раздумья. – Как зовут нынешнего хозяина этой квартиры?
– Сидней Отис, – ответил его помощник.
– Выпишите для него повестку, – распорядился Лукас. – Доставьте его в суд. Снимите звонок и тоже доставьте в суд... Тем временем мы проводим присяжных на второй этаж и покажем место преступления. Пусть они своими глазами увидят обстановку места убийства.
При этом он многозначительно посмотрел на сопровождавшего их полицейского.
Сначала присяжных провели в квартиру Крейндейлла. Когда все они столпились у раскрытых окон, из квартиры Отиса послышался настойчивый звонок.
– Это же равнозначно проведению следственного эксперимента, Ваша Честь! – возмущенно воскликнул Мейсон, схватив судью Маркхэма за руку. Такие вещи не делают без согласия защиты! Так вот о чем, господин обвинитель, вы шептались с полицейским перед отъездом и о чем напомнили ему только что!
– Вы меня обвиняете? – возмутился Лукас.
– Прекратите, господа, – вмешался судья Маркхэм. – Вы привлекаете внимание присяжных.
– В таком случае, мне придется просить членов Высокого Суда не обращать внимания на этот звонок, – заявил Мейсон.
– Что ж, – усмехнулся Лукас со злорадным огоньком в глазах, – из протокола такую запись можно убрать, но в головах присяжных она останется. Так что не советую вам настаивать на физической невозможности услышать такой звонок.
