о том, что в марте 1917 года большевики не сразу сумели выработать правильную политику по отношению к Временному правительству: «Партия (ее большинство) шла к этой ориентировке ощупью. Она приняла политику давления Советов на Временное правительство в вопросе о мире и не решилась сразу сделать шаг вперед от старого лозунга о диктатуре пролетариата и крестьянства к новому лозунгу о власти Советов. Эта половинчатая политика была рассчитана на то, чтобы дать Советам разглядеть на конкретных вопросах о мире подлинную империалистическую природу Временного правительства и тем оторвать их от последнего. Но это была глубоко ошибочная позиция, ибо она плодила пацифистские иллюзии, лила воду на мельницу оборончества и затрудняла революционное воспитание масс. Эту ошибочную позицию я разделял тогда с другими товарищами по партии и отказался от нее лишь в середине апреля, присоединившись к тезисам Ленина».
В ночь на 3 апреля 1917 г. В. И. Ленин вместе с группой политических эмигрантов пересек границу между Швецией и Россией. Так завершилось самое долгое и последнее пребывание Владимира Ильича за границей, начавшееся в декабре 1907 г.
Поздно вечером того же дня поезд, на котором ехал Ленин, прибыл на Финляндский вокзал Петрограда. На другой день «Правда» писала: «В 11 ч. 10 м. подошел поезд. Вышел Ленин, приветствуемый друзьями, товарищами по давнишней партийной работе. Под знаменами партии двинулся он по вокзалу, войска взяли на караул… Идя дальше по фронту войск, шпалерами стоявших на вокзале и державших «на караул», проходя мимо рабочей милиции, Н. Ленин всюду был встречаем восторженно». Надежда Константиновна Крупская вспоминала: «Тот, кто не пережил революции, не представляет себе ее величественной, торжественной красоты. Красные знамена, почетный караул из Кронштадтских моряков, рефлекторы Петропавловской крепости, освещающие путь от Финляндского вокзала к дому Кшесинской, броневики, цепь из рабочих и работниц, охраняющих путь».
Очевидцы этой встречи не раз описали прибытие на вокзал меньшевистских руководителей Петроградского Совета Чхеидзе и Скобелева и подчеркнутое невнимание к ним Ленина. А затем, после того, как, по словам Н. К. Крупской, «Ильича поставили на броневик», он обратился к собравшимся. В «Правде» сообщалось: «Стоя на броневом автомобиле, тов. Ленин приветствовал революционный русский пролетариат и революционную русскую армию, сумевших не только Россию освободить от царского деспотизма, но и положивших начало социалистической революции в мировом масштабе».
Броневик тронулся с места, а Ленин с площадки приветствовал рабочих и работниц, стоявших на пути от Финляндского вокзала. Оказавшись в доме Кшесинской, он выступил с балкона перед собравшимися на улице.
Очевидно, что в ночь с 3 на 4 апреля Ленину не пришлось долго спать. Крупская вспоминала: «Время было такое, что нельзя было терять ни минуты. Не успел Ильич встать, а уж приехали за ним товарищи, чтобы ехать на совещание большевиков – членов Всероссийской конференции Советов рабочих и солдатских депутатов. Дело происходило в Таврическом дворце, где-то наверху. Ленин в десятке тезисов изложил свой взгляд на то, что надо делать сейчас. Он дал в этих тезисах оценку положения ясно, четко наметил те цели, к которым надо идти, чтобы добиться этих целей».
В своем докладе «О задачах пролетариата в данной революции» Ленин провозгласил курс на отказ от борьбы за парламентскую республику. Целью революции должна была стать, по мысли Ленина, «республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху». Он предложил новый лозунг политической борьбы – «Вся власть Советам!». В Советах, избираемых непосредственно рабочими, солдатами и крестьянами, большевики видели прообраз нового прямого народовластия.
Ленин считал, что Советская власть должна была осуществить национализацию всего земельного фонда страны, конфискацию помещичьих земель и передачу земли в распоряжение Советов батрацких и крестьянских депутатов, объединить все банки в общегосударственный банк, поставив его под контроль Советов рабочих депутатов, установить рабочий контроль над производством и распределением продуктов. Однако Ленин в эти дни не ставил задачу немедленного свержения Временного правительства, полагая, что прежде всего большевикам надо добиться преобладания в самих Советах. Крупская признавала: «Публика как-то растерялась в первую минуту. Многим показалось, что уж резко ставит вопрос Ильич, что говорить о социалистической революции еще рано».
Наиболее активно против Ленина и его «Апрельских тезисов» выступил Л. Б. Каменев. 8 апреля в «Правде» была опубликована статья Каменева «Наши разногласия». В нем он объявил «Апрельские тезисы» частным мнением Ленина, противоречащим позиции «Правды» и Бюро ЦК. Каменев заявил, что буржуазная революция еще не завершена, поскольку не решен аграрный вопрос, а Ленин уже выдвинул задачу о социалистической революции. С критикой позиции Ленина выступили Калинин и ряд других участников совещания. Сталин также выступил с рядом критических замечаний в адрес «Апрельских тезисов», хотя вскоре принял ленинскую позицию. Зато «левые» (Шляпников, Молотов и другие) активно поддержали Ленина. Позже, вспоминая позицию Сталина, Молотов говорил: «У него сомнения некоторые были, он не сразу присоединился к ленинским тезисам… Он с некоторой выдержкой думал, более тщательно. Ну, а мы были помоложе, попроще подходили к делу, поддерживали Ленина без всяких колебаний и твердо шли по этому пути… Что-то его беспокоило.
У него были мысли по вопросу о мире, он размышлял над этим и искал ответы на вопросы… Ленина не так просто было иногда понять».
Зато меньшевики сразу приняли «Апрельские тезисы» в штыки. Едва Ленин завершил свое выступление перед большевиками, как, по словам Н. К. Крупской, появился «товарищ и стал настаивать на том, чтобы Ильич сделал тот же доклад на общем собрании и меньшевистских, и большевистских делегатов». Это «собрание происходило внизу, в большом зале Таврического дворца… Ленин говорил два часа».
Реакцию меньшевиков подробно описал В. Т. Логинов в своей книге «Владимир Ленин. На грани возможного». После выступления Ленина слово взял И. Церетели, который объявил, что «народные массы не подготовлены к пониманию мер, которые предлагает т. Ленин». Реализация тезисов Ленина, уверял Церетели, приведет к гибели революции не только в России, но и в Европе. Ф. Дан заявил, что тезисы Ленина – это «удар по единству» и «похороны партии». Еще во время выступления Ленина сидевший рядом с трибуной меньшевик Борис Богданов прерывал его речь выкриками: «Ведь это бред! Бред сумасшедшего!». А вскоре назвал «Апрельские тезисы» «бредом» В. Плеханов. В своей газете «Единство» вождь меньшевиков утверждал, что тезисы представляют собой «безумную и крайне вредную попытку посеять анархическую смуту на Русской Земле».
Меньшевики единодушно выступили против «Апрельских тезисов». Бывший большевик, превратившийся в меньшевика, В. С. Войтинский писал 5 апреля в плехановской газете «Единство» о Ленине: «Мы все объединимся… против его программы».
Особенно рьяно меньшевики выступали против ленинской программы перерастания Февральской революции в
