— Просыпайтесь же, соня. Подъем! Мы должны засветло вернуться в бухту.
Сьюзен со стоном открыла глаза и увидела склонившегося над ней Уайлдера. Она почувствовала странное облегчение. Только что в ее сне бездыханное тело Фрэнка лежало на земле; вместо головы — кровавое месиво. И всему виной отчаянное желание Сьюзен вырваться на свободу. Она стояла над ним в своем сновидении и понимала, что совершила чудовищную ошибку. Она словно поняла что-то такое, чего нельзя было выразить словами. Подсознательно Сьюзен чувствовала, что поверженный Фрэнк — это окончательный проигрыш.
— Как самочувствие? — озабоченно спросил он, помогая ей подняться.
— Голова немного кружится. — Сьюзен вздрогнула, когда от порыва ветра заколыхалась вокруг высокая трава. Солнце на западе уже клонилось к горизонту. — Мы, кажется, долго спали.
— Вероятно, сказалась многодневная усталость, — заключил Фрэнк и наклонился за ее альбомом.
Когда они возвращались к дереву, где оставили сумку, Уайлдер обхватил Сьюзен за плечи.
— Знаете, я была совсем без сил, — робко призналась она, плотнее прижимаясь к источнику успокоительного тепла. Казалось, в эту минуту Сьюзен напрочь забыла обо всех своих опасениях.
— Я тоже.
Фрэнк вытащил из сумки обе куртки и настоял, чтобы Сьюзен немедленно оделась. Затем сложил подстилку вместе с остальными вещами в сумку, взял Сьюзен за руку и повел к тропинке.
Тени заметно удлинялись, однако они нашли дорогу к бухте довольно легко и, несмотря на то что по настоянию Уайлдера много времени потратили на отдых, выбрались из лесу задолго до наступления темноты. Тропинка вывела их почти к тому же месту, где они высадились на берег. Одна в лесу Сьюзен непременно бы потеряла ориентацию, и неизвестно, как долго ей бы пришлось скитаться по безлюдному острову. Она содрогнулась, на миг представив, что, забытая всеми, осталась одна на этом клочке суши посреди моря. И еще раз порадовалась, что покушение на Уайлдера ей лишь привиделось в кошмарном сне.
Сьюзен уселась на носу лодки, прижимая к себе сумку, Уайлдер взялся за весла. Они подплыли к «Утренней звезде», мерно покачивающейся на волнах; поднявшись на корму, Сьюзен перекинула сумку через поручни на палубу, затем перескочила на мостки и удерживала за канат лодку. Уайлдер прошел вперед, передал весла и поднялся к ней.
С кормы они вытянули скользкую резиновую лодку наверх, с трудом закрепив ее на месте. Пришлось и посмеяться, и не раз чертыхнуться, прежде чем они наконец справились со своей задачей. К тому времени, когда все работы были закончены и Фрэнк проверил крепления, солнце начало садиться. Розовые и багряные отблески живописно расцвечивали западную часть небосклона.
— Я вчера говорил вполне серьезно, — вдруг произнес Фрэнк и как бы в подтверждение своих слов многозначительно хмыкнул. Он подтянул последний узел и открыл люк сходного трапа.
— О чем это вы? — удивилась Сьюзен и обернулась через плечо. Она укладывала весла под скамью в рубке.
— Вы, миссис Ранделл, — отличный первый помощник, черт побери!
Он нежно взял Сьюзен за руку и внимательно посмотрел на нее.
— Вам известно, сэр, одна присказка? — улыбнулась она, но не отвела глаз. — Каков капитан, такова и команда.
— Вам хорошо было сегодня? — тихо спросил он, улыбаясь в ответ, и притянул ее чуть ближе.
— Да, спасибо. — Во второй раз сегодня Сьюзен обратила внимание, что пялится на его губы в твердой надежде получить поцелуй. Сердце дрогнуло. Она с трудом перевела дух. Ей следует держаться от Фрэнка подальше — чего бы ей это ни стоило. Однако Сьюзен не отодвинулась ни на дюйм. — А как вы? Вам тоже было интересно?
— Очень. — Уайлдер ласково погладил ее по щеке. — Сьюзен…
— Да? — едва слышно произнесла она, не столько откликаясь на его обращение, сколько давая ответ.
— Нет, ничего… Просто… — Фрэнк долго не решался, потом легким движением положил ладони ей на плечи. — Мне чертовски хочется поцеловать вас. — Он наклонился, и его губы скользнули по щеке Сьюзен. — Но, мне кажется, я не должен этого делать.
— Почему бы и нет? — Голос Сьюзен предательски дрожал.
— Не хотел бы злоупотреблять своим положением.
— Один поцелуй. Кому от этого может быть хуже? — стараясь казаться беспечной, спросила Сьюзен.
Уайлдер снова наклонился и тронул ее губы своими — осторожно, нежно, почтительно, что поразило Сьюзен, и тотчас отстранился плавным движением.
— Только один, да? — пробормотал он.
— Может быть… Может быть, еще один не повредит. — Положив руки Фрэнку на грудь, она подняла лицо и ободряюще улыбнулась. Она играет с огнем и сгорит в его пламени, но сейчас, кажется, ей было решительно все равно.
С глухим стоном Уайлдер снова припал к ее губам. На этот раз поцелуй был глубже, раскованнее; кончиком языка Фрэнк ласкал ее губы, пока она не уступила нежному нажиму. Раскрыв губы, Сьюзен с радостью принимала чувственный, сексуальный вызов, наслаждаясь вкусом горячих мужских губ.
Как бы чувствуя, что ее желание нарастает, Фрэнк обнял ее, с силой прижимая к себе. Когда груди Сьюзен прикоснулись к его телу, она содрогнулась от наслаждения. То, что казалось всего лишь беспокойным томлением, обернулось вдруг приливом безудержной страсти. Сьюзен желала его… Она жаждала его. Тихонько вскрикнув, она просунула руки ему под свитер и начала гладить ладонями грудь Фрэнка, затем спину. Она нетерпеливо выдергивала его рубашку из-за пояса, стремясь коснуться…
На пояснице ее пальцы наткнулись вдруг на теплую кожу и холодную сталь. Что за чертовщина! Сьюзен замерла, смятенная и испуганная. Затем наступило прозрение, внезапное, словно удар в солнечное сплетение. Сьюзен отдернула руки. Это был пистолет. Уайлдер носит его в кобуре. Как будто оружие — часть его тела. Впрочем, наверное, так оно и должно быть при его ремесле.
Реальность коварно подкралась к Сьюзен, ужасная, как цунами, и захлестнула ее. Этот человек — похититель, и, вопреки всем заверениям, которые он расточал в последние дни, нет никакой гарантии, что он отказался от намерения убить ее. А она, прекрасно зная, с какой целью увез ее Уайлдер так далеко, очертя голову бросается к нему в объятия, целует и умирает от блаженства у него на груди. Что с ней стряслось? Что, черт возьми, происходит?
Смутно ощущая, что он тоже замер, Сьюзен оттолкнула его и, возбужденная, тяжело дыша, отступила назад.
— Перестаньте Уайлдер. Прошу, остановитесь.
Она всхлипнула, вновь охваченная ужасом и сомнениями.
— Сьюзен, дорогая, успокойтесь и выслушайте меня, — умолял Фрэнк. Его голос был полон тревоги за нее. Он сжал в руках ее ладони.
