в костюм мужчиной с отрешенным взглядом.
— Теперь понаблюдайте, как распрямляются пальцы, когда шарик прижимает их к коленям. Почувствуйте это. Ощутите, как растягиваются сухожилия в каждом пальце, и на обратной стороне ладони, и выше на…
— Не могу! Нет, нет! — Полин уронила свой шарик на пол и громко запричитала.
— О, да, точно; славно, славно, — произнес Рэймонд.
Амира шагнула вперед, в центр круга, и замерла. Потом подняла шарик Полин и подержала его в руке. Сказала что-то насчет того, что не всем это кажется легкой задачей и что не нужно никуда спешить. Роберт беспокойно ерзал на стуле. Он крепко стискивал шарик и колотил рукой по ноге. Анна наблюдала за ним.
— Смотрите. Не все из вас смогут выполнить это упражнение сегодня. Это не страшно. Все хорошо. Это лишь начало того путешествия, куда мы с вами отправились. А сейчас расслабьтесь. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
Анна почувствовала в Роберте какую-то перемену. Дрожание головы ослабло. Дыхание чуть участилось. Он встал, и Анна поняла, что он намеревается резко вскочить, но на деле на это ушло некоторое время.
— Черт! Да, да. Конечно. Точно! Конечно.
— Роберт, вы… — Амира взглянула на него. — Вы хотите сделать перерыв?
— О да, точно! Славно, славно, — произнес Рэймонд.
Его жена положила ладонь на руку мужа, пытаясь его успокоить. Она смотрела на Анну. Они все смотрели на нее. Видимо, хотели, чтобы она остановила Роберта? Заставила его сесть? Он уже был на пути к двери. Анна глянула ему вслед. Взяла свою сумку, пальто, пальто Роберта и извинилась перед Амирой. Та, улыбаясь, встала и попробовала прикоснуться к ее руке.
— Все в порядке, не волнуйтесь. Я понимаю, как вам трудно. Надеюсь, мы увидим вас обоих на следующей неделе? Возможно, нам следует обсудить, как помочь Роберту? — Она приблизила лицо к лицу Анны и говорила тихо, словно поверяла ей секрет.
Анна кивнула, сказала «ладно» и последовала за мужем. Он ждал у двери. Не мог открыть ее. Она переложила все вещи на одну руку и открыла для него дверь. Он не взглянул на нее. Двинулся по коридору, что-то бормоча. Закрывая дверь, Анна увидела, что все сидящие в кругу уставились на нее, положив руки на колени, и в падающем из высоких окон свете разглядела выражения всех этих лиц. Невозможно представить, чтобы они с Робертом вернулись сюда.
2 |
На следующей неделе первым прибыл Бенедикт. Он выглядел так, словно специально явился пораньше. Задыхаясь, он толкнул дверь и слегка запнулся. Лиз подхватила его под локоть.
— Рано? Ничего?
— Здравствуйте, не волнуйтесь, Бенедикт, вы не рано. Входите-входите. Сможете найти бейдж со своим именем?
— Да. Нет. — Он вздохнул. Взял из разложенных на столе около двери значков нужный и постучал пальцем по первой букве.
Амира наклонилась, чтобы взглянуть.
— Извините, тут ошибка? Я неправильно написала «Бенедикт»? Я списывала все имена из направлений, видимо, кто-то перепутал буквы?
— Нет. Да. Я Венедикт. Почти так. Хорошо. Да. Вот. — Он пытался нарисовать пальцем в воздухе буквы.
Теперь Лиз его поняла.
— Ах, вот как пишется ваше имя, — сказала она. — Извините, это, наверно, я ошиблась.
— Давайте я сделаю новый бейдж, — предложила Анна. — У меня есть запасные. Можете написать?
Венедикт уставился на нее поверх очков; да, я умею писать, словно говорил он.
— Это, ничего. Бенедикт, Венедикт, ладно. Почти одно. Правила. Мелочь. Извините. Мой речь. Я.
— А, понимаю. Все ясно. Венедикт. Ничего-ничего, не надо извиняться, правда.
— Мой. Да. Мой британский. Зэ. Говорить по-британски.
— Ваш английский?
— Да, да, мой английский. Был хороший. В идеале. Теперь. Всё.
— Очень сочувствую вам, Венедикт.
После инсульта у Венедикта появился акцент. Чтобы установить это, понадобилось несколько занятий, и только после того, как он показал Лиз видео, она действительно поняла, что произошло. На записи Венедикт выступал с докладом об узлах сети на конференции по информационным технологиям. Она поняла не все, хотя говорил он безупречно четко. У него были характерный выговор жителя Северного Лондона и чистый голос, волнение выдавала только манера все время снимать очки, чтобы заглянуть в заметки, и снова надевать их.
— Родители Венедикта привезли его сюда из Польши в раннем детстве, — объяснила Лиз Амире. — До инсульта у него акцента не было. Вы пытаетесь бороться с тем, как ваш голос звучит сейчас, да? Можно так сказать?
— Да. Тяжело. Тяжело. Звук как. Как. Иностранец, да? Нет-нет-нет. Не так.
— Вы не иностранец. Я понимаю. — Амира снова улыбнулась.
Он приложил к груди бейдж с правильно написанным именем и взглянул на нее. Амира взяла значок и приколола его к рубашке.
— Вот.
— Да. Спасибо. Спасибо. Хорошо.
|
Амира сомневалась, что все придут на следующее занятие. Первая встреча не увенчалась успехом. Она обсуждала это с Лиз. Не стоило так быстро приступать к упражнениям. Лиз предложила сегодня определить цели группы и установить некоторые правила. Она посоветовала рассадить всех вокруг стола, чтобы передавать друг другу учебные материалы. Амира хотела попросить их подняться и подвигаться, но Лиз считала, что еще рано вводить активные действия. Сначала надо, чтобы пациенты привыкли друг к другу. Стали доверять другим членам группы. Женщины раздвинули три складных стола и расставили вокруг них стулья. Комната стала напоминать конференц-зал. Амира хотела предложить что-то еще, но тут прибыл Венедикт, и времени менять планы не осталось.
Вскоре после этого приехала Мэри, социальный работник спиной вперед завез ее в комнату и развернул. Мэри была в твидовом брючном костюме, на шее висели крупные деревянные бусы, и она держала руку около лица, отчего Амира подумала, что женщина предпочла бы покурить снаружи. Мэри взяла со стола свой бейдж, молодой человек подкатил ее на место и удалился в угол, где уставился в свой телефон.
Потом участники группы стали прибывать один за другим, и Амира заметила, как они передают друг другу бейджи с именами. Значит, они уже узнают своих товарищей по несчастью. Шон. Полин. Кэрол. Рэймонд. Роберт. Роберт ни с кем не разговаривал и бейдж не надел. Но он пришел. Амира поздоровалась с его женой, Анной, которая быстро кивнула, не встречаясь с ней глазами.
|
За окном росли платаны с проплешинами на коре. Листва с них стала опадать, и в комнату проникало еще больше света. День выдался ясный. В парке играли двое маленьких детей, жители окрестных домов выгуливали вдоль реки собак. По дороге медленно двигались машины. Анна смотрела в окно, пока все ходили вокруг стола и рассаживались. На это ушло много времени. Разговоры внезапно прерывались, и пациенты то и дело решали пересесть. Даже Роберт
