— Голосуем. Кто за то, чтобы принять идею мистера Крауча?.. Кто против?.. Единогласно!.. Предложение отклоняется.
Крауч зло выдохнул: «Старые пни! Пока у вас под ногами не начнёт гореть земля, даже не почешетесь. Двести! Двести убитых магов за прошлый год, столько же пропало. И скорее всего, они тоже мертвы!»
Волшебник собирал в папку непригодившиеся документы и ему вдруг стало всё равно, что будет дальше с Англией. Бартимеусу безумно захотелось вернуться домой к жене и сыну, бросить работу, забыть обо всём. Сын в следующем году поступает в Хогвартс, а ему очень хотелось побыть нормальным отцом. Бартимеус замечал, что из-за работы, он отдаляется от сына. Привыкает разговаривать с ним, как с подчинёнными, а не как с собственным ребёнком. Жена пыталась как-то сгладить противоречия в семье, но это не всегда получалось. «А ведь Барти попадёт на Слизерин, — промелькнула горестная мысль. — А там уже сейчас начинается агитации в поддержку партии Риддла. Надо поговорить с сыном, чтобы никуда не влезал».
В этот момент его вырвал из размышлений голос председателя:
— Слово предоставляется уважаемой Араминте Мелифлуа из клана Блэк.
В стороне со своего места поднялась красивая, черноволосая леди. Окинув присутствующих пронзительными синими глазами, она громко произнесла:
— Уважаемые господа волшебники! В 1692 году вступил в силу Статут Секретности, и мы с тех самых пор его придерживаемся. Не трогаем магглов, избегаем на них влиять, ведём политику изоляционизма. А ведь мир не стоит на месте.
Волшебники загомонили, но в целом и те, кто выступал против сближения с магглами и те, кто поддерживал, были согласны со словами леди Араминты, ожидая, что она хочет этим сказать.
Мелифлуа тряхнула непослушными кудрями и продолжила свою речь:
— Я считаю, мы не должны больше прятать голову в песок! Любой волшебник способен сделать так, что маггл его не заметит, даже с помощью своих технических приспособлений. Надо отслеживать маггловских учёных и уничтожать их! Тогда простецы снова скатятся до первобытного уровня. Вы посмотрите, до чего они довели природу в городах? В Лондоне скоро невозможно будет дышать из-за количества автомобилей. Возле своих мануфактур и производств они вообще не задумываются о сохранении природы! Я полагаю, что скоро даже магия не сможет откатить эти пагубные изменения климата. Господа! Магглов стало слишком много, планета уже задыхается. Вы хотите погибнуть, сиятельные лорды и леди? Подумайте о своих детях! — Араминта обвела зал яростным взглядом. — Предлагаю объявить охоту на магглов. Выйти с нашими предложениями на международный уровень. Согласовать в Международной Кофедерации Магов списки самых опасных представителей цивилизации магглов. Разработать планы по разрушению их общества изнутри. Иначе ещё полвека, и они сами начнут войну между собой. Но на этом витке истории война может кончиться плохо для всех. Вспомните Хиросиму и Нагасаки. Все маги, кто не успел трансгрессировать из этих городов, погибли! Призываю вас объединиться против наших истинных врагов!
Женщина с достоинством села, а в Визенгамоте наступила тишина. Даже председатель не знал, что сказать, и смотрел в зал, забыв опустить молоточек.
Со своего места встал Карлус Поттер и дрожащим от ярости голосом прорычал:
— Вы сгущаете краски, уважаемая леди. Нам, наоборот, нужно сотрудничать с магглами более тесно, понемногу интегрировать волшебников в большой мир.
— Гриндевальд тоже так хотел сделать, а кончилось всё мировой войной, — крикнул кто-то из лагеря правых.
— Я против истребления простецов, — повысил голос Поттер. — Нам многому следует поучиться у них!
Снова поднялся крик, да так, что председателю в который раз пришлось стучать молотком, призывая всех, успокоится.
— Итак, голосуем, господа, — произнёс председатель, когда крики оппонентов умолкли. — Кто за то, чтобы принять предложение леди Араминты Мелифлуа из рода Блэк?.. Кто против?.. Предложение отклоняется, с перевесом в один голос... Прошу следующего докладчика.
Поттер посмотрел на свои руки. Они дрожали. Общество волшебников разделилось и сегодня только каким-то чудом, удалось избежать большой трагедии. «Мне срочно нужно выпить», — подумал Карлус, откидываясь на спинке кресла и вытирая платочком пот со лба. К сожалению, его демарш отразится на отношении с родом Блэк. Карлус не верил, что это частная инициатива леди Араминты. Скорее, это прямое указание правящей семьи. А его горячее выступление спутало какие-то планы Блэков. «Боюсь, что на праздники нас приглашать больше не будут, — хмыкнул про себя маг. — Я сегодня дал чётко всем понять, что придерживаюсь политики Дамблдора».
На выходе к черноволосой красавице подошли лорды Малфой и Лестрейндж.
— Нам очень жаль, прекрасная леди Блэк, что ваше предположение не прошло. Наша партия всецело поддерживает подобные инициативы. Мы передадим лорду Волдеморту все важные детали сегодняшнего заседания и будьте уверены, он тоже всецело вас поддержит.
— В начале лета я организовываю бал по случаю помолвки своего наследника и прекрасного цветка из вашего уважаемого клана, — с достоинством поклонился Абраксас Малфой. — Буду рад на балу представить вас нашему лидеру. Уверен, там соберутся сливки высшего общества, и вы найдёте много собеседников, достойных вашего внимания.
— Конечно, лорд Малфой, — глубоким чувственным голосом отозвалась женщина. — Я обязательно появлюсь там и буду рада быть представленной столь выдающемуся волшебнику, разделяющему мои взгляды на проблему магглов.
***
В Большом зале шёл обед, когда в окна начали залетать совы, разбрасывая письма по столам. Снейп, как всегда, сидел с самого края, уставившись в тарелку. Он немного завидовал другим. Все дети ждали письма из дома, обменивались впечатлениями. Со всего стола Слизерина почту не получали ни разу, только он и Вильямс. Но в отличие от Снейпа, светловолосого крепыша это, казалось, совсем не задевало.
И тут прямо рядом с тарелкой Северуса упало письмо, сброшенное какой-то совой. Снейп с надеждой поднял его со стола, и в этот момент оно раскрылось, а в руках удивлённого Северуса рванула небольшая навозная бомба! Сначала раздался негромкий хлопо́к, а потом Снейпа заляпало всем тем, из-за чего так не любят навозные бомбы. Сидевший рядом Розье закрывая пальцами нос, вскочил, постаравшись отойти как можно дальше. Грохнул весь стол Гриффиндора, к нему присоединились другие дети. Даже среди слизеринцев были те, кто не смог сдержать улыбки.
— Сходите и умойтесь, мистер Снейп, — с неудовольствием посмотрел на него Люциус Малфой. — И впредь, возьмите себе в привычку, проверять неизвестную корреспонденцию. Из-за глупой поспешности могли пострадать ваши соседи по столу. Мне стыдно за вас, мистер Снейп!
Цвет лица Северуса нельзя было различить под слоем содержимого злополучного письма, но он выскочил из Большого зала, словно пробка из бутылки шампанского, давясь от ярости.
Малфой лёгким движением палочки очистил место, где сидел Снейп, и сердитый Розье смог вернуться за стол.
— Шалость удалась, — едва шевеля губами, — прошептал Джеймс, наклонившись к уху Сириуса.
Друг весело подмигнул и принялся накладывать себе вторую порцию жареных рёбрышек.
Одна Эванс с грустью следила за убегающим из Большого зала Снейпом. Ей было его жалко, но в то же время немного стыдно. Особенно когда ржущая, словно лошадь Марлин, вытерла слёзы и повернулась к Лили.
— Это же тот носатый мальчишка со Слизерина, что подарил тебе зелье от простуды? Может, оно не очень хорошо было сварено, раз ему такие подарки присылают.
Рядом хрюкнула ещё одна девочка, давясь от смеха, а Лили покраснела от смущения.
Альбус Дамблдор внимательно смотрел на всё происходившее сегодня в зале, иногда применяя поверхностную легилименцию. После выступления партии консерваторов в Визенгамоте, великий волшебник с больши́м неудовольствием осознал, как глубоко в магическое общество пустил свои скользкие щупальца его бывший ученик: «Это же надо! Визенгамот едва не принял предложение этих безумцев Блэков об охоте на магглов! Хорошо, что Карлус Поттер не стал молчать».
