своё молоко, пользующееся довольно большим спросом. Было бы забавно посмотреть на такую молочную ферму, точно как в «Безумном Максе».
Также стоит затронуть тему правительства. Совет состоял из двадцати семи самых влиятельных граждан Содружества, по девять на каждые три города, включая столицу. Они не избирались и обладали абсолютной властью. А вот уже внутри Совета царила демократия, и для любого их решения требовалось минимум пять голосов из девяти.
Чаще всего должность Советника передавалась по наследству, но бывали и исключения. Как и везде, в этом мире всё решали деньги. Если же один из членов Совета по каким-то причинам лишался львиной доли своего капитала, то его вполне могли подвинуть, предложив место более перспективному кандидату.
Хоть их власть и была абсолютной, но существовала оговорка относительно открытого нарушения законов. Если Советника застанут на месте преступления, то он отправится под суд. История помнит множество прецедентов.
Хотя, мне кажется, больше чем в половине случаев это была подстава чистой воды. Политика — дело грязное. Многие пойдут на всё, чтобы заполучить тёплое и удобное кресло Советника.
Если так подумать, то Содружество скатилось в стандартную олигархию. Однако местные правители понимали, что одними деньгами сыт не будешь. Им удалось выстроить достаточно устойчивую систему с социальной поддержкой трудолюбивых и талантливых горожан.
До коммунизма далеко, но то же топливо для госструктур было бесплатным. Точнее, оплачивалось за счёт государства. А все расходы ложились на плечи частников, желавших заправлять свои машины. Себестоимость дизеля была на порядок ниже той, по которой его отпускали на частных заправках.
Знакомая ситуация…
В целом система работала и поощряла тех, кто трудился над её сохранением и эффективностью. Всё-таки она продержалась больше четырёхсот лет практически без эксцессов. Конечно, если не считать восстания клеймённых и других подобных казусов.
Единственное, с чем у Советников были серьёзные проблемы, так это со сферой развлечения. Пустоты быстро заняли частники разной степени паршивости. Подпольные «клубы по интересам», находившиеся под землёй, разрослись как грибы. А целые кварталы алкашей и наркоманов — это норма, даже мне довелось там побывать.
К тому же в Содружестве процветало рабство. И ошейник надевали не только на клеймённых. Если ты задолжал или проиграл крупную сумму, тебя вполне официально могли взять в рабы. Либо же ты мог отдать одного из родственников.
Добавив в формулу проблемы с угольным смогом, мы получим довольно депрессивный мир. Но это касалось только крупных городов. В деревнях не было подобных проблем, но присутствовали другие.
Однако меня это не особо тревожило, ведь самое главное, что в этом мире была магия. А с ней любой антиутопичный бутерброд будет приятнее на вкус. Особенно если ты обладаешь уникальным даром и можешь творить. Поэтому я как-то даже не обращал внимания на мрачных людей, набивающихся в электрички.
Но всё это касалось только внешнего радиуса, а вот когда мы с Сэн прошли контроль и попали во внутренний, всё радикально изменилось.
Здесь уже и воздух был почище, и по улицам не слонялись алкаши. Люди выглядели прилично, многие перемещались на дорогих машинах, привезённых из-за океана. Да и дома становились двух, а местами и трёхэтажными, по-прежнему оставаясь теми самыми «сотами».
Быть полноценным гражданином Центроуральска — почётно. Ты мог скрыться за высоченной стеной, отгородившись от черни и холопов. А если обзавестись рабами, то жизнь вообще покажется сказкой. И был лишь один минус: такая жизнь требовала больших финансовых вливаний.
В средний класс чаще всего входили одарённые, различные ремесленники, начальники, работающие в госструктурах, и, конечно же, торговцы. Последних было больше всего. Сами они, понятное дело, не работали, а лишь управляли рисками и раздавали указания подчинённым. Зачастую торговля была связанна именно с импортом и экспортом, так как почти все внутренние процессы поглотили предприятия-монополисты, принадлежавшие семьям Советников.
К примеру, мой дядя Игорь был отличным плотником и мебельщиком, но его достатка едва ли хватило бы, чтобы жить по эту сторону стены. Основную часть дохода приносила его жена, Диана. Целитель — профессия востребованная. А если поставить ценник на свои услуги процентов на двадцать ниже, чем цена зелий, то отбоя от клиентов не будет. Даже подмастерье получал достаточно, чтобы хватало на жизнь во внутреннем радиусе.
Как и говорил, я планировал навестить дядю, но сперва надо была отдать товар бандитам. Да и паб находился в той же стороне, где жил мой последний родич.
Мы сели в электричку, в которой находились в основном работяги и рабы, заплатили всего по четыре рубля с человека и поехали вверх по склону. Через три остановки пришлось пересесть на другой вагон, идущий перпендикулярно первому маршруту. Здесь уже отдали по одиннадцать рублей, ибо проехали целых десять остановок.
— Всё-таки ты дура, — сказал я, выйдя из электрички. — У тебя была такая отличная возможность начать всё нуля, но ты выбрала смерть.
— Это моя жизнь, позволь мне самой решать, как её прожить, — Сэн уже надоели мои нотации и рассуждения на эту тему. — Так просто ты от меня не отвяжешься. Тем более желание ещё не выполнил.
— В смысле? — я одарил её удивлённым взглядом. — Разве не свободы ты желала?
— Нет, — коротко ответила она и замолчала, слегка отвернув голову.
— Ну? Не томи, рассказывай.
— Я… — Сэн вдруг сильно засмущалась, раньше я ничего подобного за ней не замечал.
— Ты? А дальше?
— Я хочу… — её щёки покрылись багрянцем. — Хочу, чтобы ты сводил меня на свидание.
— Как бы… Свидание? — я ожидал многого, но подобная мелочь даже в голову не приходила. Хотел рассмеяться, но сдержался, ведь это наверняка бы её обидело. — И что ты подразумеваешь под этим словом? Если помнишь, то я говорил, что отношения или что-то вроде того меня не интересуют. По крайней мере до тех пор, пока не избавлюсь от этой долбанной метки на груди.
— Обычное свидание. Как у обычных людей, — шёпотом ответила она, не поднимая глаз. — Хочу почувствовать себя нормальной девушкой, а не игрушкой богатых мужиков.
— Что ж, понимаю. И раз уж я обещал, будет тебе свидание. Сегодня солнце уже село, а у нас полно дел, да и ноги еле идут. Если завтра никакие пауки на нашу голову не свалятся, то сходим на свидание.
— Правда? — она посмотрела на меня кошачьими глазами, полными надежды.
— На весь день не рассчитывай, но два-три часа на тебя найду.
— Спасибо! — она обняла меня
