— Николь, скажи, что ты задумала? Ты всегда была добра ко мне. Никогда не забуду, как ты спасла меня от кошмарного унижения.
— И заставила тебя некоторое время поболеть.
— Это неважно. Главное, мне это помогло. Дало временную отсрочку.
— Пустяки. А разве ты не спасла моего Самира?
— Мы помогаем друг другу. Теперь прошу, пожалуйста, скажи, что у тебя на уме.
— Главный евнух поможет, если все пойдёт так, как задумано.
— Как? Чем он может помочь?
— Он придёт сюда за Фатимой. На ней будет плотный широкий плащ и чадра, а если бы под этими бесформенными одеждами оказалась не Фатима, а Розетта… Ну как?
— Это… возможно?
— Может быть. Он выведет тебя за ворота. Никому и в голову не придёт, что это не Фатима, а ты. Все слышали, что её отправляют домой.
— А где в это время будет Фатима?
— В своей комнате. Она будет ждать назначенного времени, но экипаж приедет на полчаса раньше. Главный евнух скажет, что можно отправляться. Он придёт навестить меня. Ты в это время будешь сидеть в моей комнате, одетая как Фатима. Он выведет тебя отсюда. Остальным женщинам будет приказано оставаться на своих местах, чтобы они не таращились на позор Фатимы. Но кое-кто может ослушаться, и если они увидят тебя, то подумают, что ты — Фатима. Главный евнух отопрёт ворота, и вы выйдете к карете, которая будет ждать вас снаружи.
— А куда меня повезут?
— В Британское посольство. Там ты расскажешь, что с тобой произошло. Они отправят тебя домой. Ты не сможешь назвать имя паши, потому что ты не знаешь его. Кроме того, иностранные государства не имеют права вмешиваться в дела других стран. Долг посольства — благополучно доставить тебя домой.
— Я не могу в это поверить. На словах всё так просто.
— Вовсе нет. Это умный, продуманный план. Главный евнух очень умный мужчина.
— А когда обнаружится то, что он сделал, что с ним будет?
— Произошла естественная ошибка. Все знают, как тебе не хотелось оставаться в гареме. Значит, ты каким-то образом ухитрилась занять место Фатимы. А главному евнуху нужно было вывезти из гарема женщину, что он и сделал. Проблемы могли бы возникнуть только с Рани, но она не настолько глупа, чтобы ссориться с главным евнухом. Пусть подозревает всё, что угодно, сделать она ничего не сможет. Она хотела представить тебя паше в качестве сюрприза. Но он никогда не видел тебя. Так что здесь тоже не будет никаких опасностей. Ему, наверное, скажут, что Фатима напала на меня с ножом. В данных обстоятельствах главный евнух и Рани сочли, что лучше всего отослать её домой. Поэтому сразу после того, как ты окажешься в посольстве, её отправят домой.
— О Николь. Не могу в это поверить. Как долго я надеялась на счастливый случай. Просчитывала все возможности. А теперь… ты и главный евнух составляете для меня план бегства. Может, мне всё это снится?
— Насколько я знаю, в данный момент ты не спишь.
— Главный евнух так рискует ради меня.
— Нет, — сказала она тихо. — Ради меня.
— Николь, у меня нет слов. То, что вы делаете для меня…
— Я люблю платить долги. Это должно сработать… или я останусь твоим вечным должником.
— Ты мне ничего не должна. Всё, что я делала…
— Я знаю, что ты хочешь сказать. Но ты много сделала для меня, и мне будет приятно дать тебе то, чего ты больше всего хочешь.
— Ты ведь тоже могла бы убежать.
— В жизни бывают моменты, когда уже поздно что-либо делать. Сейчас для меня наступил именно такой момент. Уже слишком поздно для… нас, но не для тебя. А теперь готовься. И ничем себя не выдавай. Чтобы все сработало, нужна предельная осторожность.
— Знаю. Я просто хочу подумать о том, что мне делать. Ты подготовила мне сюрприз. Я просто ошеломлена.
— Подумай. Тебе придётся быть очень внимательной. Важно, чтобы этот план сработал.
* * *
Я не могла ни спать, ни есть. Раз за разом я прокручивала этот план в голове. Снова стать свободной! Больше не страдать из-за жуткого страха от нависшей надо мной угрозы. Это слишком большое облегчение, и мне потребовалось время, чтобы в это поверить. Я опять стану хозяйкой своей собственной судьбы, человеком, который сам принимает решения. Я больше не буду ничтожеством, чья жизнь зависит от прихотей хозяина.
Я подумала о Саймоне. Удалось ли ему что-нибудь придумать? Когда я буду на свободе, я расскажу, что с ним случилось. Его нужно освободить. Людей не должны продавать в рабство. Это необходимо запретить. В цивилизованном мире не должно быть рабов. О… но я забыла. Саймон не хочет, чтобы его нашли. Он прячется. Он может остаться рабом паши и работать в садах, но, по крайней мере, он не предстанет перед судом за преступление, которого не совершал.
А Лукас? Что случилось с ним?
Пока я не на свободе, бесполезно об этом думать. Я должна помнить, что слишком долго ждала спасения, и оно уже близко. Это просто чудо, что у меня есть такие друзья, которые мне помогут вернуть свободу.
Это будет опасно, я знаю, но нельзя поддаваться посторонним мыслям. Я должна быть абсолютно готова действовать, когда наступит момент.
* * *
Прошло несколько дней.
— Всё произойдет завтра, — сказала мне Николь. — Фатима сидит в комнате одна и ждёт, когда её отправят домой. Ей страшно, и она злится. Её с позором выгонят из гарема. Она навсегда потеряет Фейсала. Рани говорит, что ей ещё повезло. Её могли бы казнить. Если бы Самир или я умерли, её наказали бы за убийство. Ты спасла её от этого. Она ведь в гареме уже несколько лет. Но ладно, хватит о ней. Главный евнух придёт якобы за ней, а заберёт тебя.
— Но она-то останется здесь.
— Естественно. Он не может забрать вас обеих. Но обман не раскроется, пока ты не будешь в безопасности. Работа главного евнуха в том, чтобы подыскивать девушек для гарема, а Рани должна приглядывать за ними и готовить для него тех, кого нужно увезти.
— А как же Рани? Ведь ей это сильно повредит.
— Она готовила тебя для паши. Поскольку он тебя не видел, То не станет жалеть об утрате. Рани, конечно, рассердится, то не станет ссориться с главным евнухом. В конце концов, Фатима, может, даже останется в гареме. С другой стороны, они вполне могут решить, что её следует отправить домой. Кто знает, как всё обернётся? Может быть, ты ей оказываешь ещё одну услугу. Не знаю, что из всего этого получится, но это уже не твоя забота. Будет много шума, сплетен, но все эти женщины слишком заняты собой, чтобы долго думать о других. Всё уладится.
— А если Фатима всё-таки останется, что будет с тобой и Самиром?
— Даже Фатима иногда извлекает пользу из полученных уроков. Если она останется, будет кроткой, как овечка. Она подошла к самому краю пропасти и не захочет сделать последний шаг.
