без движения, и даже дышать громко боялся. Се Лянь сел и ответил:
– А что, мне надо было его снаружи бросить? Там сейчас жуткая давка, такого кроху бы насмерть затоптали!
Он обхватил ребёнка обеими руками, потрепал его ласково по макушке и поинтересовался:
– Дружок, сколько тебе лет?
Малыш молчал, только смотрел на принца не моргая. Се Лянь продолжил расспросы:
– Как же это ты упал с такой высоты?
– Ваше высочество, да он же от страха язык проглотил, – вмешался Му Цин.
Се Лянь опять погладил малыша по голове, но тот словно оцепенел. Поняв, что от ласки толку нет, принц вздохнул:
– Глупенький… Фэн Синь, как всё поутихнет, вынеси его через боковой проход. Только посмотри, не ранен ли он: неспроста у него лицо в бинтах.
Фэн Синь протянул руки и спросил недоуменно:
– Ваше высочество, чего не отпускаете?
– Да не держу я его!
Се Лянь опустил голову и едва удержался от смеха: малыш изо всех сил ухватился ручонками за полы его одежды и никак не хотел отцепляться. Все сначала замерли, а потом принялись громко хохотать.
Многие набожные люди мечтали хоть одним глазком поглядеть на него – наследника престола, обучающегося в Хуанцзи, храме правящей семьи Сяньлэ. Ну а где раз, там и второй; некоторые готовы были сами монахами стать, чтобы приблизиться к предмету обожания. Похоже, спасённый ребёнок оказался из таких прилипал!
Среди сопровождающих было немало даосов, которые вместе с Се Лянем обучались в Хуанцзи.
– Ваше высочество, малыш от вас никуда! – захихикали они.
Се Лянь тоже рассмеялся:
– Вот история! Ну нет, так не пойдёт. У меня свои дела, а ты возвращайся-ка домой.
Только тогда малыш медленно разжал пальчики, и Фэн Синь быстро подхватил его на руки. Но ребёнок продолжал внимательно смотреть на Се Ляня блестящим чёрным глазом. Казалось, он одержим каким-то духом, и многие тоже это заметили. Им стало не по себе, а вот принц беспечно сказал:
– Ну что ты его схватил, будто куль с мусором! А ну, не пугай мне тут ребёнка!
Фэн Синь поставил мальчика на землю и проворчал:
– Смех смехом, а советник чуть со страху не умер. Ваше высочество, вы бы лучше подумали, как будете с ним объясняться.
После этих слов веселье сразу испарилось.
* * *
Во дворце Шэньу в Хуанцзи клубились облака благовоний и звучали сутры. Фестиваль закончился час назад, и теперь советник с тремя помощниками сидели у стены главного зала со скорбными лицами, а Му Цин стоял перед ними на коленях. Се Лянь и Фэн Синь тоже преклонили колени, но лицо принца было обращено не к присутствующим, а к статуе Шэньу.
Советник взял в руку ту самую золотую маску искусной работы и после долгого молчания тяжело вздохнул:
– Ох, ваше высочество, ваше высочество…
Даже в таком положении Се Лянь держал спину прямо. Он поднял голову и сказал:
– Слушаю вас.
– Знаете ли вы, что сегодня впервые за всю историю Сяньлэ на церемонии поклонения Небесам торжественная процессия сделала вокруг дворца три круга. Только три!
Церемония была продумана до мелочей, и за каждым действием стоял особый смысл. Во время шествия роскошной платформы возносились молитвы Небесам о мире в стране и благоденствии для народа. Чем больше обходов совершит праздничная колонна, тем больше лет можно жить спокойно. Тут вам и благое предзнаменование, и экономия государственных средств. А всего три круга – это, выходит, всего на три года удачи…
И куда страшнее то, что прямо посреди церемонии с воина, угодившего богам, упала маска.
Жители Сяньлэ издавна верили, что душа человека заключена в лице, отражена в его чертах, и что после смерти человек должен явить его Небесам. Потому-то на церемонии воину следовало прятать лик от простых смертных за золотой маской, ведь любоваться им могут лишь небожители.
Советник сердито отчитывал непутёвого ученика:
– В прошлом по меньшей мере пять обходов удавалось сделать, иногда и пятнадцать-шестнадцать выдерживали! А вы что устроили? Да с вашими данными вы с закрытыми глазами могли пятьдесят кругов пройти! Сотню! А вы на третьем всё испортили. Лучше бы вы меня собственными руками убили! Замечательно: теперь вы, ваше высочество, точно войдёте в историю! И я с вами за компанию!
В зале повисла напряжённая тишина. У Се Ляня же на лице не дрогнул ни единый мускул.
– Советник, – спокойно ответил он, – посмотрите на это с другой стороны. Если бы тот ребёнок разбился и запятнал кровью церемонию поклонения Небесам, разве это не стало бы плохим знаком? Могла бы процессия продолжить свой ход? Кто же знал, что такое случится! Так хоть всё более-менее пристойно закончилось. Это был лучший выбор.
– Ах вы негодник! – воскликнул советник. – Да там стояло столько дворцовой стражи – его бы любой поймал! Подумаешь, промахнулись бы немного, сломал бы малец руку или ногу, но не умер бы! А вы бы шли себе дальше, сражались людям на радость. Никто бы и не вспомнил, что кто-то упал!
Се Лянь вздёрнул брови:
– Советник, вы же прекрасно знаете, что в той ситуации никто бы не среагировал быстрее меня. И никто бы не подхватил его, оставшись при этом целым и невредимым. Не поймали бы – был бы один труп, а поймали бы – два.
Принц говорил с полной уверенностью, твёрдо и решительно. Монахи понимали, что он прав, и возразить было нечего. Се Лянь стоял на коленях перед статуей бога, но вёл себя непринуждённо: ему было и любопытно, и смешно; а главное, он гордился собой. Нет, на этого любимого ученика, драгоценное дитя, сердиться было невозможно. Оставалось лишь дёргать себя за волосы, чтобы болью плоти заглушить печаль души. Чуть помешкав, советник продолжил:
– И вот ещё что!
– Слушаю, учитель, – опустил голову Се Лянь.
– Явились вы на поле боя красиво. Но что за самодеятельность?! Никого не предупредили, перепугали отца и матушку! А если бы вы не успели?
Се Лянь снова вскинул брови:
– Советник, но я же спрашивал у вас разрешения накануне.
– Спрашивали меня? Накануне? Это когда же?
Принц нахмурился и глянул в сторону:
– Му Цин?
Глава 60
Потерянная коралловая бусина приковывает алчный взгляд
Часть первая
В этот момент стоявший на коленях позади Фэн Синь тихо сказал:
– Его высочество действительно спрашивал разрешения. – Все уставились на него, и он продолжил: – В последние дни он только и думал, что о церемонии поклонения Небесам, и вчера ему пришла в голову идея: спрыгнуть с городской башни, как будто небожитель спустился на землю. Но его высочество был занят репетицией и не мог отлучиться, поэтому попросил Му Цина сходить к вам за разрешением… – Фэн Синь поднял голову. В глазах его разгоралась ярость. – Му Цин заверил наследного принца, что поставил вас в известность и вы не возражаете… Кто ж знал, что вы вообще не в курсе? Кто знал, что всё обернётся такой бедой?
Все переглянулись.
