Рука Конана двинулась к рукояти оружия. Там она и застыла, ибо сотня солдат направила на него свои луки.
— Объяснись, капитан, — прошипел он.
— Ни мне, варвар, нет нужды объясняться, ни моему генералу. Тем не менее он любезно разрешил сообщить тебе, что эта дама останется здесь в качестве его гостьи. Она удостоится наилучшего приема и никоим образом не подвергнется каким-либо посягательствам. Но она останется здесь.
Конан весь кипел от ярости, но тут Лейла положила руку ему на плечо:
— Похоже, быть мне гостьей генерала. Глупо противиться неизбежному. Отправляйтесь выполнять свою миссию. Я буду здесь, когда вы вернетесь. — Она посмотрела на своего отца: — Со мной все будет в порядке.
Махак щелкнул пальцами, и солдат подхватил поводья ее лошади. Он повел ее обратно в город. Лейла не обернулась. Капитан еще раз оглядел банду разбойников и взорвался пронзительным хохотом:
— Нет зрелища более волнующего, нежели отборные воины, отправляющиеся на выполнение боевого задания!
Остальные солдаты радостно загоготали, бандиты же, охваченные бессильной злобой, понуро сидели на своих лошадях.
— Вперед, капитан Конан, — сказал Махак. — Я со своими солдатами буду следовать за вами, но не слишком близко. Даже у простых вояк носы для этого чересчур чувствительны!
Чуть не задыхаясь от гнева, Конан пришпорил коня и рысью проскакал мимо ухмыляющегося офицера, давая себе обет отомстить. За ним скакала его маленькая шайка.
Глава девятая
— Я этого не понимаю, — говорил Осман, все еще нетвердо покачиваясь в седле, в голове у него шумело после давешней попойки. — Почему колдун не может перенести сюда дочь своим магическим искусством? Нет ли у нее заклинания сделаться невидимой, дабы спокойно уйти из города и украсть себе лошадь?
— Вот опять, — сказал Волволикус, — ты обнаруживаешь свое полное неведение магии. Я занимаюсь вовсе не трюками мелких факиров, развлекающих толпы на ярмарках. Великая магия — это не просто вопрос знания и декламации особых слов. Я сейчас далеко от своих книг и инструментов, источников моей силы. Свинячий генерал зажал меня в тиски, как и всех остальных.
— Он и тот визирь должны догадаться, что Лейла не моя жена, тогда они поймут, что она куда менее ценная заложница, — сказал Конан.
— Я вообще в ней никакого толку не вижу, — проговорил Мамос. — Я, например, не прочь ускакать и оставить ее там.
Конан обрушился на паникера:
— Я не брошу ее и вам не позволю. Если желаешь смыться сейчас, далеко не уедешь.
Большим пальцем он указал через плечо. За ними скакал отряд Махака.
Убо, поигрывая пальцем на лезвии своего ножа, добавил:
— А рискни ты ускакать в Туран без нас, что нам останется думать, кроме того, что ты собираешься вернуться и захапать себе все сокровища? Мы останемся с атаманом, Мамос.
— Я не предатель, — угрюмо проговорил Мамос. — Но думаю, что глупо многим мужчинам рисковать своими шеями ради единственной девчонки. Колдун не в нашей банде.
— Сейчас мы все вместе, — сказал Конан. — И мы останемся вместе, пока не покончим с этим делом и не разделим сокровища. Я найду способ удовлетворить Кэтчку и вернуть женщину в целости и сохранности.
— Как? — спросил Осман.
— Все в свое время, — ответил ему Конан.
И они поскакали к реке.
— Ты хочешь сказать, что вас прогнали демоны Волволикуса? — спросил Загобал с презрительной насмешкой в голосе. — Я думал, ты из материала потверже. И почти начинаю подозревать, что ты таки нашел сокровища и думаешь теперь напугать меня, чтобы я держался от него подальше.
— Хватит молоть чепуху, — холодно проговорил Беритус. — Если бы я отыскал сокровища и решил оставить их себе, на кой мне было возвращаться сюда?
Они сидели в шахпурских покоях Загобала.
— Напротив, я потерял троих отличных парней, а теперь должен выслушивать твои оскорбления. Если ты считаешь, что обойдешься и без моих услуг, я охотно отправлюсь куда-нибудь еще.
Загобал обуздал свой гнев.
— Нет, я наговорил в сердцах. Уж очень меня раздражает, что эти подлые негодяи от меня улизнули. Торгут-хан почти обезумел от страха, ведь королевские налоговые чиновники будут здесь со дня на день. Ежедневно мне приходится выслушивать его бредни и сопли. — Он продолжил уже поспокойней: — Итак, мой друг, этот чародей окружил свои владения ужасными заклятиями? Я полагаю, вполне возможно опрокинуть их, если отыщется другой достаточно могущественный маг.
— Я бы не стал тратить время, — сообщил ему Беритус. — Думаю, есть лишь ничтожная вероятность того, что сокровища скрыты в доме чародея.
— Почему ты так считаешь?
— Маг был вместе с бандитами, когда они ушли в Иранистан. Зачем бы ему оставаться с ними, если сокровища лежат в его собственном доме? Думаю, это потому, что он теперь в банде, а сокровища еще не поделили. В большинстве случаев бандиты разлетаются, будто пух чертополоха, — каждый идет куда ему нравится. Но они держатся вместе, будто кольца в кольчуге, когда добыча еще не поделена и каждый боится и подозревает остальных.
— Ты говоришь мудро, — согласился Загобал. — Верю, что ты зришь в корень.
— Мы должны следить за ними, — продолжил Беритус. — Думаю, что, скорее всего, сокровища спрятаны в одном из разбойничьих укрытий. Они ждут, когда поутихнут розыски, чтобы вернуться и поделить добычу.
— Тогда возвращайся со своими людьми на юг, к реке. Когда найдете их, сядьте им на хвост, но не дайте им обнаружить слежку. Пошли гонца сообщить мне, что они обнаружены, и приклейся к ним намертво.
Беритус встал.
— Будет как ты пожелаешь.
Он повернулся и покинул жилище Загобала.
Переправа оказалась легкой, река в этом месте была мелкой и течение медленным. Ближе к середине киммериец остановился, склонился с седла, горстями принялся черпать воду и поливать себе голову. День был жаркий, и заросшие берега кишели жужжащими и щелкающими насекомыми.
— Наш друг капитан Махак больше нас не сопровождает, — сообщил, оглянувшись, Осман.
— Его не видно, ты имеешь в виду, — поправил Конан. — Разумеется, заметь мятежники, что мы прибыли в сопровождении регулярной иранистанской кавалерии, это бы не облегчило нашу задачу.
Он пустил коня рысью, и животное, вздымая тучи брызг, рванулось на противоположный берег.
— Куда дальше, атаман? — спросил Убо.
— На север. Остров невелик. Чтобы увидеть крепость, долго ехать не придется. Скорей всего, мятежники перехватят нас еще раньше.
— Если они хоть чуточку стоящие мятежники, — сказал Чемик, — то в Зеленой Воде у них есть шпионы. Они уже могут знать, кто мы такие.
