Многочисленные судебные процессы, последовавшие за изобретением лампы накаливания Эдисона, Свана, Максима и бесчисленного числа других изобретателей, показали, сколь трудно было установить юридически приоритет их на изобретения. В отношении приоритета Лодыгина на изобретение лампы накаливания сомнений уже не возникает. Александр Николаевич Лодыгин был несомненно первым, кто дал лампе накаливания, основанной на всем известном принципе, такую форму, которая позволила осуществить ее применение для целей освещения, и одновременно был первым, кто осуществил это освещение на практике для различных случаев.
Первая привилегия на лампы накаливания, выданная в России, носит № 1619 и выдана 11 июля 1874 г. Привилегия выдана «Товариществу Электрического Освещения Лодыгина и К°» на способ и аппараты для дешевого электрического освещения.
Русские привилегии «Иностранцу Томасу Альва Эдисону» выданы только в 1881 г.: одна № 2589 от 24 сентября «на усовершенствования в способах и аппаратах для произведения электрического света» и вторая, от 11 декабря № 2638, «на усовершенствования в электрических лампах и способ устройства оных».
Русская привилегия «Иностранцу Джозефу Уильсону Суану (Свану) на усовершенствования в устройстве электрических ламп» была выдана 27 ноября 1882 г. за № 2785.
Конечно, лампа, накаливания была не единственным изобретением А. Н. Лодыгина — этих изобретений было много и притом в самых разнообразных отраслях техники, но лампа накаливания была тем изобретением, которое дало Лодыгину имя и славу.
Александр Николаевич был активным общественным деятелем. Он отзывался и устно, в своих лекциях и выступлениях, и письменно, в многочисленных статьях, брошюрах на самые разнообразные запросы жизни.
Вместе с Яблочковым, Чиколевым и другими он был одним из основателей Электротехнического (VI) отдела Русского технического общества. В жизни этого Общества он принимал самое деятельное участие. В сохранившихся протоколах заседаний VI отдела непрерывно встречаются сведения о выступлениях Лодыгина. Он был горячим сторонником самостоятельности отдела, выступал всегда против попыток стеснить свободу работы в отделе, от кого бы они ни исходили.
Лодыгин очень интересовался вопросами профессиональной и, в частности, инженерной этики. Еще в молодые годы в Техническом обществе он горячо выступал с речами по подобным вопросам. Этими же вопросами он продолжал интересоваться и во время своего пребывания в США. Для характеристики Александра Николаевича очень показателен его доклад, сделанный в декабре 1908 г. в Обществе московских электротехников, под названием «Техническое образование и идеалы американских инженеров». В этом докладе Лодыгин касался подготовки американских инженеров к практической деятельности и положения рабочих и инженеров на заводах. Конечно, как большинство русских интеллигентов того времени, Лодыгин сильно идеализирует и положение и возможности рабочих и инженеров в США, а также и отношение к ним хозяев. Однако, одновременно он подчеркивает и резкое изменение в последнее время идеологии среднего американца и все больше и больше проявляющееся поклонение общему идолу — наживе.
«До сороковых годов XIX в., — пишет Лодыгин. — Соединенные Штаты служили прибежищем для лиц со всякого рода моральными идеалами, превышавшими средний нравственный и идейный уровень толпы.
После сорокового года, т. е. после открытия золотых приисков в Калифорнии, начался наплыв в Соединенные Штаты людей, идеалом которых была — «нажива». Проникновение духа «наживы» и легкой морали в США не мало беспокоило и беспокоит лучших людей, привыкших преклоняться перед другими идеалами. Те моральные правила, которые раньше были неоспоримы и естественно входили в житейский кодекс, сделалось необходимым подтверждать и подчеркивать. Люди профессиональные первые заметили опасность и первые вооружились против нее. Вопросы морали и профессиональной этики возбуждаются на заседаниях профессиональных и инженерных обществ. Несмотря на то, что в этом движении принимали участие такие виднейшие люди, как, например, Штейнмец, борьба против лозунга «нажива прежде всего» не привела профессиональную общественность к победе. Как мы теперь видим, в определенных кругах США дух наживы, во всех его формах, процветает и пока не гаснет».
Наблюдения Александра Николаевича остаются справедливыми и до настоящего времени и «в определенных кругах США дух наживы во всех его формах и теперь процветает и пока не гаснет».
С самого основания VI отдела А. Н. Лодыгин неукоснительно избирался в число «непременных членов» отдела, т. е. в число лиц, на которое возлагалось все ведение дел отдела. Он участвовал во всех начинаниях отдела, принимал участие в организации электротехнических выставок, экспертиз, лекций и т. д.
Александр Николаевич вместе с Яблочковым, Чиколевым, Лачиновым и др. был одним из основателей журнала «Электричество» и деятельным его сотрудником на протяжении многих лет.
За свою деятельность Александр Николаевич, кроме Ломоносовской премии, присужденной Академией наук, не получал почти никаких поощрений. Сохранилось лишь одно коллективное письмо членов VI отдела, выражающее признательность отдела Александру Николаевичу за его работу: «Мы, нижеподписавшиеся, члены VI Отдела Русского Технического Общества, — говорится в письме, — собравшиеся в заседании Отдела, с особым удовольствием вспоминаем Вашу продолжительную деятельность по электротехнике. В воспоминаниях наших мы не могли не остановить наше внимание на том, что благодаря Вашим способностям, настойчивости и неутомимой энергии, при сравнительно малых прочих средствах, Вы успели завоевать себе надлежащее место в ряде известных деятелей по применению электричества к практическим целям… В виду этого мы сочли приятным для себя долгом выразить Вам ныне чувство нашего глубокого к Вам уважения к сердечные пожелания Вам дальнейшего преуспевания на избранном Вами пути».
Значительно позже, уже на склоне его деятельности, Александр Николаевич получил другое поощрение; в 1899 г. ему было присвоено Петербургским электротехническим институтом (ныне Институт им. В. И. Ульянова-Ленина) звание почетного инженер-электрика. Перед самой смертью он был избран почетным членом Общества русских электротехников.
Смерть Александра Николаевича прошла почти незаметной, и лишь только немногие специальные органы поместили об этом краткие заметки. В Советском Союзе, еще только начинавшем оправляться от последствий интервенции и гражданской войны, смерть великого изобретателя была все же отмечена на страницах журнала «Электричество». Через 10 лет после его смерти Комиссия по истории науки и техники Академии наук СССР почтила его память собранием, на котором М. А. Шателеном был сделан подробный доклад о работах А. Н. Лодыгина, помещенный затем в издававшемся Академией «Архиве по истории науки и техники». В 1947 г., в год столетия со дня рождения Лодыгина, память его была почтена на торжественном собрании Всесоюзного научно-инженерного общества энергетиков и Академии наук СССР в Москве.
Теперь, через 75 лет после первых опытов А. Н. Лодыгина с лампами накаливания, можно видеть, насколько прав и дальновиден был наш русский изобретатель, ведя упорную борьбу за свою идею об использовании явления накаливания проводника электрическим током для создания источников света и отстаивая свою идею наперекор почти всем крупнейшим электротехникам своего времени.
Значение инициативной работы Лодыгина даже такой принципиальный сторонник дуговых ламп, как В. Н. Чиколев, оценивает следующим образом: «Надо сказать, что тот интерес, который встретили свечи Яблочкова, особенно у нас, был подготовлен другим русским изобретателем — Лодыгиным». Из этих слов видно, что пионерские труды Александра Николаевича оказали свое влияние не только на развитие освещения лампами накаливания, но и на развитие дугового освещения. Однако широкое использование электрического освещения связано все же с появлением ламп накаливания. В их изобретении приоритет Александра Николаевича Лодыгина неоспорим. Даже в самой современной лампе накаливания осуществляются два основных изобретения Лодыгина: стеклянная колба, из которой удален воздух, и накаливаемая током вольфрамовая нить.
Благодаря новым достижениям физики современная светотехника сделала громадный шаг вперед: вместо явления нагревания проводника током, не позволяющего итти слишком далеко в направлении повышения светового коэффициента полезного действия лампы, применили явление люминесценции, открывающее большие перспективы. Глубокое теоретическое изучение люминесценции, в котором очень важную роль играют исследования советских ученых, главным образом С. И. Вавилова и его школы, позволяет промышленности непрерывно улучшать качество люминесцентных ламп. Однако, для очень большого числа применений лампы накаливания остаются наиболее удобным источником света, и имя русского, изобретателя, создавшего этот тип ламп, который еще долго будет служить на пользу человечества, никогда не будет забыто.
