Читаем без скачивания Трагедия Игрек - Эллери Квин

Его глаза сверкали холодным зеленым светом. Мрачный и грязный, он сунул пробирку в карман сброшенного пиджака, подошел к одному из обгорелых рабочих столов, достал из кармана брюк пачку бумаги и развернул ее. Она содержала несколько листов тонкой дешевой бумаги, покрытых аккуратным почерком. Лейн начал читать.

Позднее Лейн подчеркивал, что это был знаменательный момент в расследовании дела Хэттеров. Но по выражению его лица во время чтения рукописи казалось, что он скорее подавлен, чем возбужден своим открытием. Иногда Лейн мрачно кивал, как бы подтверждая уже сделанный вывод, а один раз удивленно приподнял брови. Закончив чтение, он какое-то время сидел неподвижно, словно стараясь обмануть время и отодвинуть неумолимо приближающуюся трагедию, но потом нашел карандаш и бумагу и начал быстро писать, тщательно копируя прочитанный текст. Выполнив эту задачу, актер поднялся, спрятал оригинал и копию в карманы брюк, надел пиджак, стряхнул грязь с брюк, открыл дверь лаборатории и выглянул в коридор. Там было по-прежнему пусто.

Лейн молча ожидал, пока не услышал шаги внизу. Подойдя к лестнице, он увидел миссис Арбакл, идущую по направлению к кухне.

— Миссис Арбакл, — негромко окликнул Лейн.

Женщина вздрогнула и посмотрела вверх:

— А, это вы, сэр! Я не знала, что вы еще здесь.

— Не будете ли вы так любезны принести мне из кухни булочку и стакан молока? — вежливо попросил актер.

Экономка угрюмо кивнула и скрылась из вида. Вскоре она вернулась с подносом, на котором находились сдобная булочка и чашка с молоком, поднялась по лестнице и передала Лейну поднос через перила.

— Молока мало. Не удалось набрать даже полную чашку.

— Этого вполне достаточно, благодарю вас. — Лейн взял чашку и начал медленно потягивать молоко. Но как только миссис Арбакл спустилась на первый этаж и исчезла в коридоре, он поспешил в лабораторию, снова закрыв дверь на задвижку.

Теперь Лейн точно знал, чего хочет. Поставив поднос на рабочий стол, он начал шарить на нижней полке, которая, благодаря закрытым дверцам и близости к полу, пострадала меньше. Вскоре Лейн выпрямился с пробиркой и пробкой — точными дубликатами обнаруженных в тайнике дымохода. Вымыв пробирку водой из-под крана, он налил в нее количество молока, соответствующее количеству белой жидкости в пробирке из тайника.

Убедившись, что пробирки выглядят одинаково, Лейн вставил пробку в пробирку с молоком, вылил остатки содержимого чашки в раковину умывальника, пролез в камин, взобрался на перегородку и положил пробирку с молоком в тайник, не трогая пипетку, потом вернул туда оригинал рукописи, сложив его в несколько раз, поставил на место кирпич, спустился с перегородки и вылез из камина, с отвращением отряхивая руки.

Внезапно, словно вспомнив что-то, Лейн отпер дверь лаборатории и перебрался через перегородку камина в спальню. Отперев дверь, он вышел в коридор и вернулся в лабораторию через незапертую дверь.

— Мошер! — окликнул актер, просунув голову в камин. Холодные капли дождя падали на его разгоряченное лицо.

— Да, мистер Лейн? — отозвался детектив.

Лейн посмотрел вверх и увидел его лицо в отверстии трубы.

— Спускайтесь немедленно. Краузе пусть остается на крыше.

— Хорошо! — Лицо исчезло, и вскоре Мошер вошел в лабораторию. Его костюм был мокрым, но он улыбался. — Нашли, что искали?

— Это не важно, Мошер. — Лейн стоял в центре комнаты. — Никто не пытался пробраться на крышу и к трубе?

— Никто, мистер Лейн. — Детектив выпучил глаза, увидев, как правая рука Лейна появилась из-за спины и поднесла ко рту сдобную булочку. Актер начал задумчиво жевать ее, словно в этом доме, напоминающем обиталище семейства Борджа, не существовало такой вещи, как яд.

Однако левая рука Лейна оставалась в кармане пиджака, сжимая пробирку с белой жидкостью.

АКТ ТРЕТИЙ

Тебе, невзгода, я раскрыл объятья.

По мненью мудрецов, то путь мудрейших.[52]

Сцена 1

ГЛАВНОЕ ПОЛИЦЕЙСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ

Пятница, 10 июня, 17.00

Когда в тот сырой и холодный июньский день мистер Друри Лейн вышел из дома Хэттеров, он выглядел постаревшим на десять лет. Если бы инспектор Тамм видел его в тот момент, то непременно поинтересовался бы, почему Лейн, очевидно находясь на грани успеха, кажется куда более расстроенным, чем сталкиваясь с постоянными неудачами. Это было не похоже на него. Актер выглядел сорокалетним только потому, что рано научился владеть собой и справляться с огорчениями. Однако теперь вся его безмятежность исчезла. Сев в машину, он устало велел Дромио ехать в полицейское управление и откинулся на подушки. Всю дорогу до большого серого здания на Сентр-стрит выражение глубокой печали, тяжкой ответственности и трагического осознания чего-то крайне важного не сходило с его лица.

Однако, поднявшись по ступенькам к дверям Главного полицейского управления, он превратился в прежнего Друри Лейна, приятного, вежливого, невозмутимого и уверенного в себе. Дежурный лейтенант узнал актера и послал сержанта проводить его в кабинет инспектора Тамма.

По-видимому, день выдался гнетущим не только для Лейна, ибо он застал инспектора неподвижно сидящим на вращающемся стуле и мрачно уставившимся на потухшую сигару, которую держал в руке. При виде актера на безобразной физиономии Тамма промелькнуло нечто вроде удовольствия. Он вскочил и стиснул руки гостя.

— Чертовски рад вас видеть! Есть новости, мистер Лейн? Здесь хуже, чем в морге.

Лейн кивнул и опустился на стул.

— Новости, безусловно, заинтересуют вас и мистера Бруно.

— Неужели? — воскликнул Тамм. — Только не говорите, что вы узнали… — Он оборвал фразу и с подозрением посмотрел на актера. — Вы ведь не шли по следу Перри, верно?

— По следу Перри? — Лейн нахмурился. — Боюсь, я не вполне понимаю.

— Это уже легче. — Инспектор сунул в рот потухшую сигару и стал задумчиво ее жевать. — На сей раз мы раскопали кое-что существенное. Вы ведь знаете, что вчера я отпустил Перри. Барбара Хэттер подняла шум, наняла знаменитого адвоката и так далее… Но вреда от этого не будет, так как за ним наблюдают.

— По какой причине? Вам все еще кажется, инспектор, что Эдгар Перри связан с этими преступлениями?

— А вы как думаете? Не забывайте, что его настоящая фамилия Кэмпион, что он единокровный брат Луизы и что его отец был первым мужем Эмили Хэттер. Когда я выложил ему все, ему пришлось это подтвердить, но об остальном он молчит как рыба. Однако я копнул глубже, и как вы думаете, что я обнаружил?

— Не имею ни малейшего понятия, — улыбнулся Лейн.

— Что Том Кэмпион, отец Перри и первый муж старой ведьмы, умер от…

Инспектор не договорил. Улыбка исчезла с лица Друри Лейна, а его серо-зеленые глаза блеснули.

— Так вы это знали, — проворчал Тамм.

— Не благодаря расследованию, инспектор. Но в глубине души я был в этом уверен. — Лейн откинулся на спинку стула. — Понимаю вашу точку зрения. Мистер Эдгар Перри-Кэмпион теперь один из главных подозреваемых, не так ли?

— Ну а почему бы и нет? — сердито отозвался Тамм. — Эмили была ответственна за смерть его папаши — правда, косвенно и, очевидно, непреднамеренно. Но она убила его так же, как если бы пырнула ножом. Теперь у нас есть мотив, мистер Лейн.

— Какой именно?

— Вы же светский человек! Когда чей-то отец умирает, зараженный мачехой, я могу понять, если сын хочет отомстить за него, даже если опасному предприятию приходится посвятить всю жизнь.

— Элементарная психология, инспектор, диктует подобный вывод при таких жестоких обстоятельствах. — Лейн задумался. — Понимаю вашу проблему. У Перри имеются мотив, возможность и интеллект, чтобы придумать столь умный план. Но у вас нет доказательств.

— В том-то и дело.

— В то же время, — продолжал Лейн. — я не могу представить себе Эдгара Перри человеком действия. План — куда ни шло. Но мне кажется, что в последний момент он бы проявил слабость и отшатнулся от насилия.

— Для меня это слишком изощрённо, — фыркнул инспектор. — Мы всего лишь копы, мистер Лейн, и не заботимся о том, что человек мог бы сделать. Нас больше беспокоят факты, показывающие, что он уже сделал.

— Должен возразить вам, инспектор, — спокойно сказал Лейн. — Человеческое поведение всего лишь результат человеческой психологии. Вы застали мистера Эдгара Перри-Кэмпиона пытающимся покончить жизнь самоубийством?

— Самоубийством? Конечно нет! Чего ради ему делать такую глупость? Если бы его поймали с поличным…

Лейн покачал головой:

— Нет, инспектор. Если бы Эдгар Перри совершил убийство, он бы сразу покончил с собой. Помните Гамлета? Нерешительный, склонный к переменчивым эмоциям человек, но все же достаточно умный, чтобы составить план. Гамлет колеблется, разрываясь между самоистязанием и самообличением, покуда интрига и насилие кипят вокруг. Но, переходя к действию, он впадает в безумие и быстро убивает себя. — Лейн печально улыбнулся. — Ваш подозреваемый, инспектор, похож на Гамлета, который разыгрывает драму до конца четвертого акта. В пятом акте приходит пора действовать, и картина сразу меняется.