утра днём шевелиться не сможем…
— Слышал, как в армии говорят: «Не можешь — научим, не хочешь — заставим». Так что у нас теперь только этот принцип, — улыбнулся Игорь.
— Ага, невыполнимых задач не существует.
Через четыре долгих часа группа вернулась к общежитию. Инструктор, улыбаясь, смотрел на потные, уставшие лица ребят.
— Пятнадцать минут на приведение себя в порядок, после чего выдвигаемся на завтрак, далее — занятия по плану… Расслабьтесь, остаток дня у вас теория, иначе сдохнете… — улыбаясь, произнёс инструктор.
* * *
Вечером парни сидели во дворе и играли в шахматы. Откуда-то появились котята и крутились около ребят, постоянно норовя забраться на колени и выпрашивая что-нибудь вкусненькое.
— Как я понял, утренние пробежки будут удлиняться и усложняться. Пару недель днём мы будем изучать теорию, а потом начнутся полевые занятия, — делая ход, произнёс Сергей.
— Две недели маловато… Мне кажется, минимум месяц. Сам посуди: теории много, а в поле мы ещё не готовы, надо форму набрать. Как раз за месяц нас вгонят в норму, так что начнём действовать на рефлексах.
— Что-то мне подсказывает, что завтра нас будут бить… — двинув фигуру, Сергей посмотрел на друга.
— В смысле?
— Раньше на утренней пробежке мы так же отжимались, скакали по полосе препятствий и занимались рукопашным боем. А навыки надо закреплять и улучшать. Наша группа тут не одна, есть как минимум ещё одна. Вот на утренней пробежке одна группа будет устраивать засаду другой. Выскочили, пару минут помахались — и исчезли. А наша задача — отбиться, а возможно, и взять языка. Или у них будет задача связать нас рукопашным боем и умыкнуть кого-нибудь из наших…
— С чего ты так решил? — Игорь посмотрел на друга.
— А нафига на нас инструкторы нападали? Чтобы проверить наши навыки? Брось, это можно и в спокойной обстановке проверить. А тут бежишь долго, мозг тупеет… Начальник школы же сказал: «Научитесь мгновенно переходить из обычного режима в боевой и обратно».
— Хорошую перспективу ты рисуешь… — Игорь почесал затылок.
— Забей, справимся. Мы же сюда хотели попасть — значит, сдюжим.
Котёнок запрыгнул на шахматную доску и снёс фигуры. Сел посередине, глядя на ребят.
— Вот и поиграли… Котейка прошёл в ферзи, — засмеялся Сергей.
* * *
Как известно, в сутках двадцать четыре часа, но на курсах усовершенствования офицерского состава это не работает. Уже через пару недель теоретические занятия стали радостью для курсантов, потому что практика занимала намного больше времени. Группа могла экипироваться утром, а вернуться в расположение через трое-четверо суток, при этом совершив марш километров на двести и вступив в контакт с условным противником.
Наступившая осень выдалась холодной и дождливой, что создавало дополнительные трудности для всех слушателей курсов. Но, как говорили инструкторы: «Это только закаляет».
Когда парни добирались до общежития, то радовались мелочам, обычным для простых людей. После недели в полях под холодным проливным дождем горячий душ казался верхом блаженства. А после сухого пайка и подножного корма гречневая каша с тушенкой превращалась в самый желанный деликатес.
Парни отдыхали, вернувшись с очередного многодневного выхода, и мечтали, что следующий день не превратится в очередную неделю в поле или лесу.
— Серег, а почему мы ни разу в «Интуристе» не сходили в ресторан? — Игорь посмотрел на друга.
— Задачи не было. Ты же помнишь, наш объект ошивался в баре. А что ты там сожрать хотел?
— Парни говорят, что в ресторане «Интуриста» самые вкусные пельмени в стране.
— Игорь, ты собрался в не самый дешевый ресторан поесть пельменей? — Сергей захохотал.
— А чего ты ржешь? — Игорь возмущенно посмотрел на друга.
— Игорь, в таком ресторане надо есть осетрину на вертеле, а ты пельмени… Ладно, не обижайся. Когда у нас появится возможность, мы с тобой обязательно поедим эти самые вкусные пельмени в «Интуристе».
Глава 17
Звук ревуна уже не заставлял подпрыгивать утром. Привычно натянув штаны и застегнув их на одну пуговицу, парни вставляли ноги в ботинки и на ходу надевали оставшуюся одежду. Инструктор, стоя на ветру и поёживаясь, осмотрел строй.
— Оправиться…
Парни быстро застёгивались и шнуровали ботинки; через пару минут все были готовы к дальнейшей работе.
— Сегодня у вас практически выходной… С вами будут заниматься легенды, которые прошли горнило войны. Расскажут и покажут вам много интересного, о чём в современной армии уже забыли. Но в рамках партизанской и контрпартизанской подготовки их опыт бесценен. Так что бежим пять километров, приводим себя в порядок, завтракаем и — на занятия.
Под накрапывающим мелким холодным дождём парни бежали по раскисшей дороге. Казалось, что водяная взвесь висит в воздухе, а грязь из-под ног летит во все стороны, но на неё уже никто не обращал внимания. Серж и Боб бежали рядом, где-то в середине строя; по их лицам стекали капли дождя. Сергей тряхнул головой…
— Контакт! — крикнул Сергей и увернулся от вылетевшего непонятно откуда человека в надетой на голову чёрной маске.
Схватка длилась не больше минуты. Разбитые губы и носы, рассечённые брови и порванные грязные куртки. Тридцать парней крутили головами, но противник растворился в лесу.
— Проспали, олухи, — усмехнулся инструктор. — Дождик вам видеть нормально мешает? Вот теперь и утирайтесь соплями. Вас учат всегда быть готовыми ко всему… Ладно, над этим мы поработаем дополнительно…
В общежитие вернулись мокрые и грязные, привели себя в порядок, переодевшись в сухое, и отправились на завтрак.
* * *
Группа вошла в кабинет, где за столами сидят двое убеленных сединой стариков, одетых в недорогие костюмы с орденскими планками на пиджаках. На столах разложены в основном деревянные предметы, на первый взгляд не имевшие ничего общего с оружием. Начальник курсов поздоровался с ветеранами и, посмотрев на присутствующих, произнес:
— Вам повезло: сегодня вам прочтут лекцию уникальные люди, специалисты с большой буквы, имеющие огромный боевой опыт. Эти уважаемые люди — ученики генерала Судоплатова и полковника Старинова. Думаю, не стоит объяснять, кто эти люди. Отнеситесь к лекции с должным вниманием.
Последнее можно было и не говорить — фамилии легендарных диверсантов знали все. Лекция длилась больше четырех часов. Убеленные сединой мужчины рассказали и показали многое из того, чем пользовались во время войны. Слушателям казалось, что они реально прикоснулись к легендам. А потом была стрельба в тире. Мужчинам — навскидку немного за семьдесят, но они еще крепкие, а уж стреляли так, что все курсанты только головами качали… Оба предпочли «Парабеллум» и выбили сорок девять из пятидесяти.
Остаток дня руководство устроило небольшой выходной. Конечно,
