— Слишком много работы, — честно ответил владелец лавки. Ему нужно было изучать источник, а покинуть город Тай планировал только ради встречи с Медротом, — Надеюсь, вы скоро вернётесь.
— Думаю, твоё желание может исполниться быстрее, чем ты думаешь, Уолтер, — ответила принцесса с задумчивым лицом.
— А где твоя помощница? — подозрительно спросил Такеру.
— Она вернулась на некоторое время домой. Слияние не прошло для нёе бесследно, ей нужен перерыв.
По правде говоря, он отправил ей в Логр как разведчика. Хотя он и считал Пересмешницу достойной доверия, он никогда не считал лишним дополнительно обезопасить себя.
— Тогда, Перси, тебе придётся позаботиться о нём, пока нас не будет, — попросила Энни стражника.
— Без проблем! — кивнул Перси, немного покраснев.
— Мы вернёмся через две недели, — сказала принцесса Гвенхифар, — После, мы планируем начать экспедицию в Логр, чтобы узнать, что это за рыцарь Смерти там появился.
На самом деле, у Тая уже были догадки о действиях Медрота. Он всегда говорил, что где-то в том регионе находилась гробница Фианны. Некромант думал так: "Если бы я и отвлёкся от Великого Желания, то только ради поиска важных артефактов".
— Дорогой друг, — серьёзно сказала леди Изольда, — Мы должны тебе кое-что сказать.
Тай нахмурился, но всё же подошёл ближе. Леди Изольда наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо:
— В деревне около Лионесса произошла череда странных убийств, — прошептала жрица, — Жертвоприношений. Мы подозреваем Культ Бедствия.
— Какой из? — спросил Тай, насторожившись.
— Наверное, Йормунганда, — неуверенно сказала она, — Об этом знают только церкви города, мы хотим всё уладить, не вызывая паники в городе. Но, пожалуйста, обещай мне, что будешь осторожен.
Тай мудро промолчал, в его голове складывались кусочки мозаики.
Конечно. Если Бедствия хотели заполучить Источник и планировали ещё одно Слияние, то они должны были отправить кого-то для подготовки. Это объясняло появление муравьёв в его подземелье.
Возможно, культисты уже проникли в город.
"Им нужен источник? Тогда пусть попробуют забрать."
Оставалось несколько месяцев до исполнения его желания. Никто не посмел бы ему помешать.
Если только они не искали смерти.
Глава 20. Мой раб
• Десятилетия назад, Граница с Фейландами после Нифльхеймской конвергенции.
Спустя день после резни его деревня провоняла кровью. Трава стала красной.
Внутренности и конечности разбросаны по траве, жители деревни разорваны в клочья челюстями гигантских Волков; даже не для еды, а для удовольствия, как кошка играет с крысой. Большинство домов было перевернуто, руины замерзли от холодных зимних ветров.
Только он выжил, спрятавшись в зерновом погребе под своим домом. Его родители сказали, что присоединятся к нему там, вместе с соседями. Но они никогда этого не делали.
Подросток нашел только останки своего отца, разорванные пополам от талии; он слышал, как его мать жевали и ели. И теперь он изо всех сил старался сшить останки обратно, даже когда его пальцы замерзли от холода.
Услышав топот лошадей он поднял голову, увидев двух мрачных всадников. Оба ехали на больных, бледных лошадях, но сильно отличались друг от друга. Один скрывал каждый клочок кожи под темным капюшоном и перчатками, в то время как другой был могучим рыцарем в черных шипастых доспехах. Меч и колдовство.
— Ты в порядке, малыш?” Клинок рыцаря был пропитан волчьей кровью. Как мог его бледный конь нести кого-то в такой тяжелой броне? — Мы здесь, чтобы помочь.”
Слишком поздно для этого.
Подросток смотрел на них с подозрением, опасаясь, что они могут оказаться падальщиками, которые хотят ограбить заброшенные дома. Хотя он больше заботился о трупах внутри, он предпочел бы избежать драки, он был сыт по горло кровью.
— Я Медраут, рыцарь Ордена бледных змей, и мой спутник-Архимаг Асклепий. Все волки мертвы, и с нами ты в безопасности.
— Ты недооцениваешь себя, друг мой, — прохрипел человек в капюшоне, и его слова прозвучали скорее как предсмертные муки, чем как голос здорового мужчины. — Когда-то он был королевским рыцарем и Великим героем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это было очень давно, — ответил рыцарь в доспехах, его голос сочился презрением. — С меня хватит.
Возможно, они сказали это, чтобы успокоить его, но на подростка это не произвело впечатления. После ужасов, которые он видел, после криков родителей он чувствовал себя таким же мертвым, как и все окружающие его трупы.
— Как тебя зовут, сынок? — первым спросил рыцарь.
— Уолтер.
— Что ты делаешь с трупами, Уолтер? — человек в капюшоне задал вопрос, глядя на останки. Уолтер заметил два зеленых ореола под капюшоном, где должны быть глаза.
— Волки сломали их. Пытаюсь восстановить тела. Если бы Я мог сохранить мозг достаточно долго, чтобы качать сердце…
Всадники обменялись взглядами.
— Тело это машина, сказал Уолтер. — Как мельница. Нужно сложить кусочки вместе.
— Это немного сложнее, — фигура в капюшоне сняла капюшон, открывая свое лицо.
Тай слышал о немертвых, но впервые увидел высохшую, серокожую фигуру с потусторонним светом вместо глаз. Живые мертвецы заменили его зубы драгоценными камнями, потрескивающими от магии, и верхняя левая часть черепа отсутствовала, сквозь нее просачивалась тьма.
— Ты [Лич]? — спросил подросток.
— Ты не боишься, заметил ходячий мертвец. — Хорошо.
— Ты можешь воскресить их? — Спросил Уолтер. — Сделать их такими же как ты?
— Возможно. Душа должна быть готова к тому, чтобы труп был воскрешен как свободная от воли нежить. — Колдун поднял руку, и Тая окутала осязаемая аура. Зловещий пурпурный саван покрывал тело его отца, прежде чем исчезнуть. Скелет не скрывал своего недовольства. — Душа отказалась. Этот парень не хочет возвращаться.
— Мне очень жаль, сказал Медраут с сочувствием.
— Почему? — Растерянно спросил Уолтер. — Зачем кому — то оставаться мертвым?
— Возможно, он находится в более счастливом месте, чем Хельхейм. Он предпочел бы остаться в объятиях богов, чем рисковать бесчестной смертью, даже ради тебя.
— У вас есть другие члены семьи? — спросил рыцарь. — Может быть, дальний дядя из соседней деревни?
Уолтер отрицательно покачал головой.
— Разве ты не понимаешь, Медраут? — Сказал Асклепий, наблюдая за подростком пустыми глазницами. — Он принадлежит нам.
• Сегодняшний день.
Должно быть, прошли годы с тех пор, как Тай покинул Лайонесс и его окрестности.
Маленькая рыбацкая деревушка перед ним напомнила ему его родную деревню, вызвав старые воспоминания. Не более пятидесяти душ, должно быть, занимали глинобитные хижины в этом районе, питаясь животными, которых они могли ловить на берегу реки. Город был зловеще тих, почти пуст, а утренний туман только делал местность еще более неприветливой.
Спрятав лицо под капюшоном, как когда-то его учитель, Тай направился к деревенскому кладбищу. Найти его было нетрудно, учитывая огромное количество каменных кругов на траве, каждый из которых ограничивал могилу.
Старик лет шестидесяти нес вахту с фонарем в одной руке и топором в другой.
— Вы хранитель могил? — Спросил Тай, и мужчина напрягся, увидев его приближение.
— Кто ты такой, Хельхейм?” спросил могильщик.
— Я здесь из-за жертв, — сказал некромант, пряча лицо. — Я следователь.
— Вы немного опоздали, — с подозрением ответил старик, прежде чем указать фонарем в нужном направлении. — Жрецы похоронили их вон под тем дубом.
Это все, что он хотел узнать.
- [Спи] — бросил Тай старику, давая ему отдохнуть на траве, он надеялся что проснувшись, хранитель не вспомнит о встрече. Затем некромант переместился к месту захоронения и эксгумировал его с помощью [Мелд-камня].
Всего пять жертв, все девушки в возрасте от восьми до двадцати лет; каждая из них жестоко изуродована. Кто-то разорвал грудные клетки у четырех из них, удалив сердца и некоторые органы; пятая, вероятно, умерла до того, как пережила этот ужасный опыт. Выстроившись в линию на траве, Тай сначала проанализировал останки с помощью магии, к его большому раздражению, жрецы очистили трупы, сделав почти невозможным воскрешение их как нежити.
